Русское Информационное Агентство
 сегодня 26 июня 2019 г. на главную  контакты   
  главная новость

[25.06.19] И ты пролужишь сквозь родимый искательно Как будто-то бы нет его Как сквозь собственные ребра И вроде бы для кого-то старательно Изображаешь бодрость Оглядываешься: для кого бы? И - никого – Пробить бы себя хоть лбом бы И ощутить – вот я - был! Я был, я это знаю точно Похоже я состоялся заочно А вроде бы шел бычком Не то что никто обо мне не знает Но нет никого, кого я знал бы Во всем мире поразительно пусто Быть может я гусеница бабочки И никого не должно быть ведь так бывает Может я даже огород или сад ищу Прожую вот лист капустный И вспорхну к небу К другим небо жаждущим[ читать дальше ]


  анонсы

[25.06.19] Это ты раньше был журналист, а теперь – наркоман. Голунова выпустили и генерала Никандрова тоже выпускают... Дело не только в подбрасывании наркотиков, каратели рутинно и каждодневно используют провокации и шельмование огромных масс населения, особенно, когда люди попадают в разряд свидетелей, подозреваемых и тем более обвиняемых, арестованных и заключенных, - с помощью различных подложных улик, в том числе заведомо ложных заявлений, показаний и свидетельств, заготовленных следователями, полицейскими в соавтостве с заказчиками и их подельниками. Казус Голунова разрешился благополучно, и слова Богу; но это, конечно, частный случай и сугубо уникальный. Типично другое; например, в одном из писем за подписью пострадавшего, как этого требовал Путин в одном из своих выступлений, Путина информируют, что по заказу замгендира Ростеха Григория Элькина и его рейдеркоманды - бывшего налоговика Романа Кузюры и уволенного агента СВР Павла Карюхина, по ложному доносу члена группы Е.Лозовой человека оболгали и возбудили уголовное дело на том основании, что будто бы у члена этой команды Е.Лозовой в 2006 году пропали из ячейки Газпромбанка деньги, заложенные в одном из отделений ГПБ. И хотя даже сама Лозовая не утверждала, что обвиняемый имел отношение к этому факту, следователь Мастеренко из Троицкого округа написала обвинительное постановление, хотя накануне сама признала обвиняемому в присутствии его адвоката, что не видит оснований в возбуждении дела, но этого от нее требует ее начальство. Дело тут же перебросили новому начальнику ГСУ Москвы генералу Агафьевой и она с помощью капитана Голикова быстро достряпала блюдо, несмотря на то, что из Газпромбанка пришло официальное письмо, что в 2006 году даже отделения банка, на которое ссылается в своем пасквильном заявлении Лозовая, не существовало, оно было открыто только в 2011. Откровенно вымогались деньги. Дело возбудили, обвиняемого обвинили, объявили в розыск, в качестве меры пресечения присудили арест. Это, конечно, не столь эффектный в смысле одиозности случай, как случай Голунова, но совершенно равный ему по масштабам и беспределу нарушения прав, - таких случаев не сосчитать и они не вызывают никакого интереса у следователей и прокуроров всей России, включая генерального и его замов, - для них это рутина, это происходит ежедневно [ читать дальше ]

[24.06.19] Григорий Элькин из Ростеха и Павел Карюхин из СВР здесь не проходили? Заказное дело против журналиста Ивана Голунова стало самым громким российским событием последних недель. Оно затмило Петербургский экономический форум, вызвало многотысячные протесты и привело к отставкам высокопоставленных полицейских. Одним из первых должностью поплатился начальник УВД по ЗАО Андрей Пучков. Именно его подчиненные завели дело на журналиста. Их самих отстранили от работы на время проверки Следственного комитета. За УВД по ЗАО давно закрепилась неоднозначная репутация. «Заказухи очень много», — откровенничает некий мужчина, запись разговора с которым появилась на YouТube в начале 2015 года. В видеоролике указано, что голос принадлежит следователю УВД по ЗАО Степану Корбуту. Из записи следует, что наркотики, например, подбрасывают неугодным бизнесменам, «заказанным» конкурентами: «Обычное дело и все пройдет в суде просто на ура!»В свое время ролик наделал шума, вспоминает бывший столичный полицейский. Через неделю после публикации записи «по состоянию здоровья» уволился начальник следственной части УВД по ЗАО Николай Белоножко. Сейчас он возглавляет следственный отдел в Истре. После служебной проверки глава столичной полиции Анатолий Якунин уволил и Корбута «в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел», следует из документов Мосгорсуда.Подкидывать наркотики слишком рискованно, отмечает бывший столичный полицейский. По его словам, чтобы «прессануть» предпринимателя безопаснее завести уголовное дело за налоговые махинации, которые практикует практически любой бизнес.Именно за неуплату налогов на 300 млн рублей в 2013 году на основателя компании «Королевская вода» Иосифа Бадалова было заведено уголовное дело. Тот обратился за помощью к адвокату и знаменитому «решальщику» Дионисию Золотову, известному своими связями в УВД по ЗАО. Но это только усугубило положение бизнесмена.Звездный дрессировщик «Решальщик-юрист» Дионисий Золотов — настоящая звезда криминальной хроники. [ читать дальше ]

[21.06.19] Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, снова вляпался. Глава СКР по Москве Александр Дрыманов фигурирует в деле о коррупционных связях руководителей следственного ведомства с вором в законе Захарием Калашовым (Шакро Молодой). В России жертвой политического преследования становится любой человек, занимающий твердую позицию права, простую защиту действующей конституции, потому что он немедленно сталкивается с самой системой, существование которой есть лицемерное злоупотребление правом, его искажение и наглая формализация. Поэтому совершенно справедливо, законно и необходимо показывать, что большинство заказных уголовных дел в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. Интенсивно идет слияние чиновничьих горизонтальных групп с наиболее продвинутыми группами криминала. [ читать дальше ]


  актуальные темы, вопросы, события

[24.06.19]Генерала Никандрова уже выпускают... А главу Коми Вячеслава Гайзера за то же самое посадили на 11 лет. Лучше других известен следственный отдел Новой Москвы во главе с его начальником и известным любителем мата; вот о них мы и поговорим. В российской судебной системе и практике уголовные дела затеваются не потому что нарушен закон и добросовестный свидетель написал заявление: в 99 из 100 случаев уголовное дело не будет возбуждено, - а совершенно по иным причинам и мотивам. Я уже шесть лет обличаю директора Росстандарта Г.И.Элькина и его подельников П.А.Карюхина, Е.Лозовую и известного зиц-председателя и налоговика Кузюру в том, что они незаконно умыкнули государственный и охраняемый лес не где-нибудь, а в столице нашей родины Москве, и все без толку, даже не допросили никого из них, - очень заняты; правда Элькина уволили из директоров и теперь он замдир в системе Ростеха, а Карюхина изгнали из-за служебной несостоятельности из Службы внешней разведки, Кузюру - из председателей СНТ Радость, и он наверное председательствует в другом СНТ Рога и Копыта, а Лозовая лишь строчит новые ложные показания; а писал я об этом всем ответственным и по нормальной логике заинтересованным лицам - Чайке, Путину, прокурору Москвы, множеству начальников полиции, прокурорам, судьям, - и все впустую, воз и ныне там, а рейдеры благополучно пользуются особо охраняемым природным объектом, огородили его забором и выгуливают боевых собак, чтобы случайным прохожим неповадно было соваться на частную территорию. Но все будет иначе, если репрессивные службы сами порешили такое уголовное дело завести, вот тут-то немедленно возникает так называемый свидетель, - Е.Лозовая, например, - в системе права он именуется ложный доноситель, а среди порядочных граждан - стукач, - и в течение трех-десяти дней будет оформлено дело, предъявлено обвинение и обвиняемый окажется в Сизо, куда его отправит самый справедливый суд в мире. Это происходит повсеместно, но мне лучше других известен следственный отдел Новой Москвы во главе с его начальником и известным любителем мата; вот о них мы и поговорим. [ читать дальше ]

[21.06.19]Признанный профнепригодным агент СВР, во всяком случае он так уверял и всем совал под нос ксиву, Павел Карюхин, видно в расчете на придурков или мздоимцев, уверяет судью Николинского суда, что он купил в Москве участок земли размером 30 соток за 80 тыс рублей в 2005 году, когда она стоила там примерно 200 тысяч рублей за 1 (одну) сотку и требует от продавца, чтобы он вернул ему, Карюхину, примерно 4.5 млн рублей, которые он внес, дескать, на нужды благоустройства поселка. Уже видно, что никак не сходится. Но интересно и другое: где наскреб в 2005-06 году сотрудник Службы внешней разведки четыре миллиона с лишним рублей? Если он получал зарплату в 2 тыс долларов, что в то время было невероятно, то есть 50 тыс рублей, то ему на это понадобилось бы копить 10 лет, если бы он вообще ни на что не тратился, а если бы половину тратил на житье, то все 20 лет. Одновременно Карюхин на полученном участке срочно возвел хоромы, баню и гараж, которые обошлись не менее чем в те же 4-5 млн рублей. А эти откуда? Еще 10-20 лет? Нечисто здесь, точно нечисто, не зря Карюхин уговорил своего риелтора оформить сделку как взнос в производство - эти деньги ему не надо было показывать в налоговую и, значит, на работе, то бишь - в Службу внешней разведки, где его, уж точно, спросили бы: откуда баксы, агент Карюхин? Агент Карюхин, признайте, облегчите душу, откуда баксы, а? Карюхин спрятал левые баксы от своего шефа из Службы внешней разведки (СВР) и от налоговой инспекции. Признанный профнепригодным агент СВР, всем совал под нос ксиву [ читать дальше ]

[21.06.19]Судья не сегодня, а довольно давно родился и прекрасно понимает механику прокурорского и полицейского мошенничества; но за такое мошенничество в России не судят... В суд приходит из прокуратуры заявление, что вот только вчера мы отменили отказ на жалобу на отказ на другую жалобу на отказе возбудить уголовное дело и направили на дополнительное расследование вопроса. Каково? Попробуйте удивить чем-либо российских радетелей закона, - не выйдет. Ничем и никого нельзя удивить во всей России, в том числе генпрокурора Чайку, любого прокурора сверху донизу, ни одного следователя во всей огромной России. В своем заявлении генпрокурору Ю.Чайке и низложенному прокурору Москвы Куденееву свиждетель сообщил: Г.И.Элькин, П.А.Карюхин и компания умыкнули государственный лес, - да не где-нибудь, а в самой Москве, - прибегли к обману госорганов и нанесли ущерб другим участникам рынка. Полиция отказалась возбудить дело. В ответ на жалобу прокуратура ответила, что только вчера во всем разобралась и отменила решение об отказе в возбуждении уголовного дела: так что жаловаться не на что, сами расследуем и решим - в этой связи в жалобе свидетелю отказать. Прошли месяцы - никакого движения. Добросовестный свидетель вновь спрашивает органы: почему не ведется расследование преступления; ему сообщают: оснований возбудить дело нет, а Элькин не допрошен, потому что очень занят; гражданин пишет жалобу, и, как велел Путин, полписывается под нею своим именем, через пару месяцев ему отвечают: отказ в возбуждении дела был неправильным, назначено дополнительное расследование. Он пишет новую жалобу; ему отвечают: извините, только вчера (буквально!) мы отменили прежнее решение об отказе в жалобе и направили на дополнительное расследование. Вновь проходят месяцы, и свидетель сам подает в суд. И что вы думаете? В суд приходит из прокуратуры заявление, что вот только вчера мы отменили отказ на жалобу на отказ на другую жалобу на отказе возбудить уголовное дело и направили на дополнительное расследование вопроса. Каково? Но удивительнее всего то, что этим фактом невозможно никого удивить, в том числе генпрокурора Чайку, любого прокурора сверху донизу, ни одного следователя во всей огромной России. [ читать дальше ]


  За нами Москва!

[24.06.19] И даже не тешьте душу пустой надеждой, что вас освободят, как только разоблачат следователя, посадившего вас по заказу. Следователь ГСУ Сидоров, который состряпал уголовное дело против Королева Ю.Н. был взят с поличным и - не чета Белых: сразу брал полмиллиона, - был осужден, уволен генерал Морозов, шеф Сидорова, но сейчас, попрежнему нарушая все процедурные правила и законы РФ, бодренько продолжают преследование Королева умелец Голиков и его шеф-начальник ГСУ Москвы генерал Агафьева, а те, кто настрочил на Королева заведомо ложные доносы - друзья и сообщники Сидорова и Морозова - рейдеры Григорий Элькин, Павел Карюхин, Лозовая и другие, продолжают использовать в своих корыстных интересах и умыкнутый государственный лес и построенные за счет Королева коммуникации. Следователи ОВД Якиманка в 2010 году уже были героями различных передач и новостных лент, когда, насколько я помню пятеро следователей этого ОВД пустились в бега, будучи уличенными в фальсификации уголовных дел. И пришла новая плеяда таких умельцев, воз и ныне там, как говорится, а ведь это судьбы людей. Напротив, мы видим гуманизм, проявленный лишь к осужденным силовикам и экс-чиновникам. В основном под амнистию попали те, кто был осужден за заведомо ложный донос, лжесвидетельство, фальсификацию и вынесение неправосудных приговоров. Охотно помиловали также расхитителей бюджетных средств в крупных размерах. Сегодня амнистия затронула людей, которые участвовали в организации заказных уголовных дел и причастных к посадке невиновных, бизнес-омбудсмены наряду с правозащитниками уже готовят статистику амнистии: Это своего рода сводная таблица, где указывается, сколько было амнистировано обычных граждан, предпринимателей и сколько чиновников - явный перекос в пользу последних. [ читать дальше ]

[21.06.19] Откровенно вымогались деньги. Дело возбудили, обвиняемого обвинили, объявили в розыск, в качестве меры пресечения присудили арест. Это, конечно, не столь эффектный в смысле одиозности случай, который приводит Путин, но совершенно равный ему по масштабам и беспределу нарушения прав, - таких случаев не сосчитать и они не вызывают никакого интереса у следователей и прокуроров всей России, включая генерального и его замов, - для них это рутина, это происходит ежедневно. В России нет действенного механизма защиты граждан, сообщивших о преступлении. Более того, зачастую они сами становятся теми, против кого начинается уголовное преследование. В одном из писем Путину объясняют, что по заказу замгендира Ростеха Григория Элькина и его рейдеркоманды - бывшего налоговика Романа Кузюры и уволенного агента СВР Павла Карюхина, по ложному доносу члена группы Е.Лозовой человека оболгали и возбудили уголовное дело на том основании, что будто бы у члена этой команды Е.Лозовой в 2006 году пропали из ячейки Газпромбанка деньги, заложенные в одном из отделений ГПБ. И хотя даже сама Лозовая не утверждала, что обвиняемый имел отношение к этому факту, следователь Мастеренко из Троицкого округа написала обвинительное постановление, хотя накануне сама признала обвиняемому в присутствии его адвоката, что не видит оснований в возбуждении дела, но этого от нее требует ее начальство. Дело тут же перебросили новому начальнику ГСУ Москвы генералу Агафьевой и она с помощью капитана Голикова быстро достряпала блюдо, несмотря на то, что из Газпромбанка пришло официальное письмо, что в 2006 году даже отделения банка, на которое ссылается в своем пасквильном заявлении Лозовая, не существовало, оно было открыто только в 2011. [ читать дальше ]

[21.06.19] В России нет действенного механизма защиты граждан, сообщивших о преступлении. Более того, зачастую они сами становятся теми, против кого начинается уголовное преследование. В одном из писем Путину объясняют, что по заказу замгендира Ростеха Григория Элькина и его рейдеркоманды - бывшего налоговика Романа Кузюры и уволенного агента СВР Павла Карюхина, по ложному доносу члена группы Е.Лозовой человека оболгали и возбудили уголовное дело на том основании, что будто бы у члена этой команды Е.Лозовой в 2006 году пропали из ячейки Газпромбанка деньги, заложенные в одном из отделений ГПБ. И хотя даже сама Лозовая не утверждала, что обвиняемый имел отношение к этому факту, следователь Мастеренко из Троицкого округа написала обвинительное постановление, хотя накануне сама признала обвиняемому в присутствии его адвоката, что не видит оснований в возбуждении дела, но этого от нее требует ее начальство. Дело тут же перебросили новому начальнику ГСУ Москвы генералу Агафьевой и она с помощью капитана Голикова быстро достряпала блюдо, несмотря на то, что из Газпромбанка пришло официальное письмо, что в 2006 году даже отделения банка, на которое ссылается в своем пасквильном заявлении Лозовая, не существовало, оно было открыто только в 2011. Откровенно вымогались деньги. Дело возбудили, обвиняемого обвинили, объявили в розыск, в качестве меры пресечения присудили арест. Это, конечно, не столь эффектный в смысле одиозности случай, который приводит Путин, но совершенно равный ему по масштабам и беспределу нарушения прав, - таких случаев не сосчитать и они не вызывают никакого интереса у следователей и прокуроров всей России, включая генерального и его замов, - для них это рутина, это происходит ежедневно. [ читать дальше ]


  Мы были правы - мы ошибались.

[24.06.19]Они торжествуют: элькины, карюхины... Притеснения, преследование и репрессии против предпринимателей, а в более широком плане - против среднего класса нанесли невосполнимый урон развитию страны, и речь идет не только о текущих событиях и явлениях, но и о среднесрочной и уже долгосрочной перспективе: последствия видны во всех без исключения отраслях и разделах экономики и общественной жизни. Вопрос посадки умных и талантливых людей, отягощенный бегством их из страны, уже продолжительное время прямо отражается на экономической состоятельности страны. Уже сейчас не существует отрасли в экономике, которая не сталкивалась бы с дефицитом предложения квалифицированного труда. Общеизвестный дефицит проектов для банковского кредитования, тормозящий кредитную экспансию, имеет в основании не столько низкую рентабельность проектов в РФ или высокую кредитную ставку, сколько недостаток специалистов, которые готовы были бы эти проекты не только осуществлять, но и предлагать. И как вы думаете, куда они подевались, если общеизвестно, что 800 тысяч таких спецов сидит по тюрьмам. То, что дальше будет хуже, всем более или менее понятно — новые группы инициативных предпринимателей и наемных работников, выходящие на рынок, будут сильно меньше присутствующих на нем сейчас. Генералы в тюрьме и в кресле начальника, Никандров и Агафьева, Бастрыкин и Морозов, Сугробов и Куденеев, Голиков и Элькин, Чайка и Карюхин отнять и разрушить могут, но сами-то ничего не создают и не умеют... [ читать дальше ]

[21.06.19]Все Чрезвычайные комиссии вроде нынешнего Следственого комитета закономерно заканчивались концом, что все равно печально, - при всем понимании неизбежности; но печальнее всего они заканчивались для руководителей - от Дзержинского до Берии, даже Сталин ничего с этим не мог поделать. Мы уже несколько лет предлагаем кандидатуру начальника СК на пост президента страны, что позволило бы избежать некоторых наиболее грустных событий, которые неизбежно сопровождают концы чрезвычаек; но высокая инстанционная общественность, от которой зависит решение, не прислушивается к нам. Процесс задержания, по словам Абызова, был корректным, уважительным и качественным. Очевидно, эта высокая оценка качества делалась Абызовым в расчете на будущие плодотворные переговоры. Одновременно премьер Медведев удалял Абызова из списка друзей в социальной сети Вконтакте. Энтузиазм, с которым силовики принялись охотиться на бывших участников команды единомышленников, не может оставлять равнодушными оставшихся членов команды. Вопрос теперь в том, какой ответ силовому уклону в политике будет найден и кто его инициирует. Если такого ответа не последует, всегда можно составить компанию Дворковичу в Сан-Марино. Конечно, к фигурантам меньшего ранга, вроде начальника ГСУ генерала Морозова, других генералов, губернаторов, министров, не говоря уже о следователях и шефах, например, Росстандарта, как Г.И.Элькин, проявляют куда меньше почтения; я уж даже не говорю о недосостоявшихся агентах Службы внешней разведки вроде Павла Карюхина... [ читать дальше ]

[21.06.19]Замечательные примеры судеб некоторых геройских или наивных адвокатов войдут в учебники истории, а ныне служат полезным примером и демонстрационным эффектом для всех иных причастных к теме. Путин предложил смягчить «предпринимательские» статьи в УК: мы вас посадим не за то, что взяли, а за то что назад не положили... Это как бы мягкий увод дел от следователей. Кудрин рассказал о миллиардном воровстве в Роскосмосе. Роскосмос входит в Ростех и при этом яростно соперничает с ним, а был бы козел, отпущение найдется. Компанию может возглавить, например, Элькин. Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, всегда держит нос по ветру и чует, где что и как плохо лежит. Самостоятельные расследования уголовного дела, предпринимаемые со стороны адвокатов обвиняемых, свидетелей, подозреваемых или осужденных, рассматриваются в России как препятствие следствию, обвинение в этом сочиняется, точнее переписывается слово в слово с предыдущего случая самим следователем и никем более не контролируется кроме, конечно, начальника по вертикали, передается в суд, слово в слово еще раз копируется судом, который отправляет обвиненного в этом страшном преступлении в СИЗО на два месяца с правом продления, и суд не отказывает следователю ни в том, ни в другом; этот дамоклов меч совершенно запугал адвокатов, так что в реальной их способности помочь жертве произвола просто нет; и они сами прерасно отдают себе в этом отчем. Такая система настолько прижилась, что справиться не может или не хочет даже Путин [ читать дальше ]


  курс валют (ЦБ РФ)
USD 62.52 (-0.39)
EUR 71.23 (-0.37)

  04.01.19 :: новости
Юрий Королев. Единственным реальным способом и инструментом отстранения от власти семибанкирщины и свержения олигархической демократии в России явилась этатистская олигархия - государственная олигархия в лице госмонополии, и эта судьба диалектически формировалась из казалось бы единой и логически прочной линии Путина на одновременное укрепление и рост Топ-10 олигархов и государственной монополии: эти два монстра не могли ужиться как равные у власти, потому что для госмонополии все более важным становились национальные задачи развития, достаточно строго и однозначно проецируемые на внешнюю экономическую политику и международные отношения, а для экономических кланов, выскочивших как черт из табакерки в 90-х, национальные интересы составляли несомненно категории второго ряда, тогда как интересы мирового рынка безусловно превалировали; тут их Путин и прижал; и к всеобщему, а может быть и собственному, удивлению нашел союзника в лице Трампа, а затем и Мэй. В чем злесь логика и почему неоглобалисты выступили против традиционных российских олигархов? Это тот самый случай, когда в самом вопросе уже заложен ответ: эти нувориши стали препятствием на новом этапе технологической революции, лидером которой провозгнласил себя Трамп, а теперь его уже признали в качесчтве такового основные мировые силы неоглобализации как нового этапа интернационализации экономики - на пути глобопортации и космопортации как очередном витке построения стратегических систем мировой экономической инфраструктуры.

Королев Юрий. Лидеры ЕС не случайно противостоят Трампу, ибо они представляют союз, созданный государствами... А Трамп - глашатай субсидиарного государства, который является подспорьем частного бизнеса, а вовсе не его руководителем, эффектные инициативы президента дезориентируют. Брюссельцы реально - идеологически - отстраняются от руководства миром. Трамп готов кое-что позволить некоторым - Великобритании и Германии; возможно, России, и то только потому что суверенный - то есть без интеграционного альянса с США или ЕС или Китаем - ход России не может оказать существенного воздействия на мировой процесс; упрется с Китаем; а остальным уготована участь покорно следовать в фарватере... Кто станет лидером и менеджером транснационализации как этапа мировой интеграции, - государство или монополии; этот вопрос решился паллиативно: интеграционный транснациональный процесс возглавили мощные частные структуры, базировавшиеся территориально преимущественно в США, охраняемые американским законом и американской силой, как военной, так и финансовой. Но этатистская и социальная Европа ограничивала и тормозила глобализацию, отягощая ее мощным социально-государственным довеском, - это обременение Трамп пытается сбросить...
Юрий Королев. Конституция - сложный лабиринт с одной колеей, где стенами служат пальмовые листья; добросовестный вожатый не свернет и правильно приведет караван к цели: желаешь двигаться вперед, пожалуйста. Но нетерпеливый вождь может направить движение поперек колеи, пальмовые стены не могут ему помешать: лабиринт Конституции - результат добровольного общественного договора, итог понимания свободы как осознанной необходимости, и когда вы рвете призрачные стены, вы на самом деле бросаете вызов всему обществу и его законам. Такие вызовы происходят в истории периодически в разных странах, их стали называть революциями; и очевидно, что революция не может быть обязательным условием изменения общественного договора, хотя и является одним из исторически узаконненных способов. Проблема в том, что порыв выйти из колеи сформирован и практически всегда формируется не благородным знанием, - куда идти, а лишь стихийным негодованием против текущей жизни, рутины и безысходности; направление часто определяется лишь после прекращением движения и разрывом с предыдущим направлением. Реформа - это тот случай, когда сначала сочинили новое направлением, а потом стали выбираться из наезженной колеи; правда, теоретическое сочинение по большей части остается далеким от потом реально проложенного пути
Юрий Королев. Единственным реальным способом и инструментом отстранения от власти семибанкирщины и свержения олигархической демократии в России явилась этатистская олигархия - государственная олигархия в лице госмонополии, и эта судьба диалектически формировалась из казалось бы единой и логически прочной линии Путина на одновременное укрепление и рост Топ-10 олигархов и государственной монополии: эти два монстра не могли ужиться как равные у власти, потому что для госмонополии все более важным становились национальные задачи развития, достаточно строго и однозначно проецируемые на внешнюю экономическую политику и международные отношения, а для экономических кланов, выскочивших как черт из табакерки в 90-х, национальные интересы составляли несомненно категории второго ряда, тогда как интересы мирового рынка безусловно превалировали; тут их Путин и прижал; и к всеобщему, а может быть и собственному, удивлению нашел союзника в лице Трампа, а затем и Мэй. В чем злесь логика и почему неоглобалисты выступили против традиционных российских олигархов? Это тот самый случай, когда в самом вопросе уже заложен ответ: эти нувориши стали препятствием на новом этапе технологической революции, лидером которой провозгнласил себя Трамп, а теперь его уже признали в качесчтве такового основные мировые силы неоглобализации как нового этапа интернационализации экономики - на пути глобопортации и космопортации как очередном витке построения стратегических систем мировой экономической инфраструктуры.
Юрий Королев. Истинный сатирик шутит с каменным лицом... Надо знать историю новейшей России и биографию одного из виднейших ее участников, чтобы понимать двух и трехуровневый мрачноватый юмор председателя Конституционного суда Валерия Зорькина, - юмор человека, который заявил в чубайсово-гайдаровское время о неконституционности президента Бориса Ельцина и остался при этом на посту председателя КС как при нем, так и при Путине. Он в моем воображении воссоздает фигуры некоторых высокоодаренных и циничных канцлеров Российской империи в ее и сумеречные, и гордые времена. Российская конституция — самая современная в мире, её можно сравнить только с самыми лучшими авто, говорить о каких-либо её недостатках не имеет смысла, - Председатель Конституционного суда, конечно, шутит и где-то даже подтрунивает, но ведь и говорит правду, потому что и во времена Сталина была самая современная по тем временам конституция... Валерий Зорькин заявил в Совете Федерации, что российская конституция помогла стране избежать распада, и её уклон в сторону президентской республики является скорее позитивной, нежели отрицательной стороной, есть проблемы, но они не связаны с самой Конституцией, а проистекают из других сопряженных с ней факторов — управления, например. Это как с автомобилем — если он крутой, как Мерседес или БМВ - опять же, не сравнил, скажем с Чайкой или Победой и даже Волгой, - а именно так и выглядит наша конституция, то это не значит, что она будет хорошо ехать. Ведь многое зависит от водителя и топлива — если они будут ненадлежащего качества, то и автомобиль будет ехать не совсем ровно. Идеальная конституция может не сработать, но российская этой формулировке полностью соответствует: если правильно ехать, то результат придёт сам по себе, - осталось посадить правильного водителя, употребить правильное топливо и разработать правильный маршрут.

Юрий Королев. Существующая система не в силах охватить все сектора, интегрировать старые рынки в стремительно растущие и возникающие новые рынки и связи и вынуждена ограничивать сферу своего контроля: в первую очередь отвергаются и ограничиваются агрессивные, сложные и напряженные технологически многослойные системы развивающегося рынка: Россия, Иран, Китай... Суть санкций в ограничении прав и возможностей в системе доллара; и поэтому так называемая дедоларизация в России, Китае и в других точках мирового хозяйства - лишь вынужденные действия в целью обеспечения оборота в тех секторах и сегментах производственно-торговых отношений, которые в результате санкций становятся частично или полностью непокрытыми либо покрытие представляется ущербным в рамках конкурентной логики. Усилия по дедолларизации на самом деле являются шансом для системы доллара преодолеть трудности, связанные с невозможностью обеспечить долларом всю мировую экономику и объективно сложившейся необходимостью ограничить ее сферу высокотехнологичными секторами; особенную трудность создает ситуация затратных реформ, назревших в контексте новой технической революции и перехода к неоглобализации, - она связана с такими емкими и долгосроными капиталовложениями, которые очень нескоро принесут реальную прибыль, - это прежде всего всемирная инфраструктура, новые энергогенерации, глобо и космопортация. В рамках этой же логики происходит ренесанс национального (регионального) государства как мобилизационного центра ресурсов для рывка в модернизации инфраструктур и формируется спрос на более или менее авторитарное государство-правление, которое могло бы противостоять трудностям преодоления кризисов в условиях демократических дискуссий и решений. В итоге дедолларизации как элемент экономической политики выглядит как временный вспомогательный фактор выживания системы доллара на новом этапе модернизации, тем более что все участвующие в дедолларизации валюты построены, сформированы и определяемы на основе доллара (евро, рубль, юань); лишь криптовалюта действует хотя и в рамках этой логики, но дополняя доллар в сфере еще не приобретенных им качеств, связанных с сокращением посредников в системе товар-потребитель-производитель; но это тоже лишь временное сверхкачество.

Юрий Королев. Что влечет за собой переход к реализации нового проекта интернационализации мировой экономики, а именно модернизации инфраструктур и формирования единой глобо и космопортации производства, товаров, информации? Любой экономист сразу назовет три обязательных следствия: воспроизводство (простое и расширенное), эксплуатация, безопасность. Масштабы обеспечения этих последующих событий уникальны, всеобъемлющи и крайне технологичны. Они несомненно дадут мощный толчок развитию прикладной науки. Трудно сейчас себе представить в полном объеме грядущие социальные, политические и демографические последствия, но основные их направления очевидны. Совершенно трансформируются геополитические факторы: взрывается прежнее представление о национальных границах и национальных государствах. Тем не менее опыт человечества не знает лучшего инструмента для совершения столь грандиозных преобразований, нежели национальное государство; другое дело, что оно должно претерпеть важные структурные изменения и организационные сдвиги. Не случайно на этом вопросе сейчас зациклено внимание общества: старое не годится, нового примера пока нет, исторический опыт достаточно трагичен и противоречив; отдельные проблески позитивных идей все-таки мелькают в дискуссиях этатистов и либералов, но нужны гораздо более мощные и направленные интеллектуальные усилия, чтобы приблизиться к искомой цели; может быть надо перелопатить построения исторических утопистов. Не последнюю роль в этом деле играют встречи и мозговые атаки современных прикладных политиков вроде Трампа, Путина, Мэй, Меркель, Си... Кто знает, где аукнется.
Юрий Королев. Из стратегических самое главное то, что Китаю брошен вызов и не только сформулированы претензии, но и состоялся первый предварительный акт битвы, что-то вроде артиллерийской пристрелки: она показала, что всеподавляющего перевеса нет ни у одной из сторон, а затяжной и затратный характер войны не устраивает ни Америку и Трампа, ни Китай; более того, - Китай показал, что торг возможен; обеим сторонам срочно требуется усилить позиции, и в этом нет никого привлекательнее России, потому что она не только укрепила бы Трампа и Америку, но и ослабила бы Китай: Европу хоть на два помножь, такого эффекта не добьешься. Взамен: санкции, Украина (Крым) и Сирия, - вот, другое дело, что ни Америке, ни Китаю нечем привлечь Россию, - сделаны громкие заявления Трампа: лозунг вернуть Россию в Восьмерку (Семерку), заявление, что Крым русский, пакет проектов сбалансировать ситуацию в Сирии; нет смысла говорить, что видение реалиации и исполнения этих предложений может очень сильно не совпадать у Трампа и Путина, - по всем направлениям - по вертикали и горизонтали; но разговор на эту тему нужен Трампу, - потому что надо утвердить самую лучшую из возможных для Америки формулу с Китаем, и это не только срочно, но и вполне выполнимо, потому что там, где пушки будут молчать, Путин может подыграть Трампу; и для Путина, - потому что в контексте такого диалога он может перейти в следующий раунд: по Договору ракет средней и малой дальности, ядерному контролю и разоружению, ПРО; в формирующемся контексте у России возникает шанс начать эти глобальные переговоры с Америкой раньше, чем она их начнет с Китаем - бальзам на страдающую душу Путина с его идефикс мировой державы , - Китай при всем желании этого дать Путину не может, потому что таким подарком не располагает; конечно, Китай потом присоединится, но тактико-стратегический выигрыш существенный, потому что дверь в торжественный зал Китаю будут открывать Трамп и Путин вместе.
Юрий Королев. На кого был нацелен перст Мэй, когда она сказала, что если ее уйдут, брекзит может не состояться; для кого именно это прозвучало угрозой, и эта угроза возымела свое действие? Конечно же, это влиятельная группа тори, которая, будучи решительным стороником выхода Великобритании из ЕС как пангерманского фарватера Европы, не соглашалась с деталями соглашения, во-первых, и имела свою команду и лидера во главе будущего правительтества, во-вторых. Назовем условно это движением Джонсона, потому что скорее всего личностно именно он стоит за этим процессом, и именно его устраивает обещание Мэу не бороться за пост лидера тори в 2022 году. Если говорить в более широком и глобальном ключе, то речь идет о сторонниках участия Великобритании в новом витке интернационализации, в неоглобализации со своих четко определенных позиций и интересов, во многом совпадающих с концепцией и практикой Трампа, но малопочтительных к самому Трампу лично. В целом же, сохранение позиции лидера и руководителя правительства Мэй в эти дни - это серьезный политический успех, который постепенно приведет к стабилизации экономики, четкой прорисовке политической ситуации в стране, к сохранению и укреплению британской идентичности и британских интересов в мировой политике. В среднесрочном плане за этими событиями последуют: во-первых, завершение брекзита; во-вторых, уточнение места Британии в постглобализации, в-третьих, формирование нового союза Великобритании и США, в-четвертых, превращение Британии в открытого соперника Германии в европейских и мировых соревнованиях, в-пятых, появление нового правительства, - действительно нового с явными модернизаторскими чертами на фоне очень брито-саксонского широкого и глубокого потока.



На протяжении последних десятилетий Киссинджер – один из наиболее влиятельных экспертов в вопросах внешней политики США. Киссинджер считает, мир очень усложнился, в нем происходят совершенно не связанные друг с другом события, благодаря мировой сети информации они все становятся мгновенно известны, из-за этого их разноплановость очевидна, их обилие не позволяет высеять самые важные, в результате объективный анализ затруднен, опасности растут. Киссинджер еще не видит в сердце своем смертельную рану: он, как Дух Америки, как сама Америка сегодня, поражен непримиримым столкновением интернациональной глобализации и американизма-патриотизма, поэтому Киссинджер ошибается в двух моментах: 1. Что события не связаны друг с другом никакой общей целью, идеей; 2. Что изобилие, излишек и мгновенная доступность информации сеет аналитический хаос. В чем он глубоко прав, так это в том, что опасности растут; и растут они от того, что мощный все охватывающий и все захватывающий процесс преобразования мира входит в свой решающий этап, когда тем, кто теряет, и тем, кто приобретает с приближением развязки, это становится ясно не только из теории и разъяснений, дескать, хаотичных информаторов, но от нескрываемой правды жизни и реальной каждодневности и рутины. Тут-то, как говорится, и показал черт рожки.
Мир находится на общественно-исторической стадии победы социальной и экономической интернационализации, получившей наименование глобализации. В чем главное содержание нашего этапа? Киссинджер занимал пост госсекретаря в 1970-е годы. Является одним из авторов политики разрядки в отношениях с СССР.На протяжении последних десятилетий Киссинджер – один из наиболее влиятельных экспертов в вопросах внешней политики США.Киссинджер считает, мир очень усложнился, в нем происходят совершенно не связанные друг с другом события, благодаря мировой сети информации они все становятся мгновенно известны, из-за этого их разноплановость очевидна, их обилие не позволяет высеять самые важные, в результате объективный анализ затруднен, опасности растут. Киссинджер еще не видит в сердце своем смертельную рану: он, как Дух Америки, как сама Америка сегодня, поражен непримиримым столкновением интернациональной глобализации и американизма-патриотизма, поэтому Киссинджер ошибается в двух моментах: 1. Что события не связаны друг с другом никакой общей целью, идеей; 2. Что изобилие, излишек и мгновенная доступность информации сеет аналитический хаос. В чем он глубоко прав, так это в том, что опасности растут; и растут они от того, что мощный все охватывающий и все захватывающий процесс преобразования мира входит в свой решающий этап, когда тем, кто теряет, и тем, кто приобретает с приближением развязки, это становится ясно не только из теории и разъяснений, дескать, хаотичных информаторов, но от нескрываемой правды жизни и реальной каждодневности и рутины. Тут-то, как говорится, и показал черт рожки.
Мир находится на общественно-исторической стадии победы социальной и экономической интернационализации, получившей наименование глобализации. В чем главное содержание нашего этапа? Королев Ю.Н. Листья травы глобализации. Не плоды, даже не цветы; но и не ростки... Нечто уже очень материальное, но с философским подтекстом. Точнее всего - Диалектика Глобализации. Мировая элита постоянно перепроверяет, насколько Путин владеет ситуацией в России, и каждый раз все больше удостоверяется, что вполне владеет. Значит, от него можно потребовать максимальных уступок, и он справится. А кроме него больше никто не справится в России. Пугают тем, что если свергнуть Путина (интересно, кто это может сделать?), то придет кто-то хуже. Хотелось бы спросить, кто? Слева? Справа? Во-первых, никого нет; а во-вторых, чем он может быть хуже для Запада? или лучше? Да ничем. Игра в основном - стратегически - сыграна. Создать выигрышный плацдарм для вступления в глобализацию не получилось: для экономического обеспечения процесса необходимо было укрепить и наладить и так уже продвинутый процесс технологической и экономической интеграции России, Украины, Белоруссии и Казахстана. По всем категориям на первом месте стояла интеграция с Украиной и, казалось, проблем нет: не только потому что и так процесс зашел очень далеко; но и потому что Путин никогда не противопоставлял его Западу и не предполагал, что Запад захочет, может счесть для себя приемлемой острую и бескомпромиссную борьбу и войну на этом поле. Чей это просчет, его или политиков США и ЕС? Очевидно, что хуже для всех.
Ю.Королев. Диалектика глобализации. Именно этот набирающий скорость процесс закручивает и закруживает все мировые частности, и стоит только копнуть Аль-Каиду или ИГ, как под тонкой шкуркой наносной средневековой или религиозной чешуи откроется истинный лик кровавой и грязной Революции. И Великой. С великой стратегической целью, конечно. Как известно, революцию совершают одни, а плоды ее пожинают другие. Самым парадоксальным в настоящий момент и на этом этапе глобализации является то, что суъектом противостояния интернационального и национального стали сами Соединенные Штаты и внутри этого общества-гегемона образовались и быстро набирают силу две партии – партия интернационализации, транснационализации и глобализации и партия Америки. В этом нет ничего ни плохого, ни хорошего; просто это знак того, что все-таки следующей стадией глобализации станет формирование нового и, наверное, более состоятельного гегемона-лидера процесса. Конечно, наивно думать, что это произойдет посредством всемирной избирательной кампании; но весьма возможно, что мировые сверхолигархи, например, США, ЕС, Китай, Индия и Россия (Россия - маловероятно) смогут достичь компромиссов, отказаться от части своих суверенитетов – наболее одиозных и опасных, институируют такую формулу хотя бы через ООН – и двинут процесс дальше. Почему бы нет? Америка сняла бы с себя долю – невыносимую и вредную для ее будущего – ответственности; ее партнеры сняли бы на обозримое будущее ее проблемы долга и доллара; это было бы неплохо для транснационализации.
Возвращение Кудрина означает Реинтеграцию в глобализацию под эгидой США, но - без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Это не ерничанье, это важно для элиты, от этого зависит, куда ее пустят и где она станет обретать - за это и шел бой полтора десятилетия. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой; с большой натяжкой и оговорками можно говорить только об Абрамовиче, но это же не решение исторического вопроса.
Конечно, не конец света: Россия еще вернется к разделу. Но получит ли Путин мандат на новую попытку или это будет другой, покажет время - этак, лет 10-20; хотя с Россией, - кто знает? А пока будем дожидаться нового Столыпина, - и Кудрин сойдет
Ю.Н.Королев. Диалектика Глобализации. Запад постоянно перепроверяет, насколько Путин владеет ситуацией в России, и все больше удостоверяется, к своему удовлетворению, что вполне владеет. Это означает, что от него можно потребовать максимальных уступок, и он справится; а больше никто не справится в России. Кое-кто пугает тем, что если свергнуть Путина (а кто это может сделать?), то придет кто-то хуже. Хотелось бы спросить, кто? Слева? Справа? Во-первых, никого нет; а во-вторых, чем он может быть хуже для Запада? или лучше? Да ничем. Игра в основном - стратегически - сыграна. Остается пресловутый русский фактор. Что такое русский фактор - не мистически, а математически. Он состоит из нескольких слагаемых и пары мультипликаторов. Единственно опасная для Запада ситуация - мультипликационная - русская революция и приход к власти неких принципиально новых творческих сил; проблема, - что их нет в обозримом пространстве; хотя то, что им нужно сделать, - ясно и очевидно и уже было сделано в историческом прошлом в Западной Европе 60-90-х годов ХХ века - народный капитализм, или переход к социальной рыночной экономике и интернациональной экономической интеграции, которая позднее приняла формы глобализации.
Ю.Н.Королев. Диалектика Глобализации. Именно этот набирающий скорость процесс закручивает и закруживает все мировые частности, и стоит только копнуть Аль-Кайду или ИГ, как под тонкой шкуркой наносной средневековой или религиозной чешуи откроется истинный лик кровавой и грязной Революции. И Великой. С великой стратегической целью, конечно. Как известно, революцию совершают одни, а плоды ее пожинают другие. Самым парадоксальным в настоящий момент и на этом этапе глобализации является то, что суъектом противостояния интернационального и национального стали сами Соединенные Штаты и внутри этого общества-гегемона образовались и быстро набирают силу две партии – партия интернационализации, транснационализации и глобализации и партия Америки. В этом нет ничего ни плохого, ни хорошего; просто это знак того, что все-таки следующей стадией глобализации станет формирование нового и, наверное, более состоятельного гегемона-лидера процесса. Конечно, наивно думать, что это произойдет посредством всемирной избирательной кампании; но весьма возможно, что мировые сверхолигархи, например, США, ЕС, Китай, Индия и Россия (Россия - маловероятно) смогут достичь компромиссов, отказаться от части своих суверенитетов – наболее одиозных и опасных, институируют такую формулу хотя бы через ООН – и двинут процесс дальше. Почему бы нет? Америка сняла бы с себя долю – невыносимую и вредную для ее будущего – ответственности; ее партнеры сняли бы на обозримое будущее ее проблемы долга и доллара; это было бы неплохо для транснационализации.
Ю.Н.Королев Диалектика... Экономический смысл исторического момента: суть столкновения в том, что объектом и субъектом интеграционного воздействия являются коммуникации, финансовые институты, мировая валюта (доллар, евро, фунт, франк, йена, юань, рубль), технологии, сырье, реальная экономика и расчеты ВВП, великое переселение народов, миграция, рынок труда, реструктуризация производства и потребления, космос, оружие. Все это интернационализируется, траснационализируется, глобализуется; но это необходимо и долго будет необходимо и – это хорошо! – и национальным экономикам. Сколько суверенитета передать мировому правительству, а сколько оставить себе. Регионализация наций - суть восточноевропейских, среднеазиатских и арабских революций. Все это сейчас в принципиальных величинах устанавливается, практически окончательно. Тот, кто не получит - не оторвет - сегодня, навсегда в историческом цикле останется на задворках. Самые высокие риски и амбиции - у России: она или сможет войти в группу лидеров вместе с США, Китаем, ЕС, Индией, или нет. Здесь нет места для сантиментов, вопросы очень конкретные: инвестиции, безопасность, решения, - не миллиарды, а триллионы; ну, и конечно, персональный момент не на последнем месте... Силы, находящиеся в противостоянии, отмобилизованы и практически равны - нет никого, кто был бы не нужен, - все в котел общественно-исторического строительства
Ошибка состояла в том, что все это делалось для узкой группы узко понимающих мироздание людей и делалось не случайно, конъюнктурно и по случаю, а по убеждению; которое сохраняется.
Королев. Диалектика... Киссинджер, который хотя, к сожалению, и стареет, но попрежнему зрит в корень, заметил: слишком много информации и она мгновенно доступна, ее нет возможности осмыслить; она одинаково доступна и тем, что использует ее во зло. Иначе говоря, интеллектуальной элите не осталось никакого простора для ангажированной интерпретации происходящих событий – информационное оружие революции – пропаганда – вырвалось из оков. Все труднее изобразить тенденциозно смысл крупного события общественного звучания. Все труднее практиковать надежный тезис оправдания: средства достижения цели, оказалось, не менее стратегически важны, чем эта провозглашенная цель, которая весьма часто бывает провозглашена неточно, приблизительно, двусмысленно и даже ложно. И по мере приближения к ней, наворотив кучу скверных средств ее достижения, обнаруживаем, что цель-то эта – весьма сомнительная вещь, и лучше подыскать иную. А как же – слеза ребенка? Итак, в чем экономический смысл нынешнего этапа глобализации, - не всего революционного цикла, а только приблизительно 2014-2020 годов? Наиболее близко к истине подходим, если приглядимся к смыслу технологический свершений – к характерным чертам технической революции, если использовать классические термины прошлого века.
Королев Ю.Н. Листья травы Глобализации. Не плоды, даже не цветы; но и не ростки... Нечто уже очень материальное, но с философским подтекстом. Точнее всего - Диалектика Глобализации. Мировая элита постоянно перепроверяет, насколько Путин владеет ситуацией в России, и каждый раз все больше удостоверяется, что вполне владеет. Значит, от него можно потребовать максимальных уступок, и он справится. А кроме него больше никто не справится в России. Пугают тем, что если свергнуть Путина (интересно, кто это может сделать?), то придет кто-то хуже. Хотелось бы спросить, кто? Слева? Справа? Во-первых, никого нет; а во-вторых, чем он может быть хуже для Запада? или лучше? Да ничем.
Игра в основном - стратегически - сыграна. Создать выигрышный плацдарм для вступления в глобализацию не получилось: для экономического обеспечения процесса необходимо было укрепить и наладить и так уже продвинутый процесс технологической и экономической интеграции России, Украины, Белоруссии и Казахстана. По всем категориям на первом месте стояла интеграция с Украиной и, казалось, проблем нет: не только потому что и так процесс зашел очень далеко; но и потому что Путин никогда не противопоставлял его Западу и не предполагал, что Запад захочет, может счесть для себя приемлемой острую и бескомпромиссную борьбу и войну на этом поле. Чей это просчет, его или политиков США и ЕС? Очевидно, что хуже для всех.
Интуитивно многие понимают, что парадоксальным образом прямая демократия это самая манипулируемая система власти. Она уже получила в исторической науке свое имя - популизм. В новое время эта практика началась с Наполеона. Хотя она тоже была и есть цензурирована, например, нигде до сих пор нет прав у молодежи до 16 лет, а собственно, почему? это возрастной ценз. Нет прав у душевнобольных, хотя этих прав их лишают врачи, чья объективность нуждается в доказательствах, нет прав у приехавшего иностранца - почему? это тоже ценз, etcetera. C использованием современных средств социологии легко вычисляются опасные группы, которые практически незаметно для внимательного ока правозащитников можно исключить из гражданского процесса. Но дело даже не в том, чтобы исключить из избирательного процесса тех или иных противников, важнее - включить в него надежных, добровольных и действительно убежденных союзников и попутчиков, - что тоже помогает сделать социология. Таким образом так называемая прямая демократия, как и любая, впрочем, другая, приводит к нарушению разумного, доброго, вечного, то есть несправедлива, недостойна, безответственна. Ответ, конечно же, исторически известен: свобода, широта прав зависит от уровня развития общества, осознавшего ограниченность своей свободы и свободы составляющих это общество индивидуумов; если декларировать больше свободы, чем дозволяет развитие общества, свобода используется во вред; провозглашенные права остаются на бумаге, потому что власти приходится действовать не по закону, а по понятиям, не только чтобы не навредить делу, но и потому что ей так удобнее. По слишком вольному закону за исполнение проголосуют те, кто едва выслушав аргументы, опустит палец вниз, обрекая на смерть обвиняемого, а завтра, когда выяснится, что казненный невиновен, разведет в недоумении руками, признавая несостоятельность своего права, - а ведь мертвого не воскресишь и даже не принесешь ему извинения и соболезнования.
Исторически ограничения в правах - цензы, в том числе избирательный, устанавливались, чтобы, с одной стороны, привлечь достойных и ответственных людей к управлению, а с другой, не допустить к этому делу непонимающих, неинформированных, недостойных, безответственных и инертных, не имеющих и не ищущих позиции из-за отсутствия интереса. Они преодолевались по факту возникновения новых общественных и гражданских потребностей и признания роли их субъектов и объектов. По мере вовлечения новых групп населения в гражданские дела, в предпринимательство, торговлю, образование стали возникать вопросы, которые прежние мудрецы не могли решать профессионально; они стали искать поддержку у новых активистов, привлекая их к управлению, вынужденно делясь властью и признавая влияние все более и более тонких общественных материй.
Многие болезни общества программируют наследуемые ошибки декларативных Конституций. По ходу развития цивилизации происходил отказ от тех или иных цензов. Например, сначала избирательное право предоставлялось только мужчинам; и только в XX в. имеет место практически повсеместная ликвидация данного ценза и предоставление женщинам избирательного права в равном с мужчинами объеме, т. е. и права избирать, и права быть избранной. В XIX и начале XX в. широко применялись сословные и имущественные цензы. Сословный ценз выражался в том, что к участию в выборах не допускались лица, относившиеся к определенным слоям населения (например, рабочие, крестьяне, военнослужащие и др.). Имущественный ценз состоял в том, что избирательное право предоставлялось только лицам с определенными доходами или собственностью. Подавляющее большинство стран мира последовательно отказалось от этих цензов, хотя кое-где они существуют.
Ю.Н.Королев. Диалектика... Не только Россия, но и почти все остальные страны не успели за технологической революцией - в большей или меньшей степени, - и Россия сохраняет конкурентные возможности, дело за мозгами, с которыми хуже, ибо хорошие действительно вывозятся в иные страны, а с остальными - жить тоже можно. Конкуренция - вещь диалектическая, она проигрывается и выигрывается, и не всегда выигравший сегодня - обеспечил себе навсегда езду впереди, если он первый - верхом, очень даже может оказаться технологически догоняющим автомобилиста: высокая технология - вещь в себе и хитрая. Вопрос не в этом; вопрос в выборе, в людях, в правильном решении. Вот его нет как нет; если решения Путина в 2000 были стратегически приемлемыми на тот исторический момент - пусть олигархи, но остановится развал России, соберется экономика, воспрянут люди, - то теперь без нового решения, все это может рухнуть, потому что потенциал прежнего решения исчерпан. Греф прав, но надо подчеркнуть, что тезис его верен на сегодня
Распродажа госимущества на спаде имеет концептуальный смысл: передать задешево доли и акции предприятий работникам и гражданам - здесь понадобятся некоторые внеэкономические юридические обеспечения и гарантии, каких уже много насочиняли в Европе, России не понадобится ничего нового; пригласить их вынуть деньги из вкладов и скрытых сбережений; создать для этого все благоприятности; но контролировать приобретение условиями, препятствующими покупку банками, монополиями, олигархами. То есть провести реформы под народный капитализм без всякой ажитации, компенсируя хотя бы отчасти обман с приватизацией начала 90-х годов; олигархи должны быть нагнуты государством, которое им все дало, и призваны поделиться собственностью, тем более, что сейчас это им ничего не будет стоить, а лишь скромно прибавит капитализации.
Ю.Н.Королев. Диалектика. Вопрос не решен окончательно - еще предстоят бои, но ясно, что в первую тройку Россию не пустят: Россия возвращается в систему глобализации под эгидой США, но без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Это не ерничанье, это важно для элиты, от этого зависит, куда ее пустят и где она станет обретать - за это и шел бой полтора десятилетия. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой. Конечно, не конец света, Россия еще вернется к разделу. Но получит ли Путин мандат на новую попытку или это будет другой, покажет время; с Россией, - кто знает? Страна будет дожидаться нового Столыпина, - пока и Кудрин сойдет. Поворот отмечен тем, что Россия переключается на противника близкой весовой категории - Турцию и - что характерно - чисто региональных претензий; но шуметь придется погромче, чтобы люди поверили - хорек страшнее льва.
Возвращение Кудрина означает Реинтеграцию, но вопрос о месте в этой системе зависимости не решен окончательно - еще предстоят бои, но ясно, что в первую тройку Россию не пустят. Россия оказалась в числе стран, которые проигрывают, которые не успели адаптировать собственную экономику и всю социальную систему к новой реальности
Ю.Н.Королев. Диалектика Глобализации. На протяжении довольно длительного времени Путин сильно опережал партнеров, критиков и единомышленников как в совершении ошибок, так и в их осознании и корректировке; все к этому привыкли, и он в том числе - видимо это необходимый знак лидера на его пике. Но это время уходит: ни по стратегическим, ни по критическим вопросам Путин более не опережает все общество, уже появились не шумные, но вполне убедительные аналитики, которые отмечают не только ошибки, но и отсутствие на них адекватной реакции со стороны лидера. Практически весь период после присоединения Крыма изобилует такими событиями, и первое среди них - декларация, но не решение проблем развития Крыма (гражданский аспект, социальная сфера, система коммуникаций, экономика, в том числе туризм); загнивание всей социальной системы России - пенсии, медицина, образование, наука, общественный транспорт, информация; отсутствие развития реальной экономики, за исключением ВПК; отставание банковского сектора; отсутствие реальной программы и плана действий по мировой экономической интеграции России; отсутствие предложения по новой общественной модели развития, упорное желание сохранить старую консервативную схему семибоярщины, это ведет к равновесному противостоянию с Юкосом, что исторически нелепо. Очевидно, что в России кризис не только элиты, но и лидера. Столыпин кончился, а нового, увы, не видно.
Ю.Н.Королев. Диалектика Глобализации. Страна будет дожидаться нового Столыпина, - пока и Кудрин сойдет. Поворот отмечен тем, что Россия переключается на противника близкой весовой категории - Турцию и - что характерно - чисто региональных претензий; но шуметь придется погромче, чтобы люди поверили - хорек страшнее льва. Почему не удался прорыв? Путин делал все правильно в рамках избранного решения: 1. прекращение распада; 2. сосредоточение России; 3. отмобилизация потенциала; 4. новый интеграционный договор с Западом, прежде всего с США и Германией. Распад был остановлен твердой рукой наведением порядка в Чечне и в Татарстане и демонстрационным разгромом Юкоса как одного из олигархов, которые не желали принимать схему возрождения и интеграции России, предложенную Путиным; одновременно в стране шла подготовка к имплантации англо-саксонской банковской системы и демократии; формировалась новая структура вооруженных сил, полиция и судебная система с выходом на взаимодействие и интеграцию с партнерами, прежде всего США и Германией.
Когда он... оглядывался вокруг,
то на что бы он ни смотрел
с жалостью, любопытством, страхом
или любовью,
он становился этим предметом,
и это предмет становился частью его
на один день или на одно мгновение
дня,
. .на целый год или на циклы
тянущихся лет. Уитмен. Листья травы.

Киссинджер считает, мир очень усложнился, в нем происходят совершенно не связанные друг с другом события, благодаря мировой сети информации они все становятся мгновенно известны, из-за этого их разноплановость очевидна, их обилие не позволяет высеять самые важные, в результате объективный анализ затруднен, опасности растут. Киссинджер еще не видит в сердце своем смертельную рану: он, как Дух Америки, как сама Америка сегодня, поражен непримиримым столкновением интернациональной глобализации и американизма-патриотизма, поэтому Киссинджер ошибается в двух моментах: 1. Что события не связаны друг с другом никакой общей целью, идеей; 2. Что изобилие, излишек и мгновенная доступность информации сеет аналитический хаос. В чем он глубоко прав, так это в том, что опасности растут; и растут они от того, что мощный все охватывающий и все захватывающий процесс преобразования мира входит в свой решающий этап, когда тем, кто теряет, и тем, кто приобретает с приближением развязки, это становится ясно не только из теории и разъяснений, дескать, хаотичных информаторов, но от нескрываемой правды жизни и реальной каждодневности и рутины. Тут-то, как говорится, и показал черт рожки.
Мир находится на общественно-исторической стадии победы социальной и экономической интернационализации, получившей наименование глобализации. В чем главное содержание нашего этапа?
Исторически сложилось так (да наверное и не могло быть иначе, если доверять исторической ретроспективе), что из двух возможностей глобализации – демократической, когда ее возглавляет и вершит некое мировое правительство, созданное на более или менее демократической основе, скажем, ООН; или авторитарной, когда ее ведет одна страна-держава только потому, что она самая могущественная, - преобразователи-реформаторы и революционеры-авангардисты предпочли последнюю, правда, окрестив ее демократической. И вот в результате Америка запрягла и повела этого коня, и это не шутка: это такая уйма ответственности, что у любого закружится голова, и страна – чудо, и народ – чудо. Именно этот выбор определил содержание современного этапа и его формы и остроту: столкновение между интернациональным и национальным.
Мир уже прошел один этап антиамериканизма (антиимпериализма), когда в 60-80-е годы определялась (еще оспариваемая Советским Союзом) роль Америки как гегемона глобализации (тогда говорили больше о транснационализации экономики, банков и частных компаний). Теперь эту роль никто не оспаривает; но и виноватый всегда определен точно и конкретно.
Чем отличается умный от дурака? Умный учится на опыте других, а дурак все должен испытать сам. История людей неопровержимо свидетельствует о том, что мы из стада дураков, но относительно везучих: не все погибают во время испытаний и приобретения опыта. Как Иванушка-дурачок из русских сказок...
Именно этот набирающий скорость процесс закручивает и закруживает все мировые частности, и стоит только копнуть Аль-Кайду или ИГ, как под тонкой шкуркой наносной средневековой или религиозной чешуи откроется истинный лик кровавой и грязной Революции. И Великой. С великой стратегической целью, конечно.
Как известно, революцию совершают одни, а плоды ее пожинают другие.
Самым парадоксальным в настоящий момент и на этом этапе глобализации является то, что суъектом противостояния интернационального и национального стали сами Соединенные Штаты и внутри этого общества-гегемона образовались и быстро набирают силу две партии – партия интернационализации, транснационализации и глобализации и партия Америки. В этом нет ничего ни плохого, ни хорошего; просто это знак того, что все-таки следующей стадией глобализации станет формирование нового и, наверное, более состоятельного гегемона-лидера процесса. Конечно, наивно думать, что это произойдет посредством всемирной избирательной кампании; но весьма возможно, что мировые сверхолигархи, например, США, ЕС, Китай, Индия и Россия (Россия - маловероятно) смогут достичь компромиссов, отказаться от части своих суверенитетов – наболее одиозных и опасных, институируют такую формулу хотя бы через ООН – и двинут процесс дальше. Почему бы нет? Америка сняла бы с себя долю – невыносимую и вредную для ее будущего – ответственности; ее партнеры сняли бы на обозримое будущее ее проблемы долга и доллара; это было бы неплохо для транснационализации.

В чем здесь, как говорят комптьютерщики, фишка? А фишка в том, чтобы не выбросить с пеной ребенка; как, впрочем, это было всегда, во все революционные эпохи.
Путин - безусловный сторонник Глобализации; он предпочел бы, может быть, многополярный вариант всемирного правительства, где все представлены пропорционально; но давно осознал невозможность в конкретную историческую эпоху такого решения и доказал делом свою готовность подчиниться лидерству Америки,- его совершенно напрасно и незаслуженно обвиняют в оспаривании лидерства США. Цель Путина, либерала и реформатора, глобалиста и легалиста, добиться для России, - в смысле, для элиты, которая господствует в России, - максимально выгодных условий при заключении сделки.
Из опыта Горбачева, которого обвели вокруг пальца и не дали вообще ничего за сокрушение сверхдержавы - СССР; из собственного опыта от 11 сентября 2001 до 8 августа 2008 и после вступления России в ВТО Путин точно знает, что не только записать на бумаге в Договоре, но вписать в несокрушимые скрижали Всемирной хартии будет недостаточно, чтобы договоренность исполнялась; нужно обеспечить свою долю неразрывной интеграцией в самую генетику нового общественного существа - Самоуправляемого Глобализма - надежного, мыслящего, целеустремленного, управляемого объективными законами, неподвластного эмоциям. Конечно, такого не бывает, но почему не помечтать и не попытаться приблизиться к идеалу; еще раз.
C точки зрения Божьего промысла, глобализация потребовалась для того, чтобы выдвинуться на новый уровень, достижение которого необходимо в связи с решением главной - глобальной же - задачи - Сохранение Вида. Нет задачи более стратегической у любого вида. Вот и люди, как многие до них, пришли к моменту, когда не только надо решать задачу, но и конкретно показать, что решить ее не только можно, но и мы можем. Кто угрожает нашему виду? как и 60 млн лет назад, - космос - Большой Космос и малый космос; большой - что разрушит снаружи, а малый - изнутри, в самом виде, в мозгах и поведении людей, в генетическом коде.
Как в свое время у отдельного предпринимателя не было средств, чтобы построить железную дорогу на тысячи километров, так и сегодня нет сил у одной страны, чтобы справиться с такой задачей, - никто сегодня не умеет остановить мчащуюся на Землю тысячекилометровую гору. Нужен объединяющий импульс; но нужна и сила конкуренции. Она действует по собственной логике - от прилавка до мировоззренческих схем; в этой системе существует и твердая воля на защиту национальных интересов и национальных культур, и это нужно, иначе глобалистская схема останется рыхлой, неэффективной, нежизненной, - только в столкновении со старым историческим проверенным надежным оружием и в результате победы над ним или интеграции извлечется из камня новый Меч.
Возвращение Кудрина означает Реинтеграцию: Россия возвращается в систему глобализации под эгидой США, но без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Это не ерничанье, это важно для элиты, от этого зависит, куда ее пустят и где она станет обретать - за это и шел бой полтора десятилетия. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой. Конечно, не конец света, Россия еще вернется к разделу. Но получит ли Путин мандат на новую попытку или это будет другой, покажет время; с Россией, - кто знает?
Страна будет дожидаться нового Столыпина, - пока и Кудрин сойдет.
Поворот отмечен тем, что Россия переключается на противника близкой весовой категории - Турцию и - что характерно - чисто региональных претензий; но шуметь придется погромче, чтобы люди поверили - хорек страшнее льва.
Почему не удался прорыв? Путин делал все правильно в рамках избранного решения: 1. прекращение распада; 2. сосредоточение России; 3. отмобилизация потенциала; 4. новый интеграционный договор с Западом, прежде всего с США и Германией.
Распад был остановлен твердой рукой наведением порядка в Чечне и в Татарстане и демонстрационным разгромом Юкоса как одного из олигархов, которые не желали принимать схему возрождения и интеграции России, предложенную Путиным; одновременно в стране шла подготовка к имплантации англо-саксонской банковской системы и демократии; формировалась новая структура вооруженных сил, полиция и судебная система с выходом на взаимодействие и интеграцию с партнерами, прежде всего США и Германией.
Для экономического обеспечения процесса необходимо было укрепить и обеспечить очень и так уже продвинутый процесс технологической и экономической интеграции России, Украины, Белоруссии и Казахстана. По всем категориям на первом месте стояла интеграция с Украиной и, казалось, проблем нет: не только потому что и так процесс зашел очень далеко; но и потому что Путин никогда не противопоставлял его Западу и не предполагал, что Запад захочет, может начать острую и бескомпромиссную борьбу и войну на этом поле - в этом не было никакого смысла, потому что весь кусок - Россия, Украина, Белоруссия, Казахстан - предназначался для полной интеграции с Западом, зачем же ломиться в открытую дверь?
Чтобы получше объяснить свои намерения Западу, Россия преждевременно и вынужденно вступает в ВТО на выгодных США и не выгодных для себя условиях: оставалось немного, и Россию умоляли бы на любых приемлемых для нее условиях войти в ВТО. Но очень уж хотелось быть приятными... Как мне кажется, Путин до сих пор не осознал, насколько это была серьезная ошибка. Ведь, когда Россия уже находится в системе международного разделения торговли, попытаться вновь ее интегрировать, как этого хотел бы Путин, с учетом потенциала Украины (+ Казахстан и Белоруссия), это не только трудоемко, но и требует добровольных уступок со стороны партнеров, - но кто же будет уступать?
Фактически Путин отрезал себе возможность получения более мощных позиций в международном разделении, во всяком случае в торговле. Выход США на атлантический договор и заключение Тихоокеанского со всей очевидностью подтвердили, что оступившийся не имеет шансов, вернее, не имеет второго шанса.
Второе обстоятельство: как только Россия оказалась в ВТО, то есть внутри интеграционной торговой системы глобализации, фокус конкурентной борьбы переместился. Если ранее присоединение России вместе со своими союзниками к любому из участников - США, Евросоюзу или Китаю - означало изменение стратегической расстановки сил в мире на долгие годы в пользу того, к кому она присоединилась, и альтернатива, состоявшая в создании Россией нового интеграционного центра, будь то Евразия, Брикс и еще что-то, в составе основных членов СНТ была приемлемой, то теперь открылась возможность конкретно пресечь всякие стремления России к интеграции на поле бывшего СССР, в том числе на поле СНГ, - тем более что они могли усилить конкурентоспособность России в системе глобализации.
Путин был прав, когда прокомментировал действия США и ЕС в этом вопросе как проявление конкурентной борьбы; но он не сказал и, я думаю, не знает, как с этим справиться. Видимо, справиться с тем, что США и ЕС отсекли Украину от интеграции с Россией, уже никак не возможно. С точки зрения развития мирового процесса глобализации, их действия вряд ли полезны и адекватны; но с точки зрения полной прокрутки конкурентной борьбы, максимального ущемления противников, ограничения их технологических перспектив и логистических возможностей и общего успеха своих компаний и стран, они успешны.
Именно это заставило ЕС и США развязать драку за Украину, чтобы закрепить новую ситуацию, сложившуюся после вступления России в ВТО, вернее за то, чтобы дальнейший процесс интеграции России шел без Украины и без учета ее ВВП на чаше весов России: удар в спину тогда нанесла Меркель, она заявила, что Путин не адекватен и требует невыполнимого. Путин попытался отстоять свой проект, и его - персонально его, потому что это был его ребенок, - принялись наказывать, отнимая у России завоеванное тяжким трудом: цены на нефть и газ, проекты газопроводов, постсоветское пространство-рынок, G8, рынок оружия, кредиты, современные технологии. Политически прямо и постоянно угрожали отстранением действующего правительства и президента.
Снова запылал, казалось, уже забытый жупел скандала с Юкосом; на примере Ближнего Востока - Хуссейн, Каддафи - Путину продемонстрировали, что бывает с непослушными лидерами зависимых стран.
Запад постоянно перепроверяет, насколько Путин владеет ситуацией в России, и все больше удостоверяется, к своему удовлетворению, что вполне владеет. Это означает, что от него можно потребовать максимальных уступок, и он справится; а больше никто не справится в России.
Кое-кто пугает тем, что если свергнуть Путина (а кто это может сделать?), то придет кто-то хуже. Хотелось бы спросить, кто? Слева? Справа? Во-первых, никого нет; а во-вторых, чем он может быть хуже для Запада? или лучше? Да ничем. Игра в основном - стратегически - сыграна.
Остается пресловутый русский фактор.
Что такое русский фактор - не мистически, а математически. Он состоит из нескольких слагаемых и пары мультипликаторов: позиция большинства и активной части населения, его готовность свою позицию защищать, его решимость и мобилизация к конкретным действиям. Единственно опасная для Запада ситуация - мультипликационная - русская революция и приход к власти неких принципиально новых творческих сил; проблема, - что их нет в обозримом пространстве; хотя то, что им нужно сделать, - ясно и очевидно и уже было сделано в историческом прошлом в Западной Европе 60-90-х годов ХХ века - народный капитализм, или переход к социальной рыночной экономике и интернациональной экономической интеграции, которая позднее приняла формы глобализации.
Существует программа, но не имеется сил, чтобы ее реализовать. Вообще-то и силы есть; нет лидера и организации; нет продвижения программы. Лучше всех это мог бы сделать Путин; но такая программа находится вне сферы его убеждений.
Путин принадлежит к команде Гайдара, Чубайса, Кудрина, Ельцина, Собчака, которые в революции 1991 года подменили ее программу: вместо передачи собственности - людям, они осуществили передачу собственности в руки небольшой собственной группы чиновников и олигархов.
Путин не может представить себе в качестве собственника огромное большинство населения - в долях, акциях, коллективно, хотя весь мир давно уже накопил огромный опыт такой теории и практики; он не знает, как это сделать; он никогда не решится на такое действие, потому что будет рассматривать его субъективно как предательство своей собственной группы соратников; а он - не предатель. Можно, конечно, попытаться его переубедить, но для этого нужно быть его другом; где такого взять?
Чем опасен для Запада революционный путь России, если она принимает социально-рыночную программу? Тем, во-первых, что это не факт. Мы знаем примеры революционных перемен в направлении от этатизма и государственного социализма к приватизации; в 1991 году это был бы естественный ход событий, таким путем пошли Польша, Чехия, Венгрия. Но известны и противоположные примеры, когда отчаявшийся народ все свои надежды возлагал на государство.
Революционная Россия скорее всего придет к социально-рыночному проекту, но через этап реванша социального этатизма и мобилизационной экономики; длительность такого этапа зависит от поддержки населения, удачи в промышленном развитии и социальной политике, качества вождей. К сожалению, России так везет, что зарекаться не приходится.
Во-вторых, опасность кроется в частом периоде революционной агрессивности, внешней экспансии, реваншизме и своеобразном интернационализме, чреватом попытками перенесения на почву иных государств, в том числе соседей своего революционного опыта, идеалов и свершений. Вряд ли стоит напоминать о Наполеоне, который в самом начале французской революции был членом Якобинского клуба. Через это прошли и, боюсь, проходят многие страны и лидеры. Западу понадобится много терпения и мудрости, чтобы переждать такую болезнь роста; а ни в чем таком европейские элиты в последнее время не замечены...
В-третьих, все это не ускорит, а крайне затянет решение острых вопросов современности.
В-четвертых, иной путь подразумевает терпеливое и мудрое участие европейцев в судьбах России; к сожалению, на это надежды не то что мало, а - никакой.
Первейшей и актуальнейшей угрозой национальной безопасности России является - неисполнение законов России, открытое предпочтение личных интересов интересам страны и общества, граждан, которые посадили тебя в эту должность и оплачивают твое в ней пребывание своими налогами Ю.Н.Королев. Стратегия интеграции. Интуитивно многие понимают, что парадоксальным образом прямая демократия это самая манипулируемая система власти. Она уже получила в исторической науке свое имя - популизм. В новое время эта практика началась с Наполеона. Хотя она тоже была и есть цензурирована, например, нигде до сих пор нет прав у молодежи до 16 лет, а собственно, почему? это возрастной ценз. Нет прав у душевнобольных, хотя этих прав их лишают врачи, чья объективность нуждается в доказательствах, нет прав у приехавшего иностранца - почему? это тоже ценз, etcetera. C использованием современных средств социологии легко вычисляются опасные группы, которые практически незаметно для внимательного ока правозащитников можно исключить из гражданского процесса. Но дело даже не в том, чтобы исключить из избирательного процесса тех или иных противников, важнее - включить в него надежных, добровольных и действительно убежденных союзников и попутчиков, - что тоже помогает сделать социология. Таким образом так называемая прямая демократия, как и любая, впрочем, другая, приводит к нарушению разумного, доброго, вечного, то есть несправедлива, недостойна, безответственна. Ответ, конечно же, исторически известен: свобода, широта прав зависит от уровня развития общества, осознавшего ограниченность своей свободы и свободы составляющих это общество индивидуумов; если декларировать больше свободы, чем дозволяет развитие общества, свобода используется во вред; провозглашенные права остаются на бумаге, потому что власти приходится действовать не по закону, а по понятиям, не только чтобы не навредить делу, но и потому что ей так удобнее. По слишком вольному закону за исполнение проголосуют те, кто едва выслушав аргументы, опустит палец вниз, обрекая на смерть обвиняемого, а завтра, когда выяснится, что казненный невиновен, разведет в недоумении руками, признавая несостоятельность своего права, - а ведь мертвого не воскресишь и даже не принесешь ему извинения и соболезнования. [ читать дальше ]
Возможно, что для очередного шага в глобализации мировой экономике потребуется переходный период мобилизационной экономики не только в России, но и в ряде других стран, более всего и опаснее всего не готовых к новациям технологической революции.

Хоть Берия, хоть не Берия, - косим мы траву. Ю.Н.Королев в течение 2013-2016 годов направил за своей подписью в различные инстанции, включая генерального прокурора Чайку, прокурора Москвы Куденеева, других известных лиц, в том числе президента РФ - от безнадежности - В.В.Путина, - не менее 50 заявлений, жалоб и писем - за своей подписью с датой и регистрацией, и от всех этих должностных лиц (вместо Путина подписался кто-то из администрации) получил ничего не значащие и не имевшие никаких последствий отписки или не получил вовсе ничего. Впрочем, последствия были: состряпано дело, предъявлено обвинение, арестовано имущество, проведен демонстрационный обыск квартиры с угрозами все вынести, объявлен в федеральный и международный розыск, принята мера пресечения - арест - все за пару недель и решение суда 30 декабря с установленным сроком на право обжалования - 10 дней. Сотни авторизованных текстов прошли в интернете - с тем же результатом. Путин: Все жалобы, в том числе в интернете, они, конечно, должны быть индивидуальными... В интернете легко прятаться, хамить, обзываться, и при этом заявлять свою позицию какую-то крайнюю. И при этом неизвестно еще, кто это делает. Если у человека есть какая-то позиция, есть какие-то претензии, пусть он скажет, назовет себя. Иначе это не претензии и не жалобы — это анонимка. Здесь только один проверяющий хорошо работал — Лаврентий Павлович Берия — с анонимкам.

Юрий Королев. Сказано: Правь, Британия! Брекзит имеет несомненный исторический смысл, и теперь уже не важно, отменят его или нет. Формула и практика глобализации устоится и победит только в борьбе против отживших схем общественно-экономического устройства и старых ценностей. В этом смысле противники исторической схемы транснационализации в лице СССР, национальных движений, антиколониальных восстаний, религиозных мятежей не только враги, но и учителя; именно в отработке с их наиболее сильными проявлениями оттачивается теория и практика новой исторической формации, - без таких битв родится импотент. Слово наполняется все новым историческим содержанием. Брекзит - лишь один из элементов в столкновении и борьбе за политическое влияние в Европе, то есть в борьбе за власть в Евросоюзе. Явление брекзит напрямую сопрягается с победой Трампа в Америке. Состав противостоящих групп очень сложен, и мы его подвергнем анализу немного позже; в настоящий момент он воплотился в столкновение между Брюсселем и Лондоном. Особенность в том, что команда Брюсселя представляет собой почти чисто транснациональную бюрократию, которая не только не воспринимает, но и не понимает так называемых национальных задач в процессе глобализации; Лондон же, будучи глубоко интегрированной структурой в процессе глобализации, одновременно является и наиболее продвинутой структурой в плане социальной мобилизации собственного населения, а его наследие как метрополии огромной империи добавляет ему особенный опыт и институированный авторитет его элите: его профессионалы, в особенности финансовый сектор слиты по интересам с международными финансовыми структурами, и хорошо их понимают, будучи сами хорошо понимаемы международным финансовым капиталом и банками, фондами и биржами; а его политические партии, профсоюзы и СМИ в целом продолжают держать руку на пульсе национальной жизни. Этот уровень пока недоступен брюссельским гномам; и они, обладая формально властью над Европой, ощущают себя достаточно малообразованными - третьим сословием - в прямом столкновении с великобританской аристобуржуазией. И не забудем: главный итог референдума - 50:50, - это общенародный - общемеждународный - клич думать, искать консенсус и решать - времени нет.



Королев Юрий. Лидеры ЕС не случайно противостоят Трампу, ибо они представляют союз, созданный государствами... А Трамп - глашатай субсидиарного государства, который является подспорьем частного бизнеса, а вовсе не его руководителем, эффектные инициативы президента дезориентируют. Брюссельцы реально - идеологически - отстраняются от руководства миром. Трамп готов кое-что позволить некоторым - Великобритании и Германии; возможно, России, и то только потому что суверенный - то есть без интеграционного альянса с США или ЕС или Китаем - ход России не может оказать существенного воздействия на мировой процесс; упрется с Китаем; а остальным уготована участь покорно следовать в фарватере... Кто станет лидером и менеджером транснационализации как этапа мировой интеграции, - государство или монополии; этот вопрос решился паллиативно: интеграционный транснациональный процесс возглавили мощные частные структуры, базировавшиеся территориально преимущественно в США, охраняемые американским законом и американской силой, как военной, так и финансовой. Но этатистская и социальная Европа ограничивала и тормозила глобализацию, отягощая ее мощным социально-государственным довеском, - это обременение Трамп пытается сбросить...
Был ли российский (советский) проект хоть когда-нибудь реальной альтернативой мирового развития – это один из вопросов, на который каверзный ответ был сформулирован прежде, чем сам вопрос. Не был: советский эксперимент - лишь часть общего опыта использования государства как средства решения внутренних и геополитических проблем развития мировой интеграции; в России в условиях отставания от стран западной Европы был предпринят экстремальный опыт использования государства в этих целях; но иных целей, кроме этих, этот опыт не предполагал и не мог, по своей сути, выйти за рамки исторической альтернативы - этатизм (абсолютизированный государственный капитализм) в рамках общей формации.

Но принцип стратегических построений остается неизменно арифметическим с времен Клаузевица: если Китай сложить с Россией, получится много, но если Китай с Европой, - то гораздо больше, и этот факт оказал и оказывает решающее воздействие на Америку, начиная со Збигнева Бжезинского и Рональда Рейгана. Охват России и Китая двумя новыми флангами интеграции - Тихоокеанским и Атлантическим - статегическое решение, оставляющее на усмотрение Китая и России, - как договариваться и о чем в мутном котле ВТО. Исчерпанность проекта глобализации показала, что и эта линия на раздел исчерпала себя. Новый этап технологической интернационализации требует вовлечения, если не России, то, по меньшей мере, Китая; но многоукладное общество и рынок Китая еще меньше, чем российское, готово к технологическорй интеграции, которая привела бы к еще более, чем в России после развала СССР, расколу и обнищанию и сопровождающим такое явление событиям в политике и социальной жизни. Грустный пример России после 90-х никак не вдохновляет Китай. Перед Трампом, как ранее и перед Обамой, цуг-цванг: что ни сделаешь, все - хуже. Чтобы выйти всем с достоинством и выгодой, нужен совместный проект, который, как всегда, в период истинных реформ, ляжет тяжелым грузом на население, - ресурс истины брать не с кого, кроме самих людей. Нужны адекватная элита и адекватные вожди...

Советский Союз возник как единодушный ответ российского населения на развал страны в ходе постреволюционной гражданской войны, и единая и неделимая Россия – был основной лозунг победителей, которые и сформировали СССР, остававшийся по геополитической сущности полным восприемником и продолжением дореволюционной России, свергнувшей монархию. Результатом второй мировой войны, не достигнутым из-за революции в России и Германии в первой мировой войне, стало объединение западной Европы под эгидой США и выделение России в качестве основного врага всего американского мира и продолжавшей кокетничать своим суверенитетом Франции и имперским величием Англии. Для завершение этого исторического момента было необходимо развалить колониальные империи, прежде всего Англии и Франции, но заодно и Бельгии и Нидерландов. Все эти старые мировые системы управления были очень неповоротливы, а с ростом и осознанием своих интересов населением колоний просто неэффективны и затратны, потоки средств меняли направление и вели к обезвоживанию финансовых рек. Центральным вопросом выбора стало определить, что выгоднее и перспективнее, - развивать производство, технологии и торговлю по имперским коммуникациям, то есть внутри метрополий и колоний, и уже затем налаживать интеграцию между этими мировыми геополитическими структурами; или же начать интеграцию высоких технологий, отпустив на волю колонии, интегрировать и объединить вершину мира, а затем продолжить мировой процесс интеграции с позиций новой силы. Был избран второй путь, и решение продиктовали США, причем, не столько силой, сколько деньгами, а главное новыми технологиями и новым типом финансовых коммуникаций, в основу которых лег доллар и совершенно новаторское отношение к кухне обеспечения мировой валюты, в частности, отказ от золотого стандарта: никакого мирового золота не хватило бы на обеспечение доллара как мировой валюты, который печатал американский станок в соответствии с потребностями оборота мировой экономики.

Опыт мобилизационной экономики во время войны подогревал уверенность Сталина в том, что России все по силам и своими средствами. Объективно в тот период историческая альтернатива в виде государственной монополии не была дискредитирована, и не только в России, но и в самых передовых странах мира вера в реальность социализма была весьма популярна. Продолжали существовать два общественно-исторических проекта, и не так сразу и не так просто было выбрать победителя, учитывая, что американский проект был доступен только самой высокой элите государств, а стран, самостоятельно искавших свое место под солнцем, становилось все больше и больше – Китай, Индия, Мексика и полторы сотни иных и бедных. Россия не состояла в элите, но она единственная противопоставила Америке свою альтернативу развития, которая хотя бы теоретически обосновывалась. И что вы думаете? В 1957 году взлетел русский спутник; а 1961 – первый корабль-спутник с Гагариным на борту, а ведь смыслом выяснения отношений была - технология. Вот откуда в Америке появилось критическое направление в элите и Кеннеди... А в 1962 году Россия смогла обойти все наблюдения США и завести баллистические ракеты на Кубу - это тоже технология. Не внешний фактор, а именно сомнения в правильности национального - внутриполитического - выбора породили первый послевоенный кризис в США в 1962 году, известный как Карибский кризис, который, конечно же, был лишь его наиболее очевидным проявлением. Кризис был именно внутриполитическим, потому что американская элита оказалась перед трудным выбором альтернативы стратегического развития страны и мира, и только в столкновении главных сил в самой Америке решалась и разрешилась ситуация, но вопрос был поставлен во всей его широте – как Америке двигаться дальше.

Технологическая интеграция осуществляет объединение, вернее, взаимопроникновение производственных процессов, которые влекут за собой такое же явление в смежных сферах сырья, с одной стороны, и реализации продукта, с другой: почти всегда конечный продукт перестает быть конечным, технологические цепи удлинняются во всех направлениях, соединяясь с параллельными, вертикальными, диагональными - всякими, но природно и технологически такими же процессами интеграции, - это и есть глобализация. Понятно, что любой национальный рынок имеет несколько техногических уровней, которые не совместимы в чистых интеграционных технологических процессах, но на практике сосуществуют и взаимодействуют благодаря специально созданным гражданским общественным структурам, главнейшим из которых до сих пор остается национальное государство. Другой тип экономической интеграции - это межнациональная интеграция, когда друг к другу приспосабливаются многоукладные рынки разных стран. Евросоюз пытался и пытается устоять на этих двух резвых скакунах одновременно - замечательеный исторический опыт, но он все более приобретает межнациональный характер из-за решения принимать в союз после крушения СССР страны, технологически не готовые к глобализации.

Как и западная Европа в послевоенные годы, Россия адаптировалась для транснационализации под эгидой США, для этого она должна была отказаться (как Англия от Индии, а Франция от Алжира) от лишних и обременяющих территорий. Обременяли они, конечно, прежде всего лидера транснационализации США, так как затрудняли рыночную математику, состоявшую в том, чтобы определить, какую долю получает Россия в структуре транснационализированного (или глобального) мира. Но и Британия, и Франция стояли насмерть, отстаивая свое добро; у России в тот момент оказались лидеры, которые признали свое поражение раньше, чем их противники (и партнеры), и как в случае с Германией после первой мировой войны и Версальским грабительским миром, с Россией поступили, как с капитулировавшим врагом: обложили запредельной контрибуцией и обрезали территории вопреки геополитическому смыслу. Такие ошибки исторически наказываются войной: отрезать от России Украину - это все равно, что отделить от Англии Шотландию или от Франции - Гасконию. Вот и случилась война на Украине. Оскорбленная страна рождает поколение, осененное радикальной пассионарностью: оно, как в Германии, реагируя на несправедливость, может оказаться готовым совершить несправедливость в свою очередь.

Ю.Н.Королев. Какая дилемма перед Путиным? Получив мандат на сохранение стабильности и исторический консерватизм, Путин не может его использовать для реформ, которые необходимы в случае, если он вознамерится активно вступить в переходный период от глобализации к новому этапу в процессе интернационализации, который теперь примется реструктурировать Трамп. Альтернатива проста: или добиваемся максимального соответствия и настраиваем гайку на тот же шаг резьбы, что у американского болта, или углубляемся в противостояние; но и в том, и в другом случае Россию ожидает трудный путь народного самоотречения и готовности на жертвы и бедность. Если Путин решится на реформы, ему придется подавлять их проттивников, потому что сторонников реформ у него нет. Если не решится, отсутствие кредитов и санкции приведут к дальнейшему обеднению населения, что рано или поздно породит массовое сопротивление. И это надолго; есть пути справиться с массовым протестом: либо гулаг, либо плановый социальный патернализм, либо их сочетание, что невозможно без мобилизационной экономики. Но в обоих случаях - и в случае проведения реформ, и в случае отказа от них - власти понадобится отмобилизованная карательная система, способная пресечь протест на корню. Чем Путин - осознанно или стихийно - теперь и занимается, и у него нет другого варианта.

Юрий Королев. Вряд ли можно заподозрить генсека Нато Йенса Столтенберга в желании спровоцировать Трампа; но кажется ясно, что попытки резонерствовать и поучать его чреваты неожиданностями. Правда, он уже подбросил примирительную фразу, что после его критики Нато, дескать, скорректировала свою политику. На самом деле вопрос другой. Трамп не согласен с тем, что Америка содержит Нато как вооруженные силы Европы и не получает от этого никаких дивидендов, а лишь риски и осложнения, и предлагает и Европе взять на себя как затраты на содержание, так и риски за применение. Напоминание генсека о том, что Нато задействовала 5-ю статью ничего, кроме улыбки, вызвать не может, и зачем Стентенбергу понадобилось упоминать этот факт, который вызывает желание поинтересовать его IQ, неясно. Похоже, он предлагает от имени Европы Трампу продолждать играть в войну с серьезным лицом вместо крайне актуальных поисков решения реальных задач безопасности. Не думаю, что это проходит: Трампу незачем ссориться с Европой, и он примет некоторые приемы толерантного поведения, но он не может отказаться от основ своей программы.
Ю.Н.Королев. Если бы Клинтон избрали, миром стали бы руководить три женщины: Меркель, Мэй и Клинтон... Этого не случилось, но, по крайней мере, у одной из мэтрисс - Мэй - есть предпосылки и шансы сохраниться на переходный период. Меркель ничем не хуже, но у нее за плечами уже большой накопившийся негативный багаж: имиграция и Украина, и, объективно говоря, германской элите для чистоты эксперимента следовало бы сменить лидера, но альтернативная фигура сейчас, повидимому, пока отсутствует. На новом этапе интеграции Америки и Европы Россия остается, попрежнему, удобным мальчиком для битья, но без всяких намерений прибить совсем. В то же время, Трампу, чтобы усилить конкурентный рычаг, может понадобиться имитировать дорогу дружбы с Путиным, чтобы приструнить Меркель и Мэй; но это ненадолго, потому что никакого стратегического плана опережающей интеграции с Россией не существует и необходимости в этом никакой нет, и, как только понадобится готовый и упакованный враг, - вот он, да еще в лице оштукатуренного Путина.
В круге шестом. Ну, хорошо, Трамп Трампом, - он и без нас разберется. России важно, как он поведет себя в отношении нашей страны. И это, действительно, исходя из того, что я предположительно описал, - весьма прагматично, то есть зависит не только от Трампа и Америки, но и от России и от Путина. Как прагматик, он будет предлагать и реагировать, и времени даст только столько, сколько, как он привык полагать, необходимо грамотному визави для обсуждения вопросов и их корректировки вплоть до выработки возможных компромиссов; далее - все, либо получается совместная работа и бизнес-проект запускается, либо на нем ставят крест. В случае одобрения, - уже маршрутная карта... И что же Путин? У него открылся невиданный шанс, в наработке и обосновании которого он активнейшим образом участвовал, - то есть это ему не дар судьбы, хотя конечно, - и дар, не без этого, - не без Бога, - если уж Ему кто угоден, не отступится. И все-таки скорее всего это - последний шанс. Трамп, похоже, готов попробовать вовлечь Россию в свой проект, потому что такой колосс, как единые Америка-Европа-Россия - это историческое явление стратегического типа на многие столетия. Путин должен соответствовать, организовать, вести и снова соответствовать, организовать и вести - никто не обещает, что будет легко. Трампа не будет интересовать, как это сделает Путин, и это значит, что своей демократией нам придется заниматься самим, для проекта Трампа - лишь бы не было технологических препятствий. Экономически это очень непросто, и вопрос мобилизационной экономики не снимается с повестки дня. Но самое главное для Путина - гражданские отношения, то, как поведет себя население, как сохранить поддержку и доверие и как переформатировать делегированные задачи - с консервативной программы - безопасность и выживаемость, в реформы и снова реформы. Конечно, в случае, так сказать, подписания контракта можно рассчитывать на серьезные кредиты, которые быстро перерастут национальный валовый продукт... Конечно, через какое-то время начнется рост; но все очень тонко и колебательно. Хотя в общем-то Путин может справиться, потому что конкурентные позиции все равно придется жестко отстаивать.
Есть еще и пятый круг, который можно считать и первым. Он связан с выяснением целей и стратегических задач, которые ставит перед собой Трамп. Как всегда на пике кризиса, или, если хотите, революции, вопрос содержания проекта общественного развития до смешного прост и ясен: неизбежна дальнейшая интернационализация экономики, общественных связей, политических систем, в основе которой - технологическая интеграция. В этом разрезе, глобализация как исторический этап интернационализации, уходит в прошлое, а как назовут новый этап интернационализации, покажет ближайшая практика. Путей два. Один проходит через создание, упрощенно говоря, мирового правительства демократическим и правовым путем, например, через существующие структуры вроде ООН. Другой, - через переформирование тоже существующего американского властного центра через интеграцию в него, по меньшей мере, европейской элиты и делегирование ей части реальных властных полномочий. Премудрая и предусмотрительная британская элита благодаря брегзиту будет требовать себе отдельного сегмента власти, а не в купе с остальной европейской (читай: германской) элитой. Обеспечение и безопасность - структуры НАТО, которая обречена на новое мощное финансирование и развитие. Финансировать НАТО теперь придется Европе, и она легко с этим справится, но вопрос создания вооруженных сил каждого из членов ЕС отпадет сам собой. Эта альтернатива наиболее вероятна, сейчас к ней должен быстро прийти новый президент США, для чего понадобится объяснить, почему Россия в таком проекте не участвует. Но это тоже легко.
Четвертый круг проблем, с которыми столкнутся Трамп и Путин, связан с характером власти в России. Реформы, особенно, непопулярные возможно провести в обществе в случае, если общество делегирует реформатору-лидеру полномочия на проведение реформ, ибо как известно, это очень затратная, требующая от населения самоотречения и терпения долгосрочная процедура. Поддержка Путина среди населения уникальна и он обладает полномочиями. Да, но полномочиями на что? дело в том, что после экспериментов 90-х годов, приватизации и безрассудного злоупотребления властью и терпением населения, а также после кризиса 2008 года и падения уровня жизни наряду с усилившимся осознанием военной опасности население России, действительно, делегировало полномочия Путину, - но не для проведения реформ, тем более непопулярных, а как гаранту стабильности и спокойствия, - не реформ, я бы сказал одним словом - нереформ - проводить реформы ему никто не поручал, не уполномочивал, не просил. Напротив, пусть беднее, но спокойнее. В этом ныне состоит социальный парадокс России и преодолеть его - задача сложная и нескорая. Это приведет к тому, что обязательства, которые должен будет взять на себя Путин на переговорах с Трампом, он не сможет выполнить, и это станет ясно уже очень скоро. Если Путин уже это понимает, то он станет инициатором срыва переговорного процесса; если он этого пока не видит, то процесс сорвется явочным порядком, когда Путину понадобится сила внутри страны, чтобы провести даже минимальные реформы. Именно это имел в виду премудрый Обама, когда говорил, что активизация внешних усилий со стороны Путина - признак не силы, а слабости. Что, с другой стороны, косвенно свидетельствует о том, что сам Путин скорее всего понимает истинное положение вещей... Как верно заметил о нем тот же Обама: он - не дурак.
Третий круг сформировался уже на марше. Вначале предпримательские круги в Европе негативно встретили реализацию плана насильственного принуждения России к глобализации без учета ее интересов. Уже развернувшие долгосрочные планы компании, особенно в Германии, понимали, что они оказываются под угррозой срыва; но постепепнно убедились, что Россия не только идет на сотрудничество в этих условиях, не только боится потерять наработанное, но и российские партнеры все более идут на конкурентные уступки - санкции и дискриминация российского предпринимательство и страны в целом на мировой арене оказались чрезвычайно выгодными для европейских партнеров, и они полностью перешли на позиции поддержки санкций и противостояния с Путиным. Теперь уже отказ от такого направления породил бы трудности у бизнеса. Но постепенно не только еыропейские предприниматели, но и все мировые компании обнаружили, что надящиеся под давлением русские бизнесмены стали гораздо более податливыми при обсуждении вопросов долевых интересов, технологической уступчивовсти, безопасности капитала: они апеллировали не к своему национальному правительству в опасных случаях, а к свогим партнерам или даже к иностранным правительствам, которые действовали более твердо и опирались на устойчивые сворды и практику применения законов. Теперь не только иностранные компании, но и интернационально-российские фирмы предпочитали, чтобы государство России находилось под давлением санкций и дискриминаций. С этим сейчас столкнется Трамп.
Почему у Трампа с Путиным ничего не получится, хотя они оба будут очень стараться... Тут несколько кругов.
Первый связан с тем, что на уровне технологической интеграции Россия готова к вступлению в процесс только выборочно и по сегментам экономики, что приводит к отрыву привлекаемых секторов от многоукладной национальной экономики, а это больно ударяет по благосостоянию населения, отбрасывая его на периферию мировой бедности: ведет к ускорению утечки умов и профессионалов, сужает поле свободной конкуренции, делает малоперспективным предпринимательство в национальных рамках страны: обнищание в 90-е и после 2008 гг. как цена за технологическое участие в глобализации доказало это всему населению и власти тоже; успешно участвовавшая в глобализации часть российского бизнеса ушла на запад - массовая поддержка Путина - цена такого эксперимента. Путин предложил США и Европе поискать пути компенсации потерь - хотя бы с помощью поставок газа и нефти, но понят и воспринят не был, а стал мишенью критики.
Второй круг геополитического свойства: если США пойдут на тесный экономический и политический союз с Россией, это поставит в зависимое положение Европу, особенно ее восточные и центральные регионы; станет затруднительно говорить не только о ЕС как второй экономике мира, но и о ее обороноспособности: или трать огромные деньги на собственную армию или присоединяйся к союзу США и России как третья сила, да и кто станет способствовать в этом случае единой Европе, когда гораздо более выгодно присоединять каждую страну в отдельности.
Конечно, такой проект надолго закрыл бы вопросы с Китаем; но - не навсегда, так как заставил бы его искать геополитические решения с Индией, Пакистаном и Японией. В этом круге США выбрали в качестве стратегического партнера Европу, расчитывая, не без основания, что России деваться некуда и рано или поздно она сама упадет в руки как спелое яблоко. Это решение элите США далось не так легко, и демократы в лице президента Клинтона, и республиканцы в лице Буша-младшего приложили немало сил, чтобы найти компромиссы; весь период до 2012 года в этом русле действовал и Путин, но - не срослось. Обама тоже попытался перезагрузить отношения с Россией, но также потерпел неудачу - и вовсе не потому что не старался, не по субъективным, а по мощным объективным причинам, и это только Хиллари Клинтон видела в этой неудаче злую волю Путина, но не Обама.
Если бы Клинтон избрали, миром стали бы руководить три женщины: Меркель, Мэй и Клинтон... Этого не случилось, но, по крайней мере, у одной из мэтрисс - Мэй - есть предпосылки и шансы сохраниться на переходный период. Меркель ничем не хуже, но у нее за плечами уже большой накопившийся негативный багаж: имиграция и Украина, и, объективно говоря, германской элите для чистоты эксперимента следовало бы сменить лидера, но альтернативная фигура сейчас, повидимому, пока отсутствует. На новом этапе интеграции Америки и Европы Россия остается, попрежнему, удобным мальчиком для битья, но без всяких намерений прибить совсем. В то же время, Трампу, чтобы усилить конкурентный рычаг, может понадобиться имитировать дорогу дружбы с Путиным, чтобы приструнить Меркель и Мэй; но это ненадолго, потому что никакого стратегического плана опережающей интеграции с Россией не существует и необходимости в этом никакой нет, и, как только понадобится готовый и упакованный враг, - вот он, да еще в лице оштукатуренного Путина.
Отбросим детали и признаем, что Обама в значительной степени подготовил приход Трампа - в смысле глубокой передислокации американской элиты. В этом ключе американские события находятся в одном потоке с британским бегзитом. Ведь это Кэмерон, противник выхода Британии из Евросоюза, обещал референдум, и именно он его провел. Так и Обама: он провозгласил и начал реформы, с которыми не справился, но общество осознало их необходимость, назначив на их исполнение других людей, - как и в Лондоне. И сторонников, и противников - пополам: и Америка, и Британия препарировали глобализацию по-живому - настоящая вивисекция! - и ответ ясен: неизбежен приход нового проекта. В чем трудность для других стран и для России, в частности? В том, что эти реформы и связанные с ними решения будут проводиться очень решительно и настойчиво - радикально! - и в бирюльки с новыми лидерами не поиграешь. Их стиль в некоторой степени засветил министр иностранных дел Великобритании, эпатажный мэр Лондона Александр Борис де Пфеффель-Джонсон, который систематически подчёркивает, что не питает ни малейших симпатий ни к президенту России В. В. Путину, ни к построенной последним политической системе, которую Джонсон называет бандитской клептократией.
Все-таки я остаюсь при своем мнении, что Обама в новейшей истории один из лучших и наиболее интересных президентов в мире, достойных великой страны, и он снова подтвердил это, признав ошибочность действий в Ливии. Очень даже неплохо для еще даже не севшего за мемуары президента. На память не приходит ни одного такого случае, и не только в США. Буш смутно что-то бормотнул про Ирак, но больше в ключе - что его обманули; его тогда даже Путин косвенно поддержал, заявив, что, дескать, ходили такие слухи - об оружии массового поражения у Хуссейна. То есть Буш признавал ошибочность своих действий, стремясь свалить вину за нее на других. Обама ни на кого не кивает: самой худшей ошибкой была интервенция в Ливии, и если бы можно было повернуть историю обратно, я бы отказался от этого плана. Мы и наши европейские партнеры недооценили местные обычаи и нравы. Никто не поблагодарил нас за попытку продвижения западных ценностей.
А кто сказал, что будет легко. Хорошо уже то, что удалось очертить круг вопросов, которые надо решать.
Какая дилемма перед Путиным? Получив мандат на сохранение стабильности и исторический консерватизм, Путин не может его использовать для реформ, которые необходимы в случае, если он вознамерится активно вступить в переходный период от глобализации к новому этапу в процессе интернационализации, который теперь примется реструктурировать Трамп. Альтернатива проста: или добиваемся максимального соответствия и настраиваем гайку на тот же шаг резьбы, что у американского болта, или углубляемся в противостояние; но и в том, и в другом случае Россию ожидает трудный путь народного самоотречения и готовности на жертвы и бедность. Если Путин решится на реформы, ему придется подавлять их проттивников, потому что сторонников реформ у него нет. Если не решится, отсутствие кредитов и санкции приведут к дальнейшему обеднению населения, что рано или поздно породит массовое сопротивление. И это надолго; есть пути справиться с массовым протестом: либо гулаг, либо плановый социальный патернализм, либо их сочетание, что невозможно без мобилизационной экономики. Но в обоих случаях - и в случае проведения реформ, и в случае отказа от них - власти понадобится отмобилизованная карательная система, способная пресечь протест на корню. Чем Путин - осознанно или стихийно - теперь и занимается, и у него нет другого варианта.
Вряд ли можно заподозрить генсека Нато Йенса Столтенберга в желании спровоцировать Трампа; но кажется ясно, что попытки резонерствовать и поучать его чреваты неожиданностями. Правда, он уже подбросил примирительную фразу, что после его критики Нато, дескать, скорректировала свою политику. На самом деле вопрос другой. Трамп не согласен с тем, что Америка содержит Нато как вооруженные силы Европы и не получает от этого никаких дивидендов, а лишь риски и осложнения, и предлагает и Европе взять на себя как затраты на содержание, так и риски за применение. Напоминание генсека о том, что Нато задействовала 5-ю статью ничего, кроме улыбки, вызвать не может, и зачем Стентенбергу понадобилось упоминать этот факт, который вызывает желание поинтересовать его IQ, неясно. Похоже, он предлагает от имени Европы Трампу продолждать играть в войну с серьезным лицом вместо крайне актуальных поисков решения реальных задач безопасности. Не думаю, что это проходит: Трампу незачем ссориться с Европой, и он примет некоторые приемы толерантного поведения, но он не может отказаться от основ своей программы.
Трамп обвинил Китай в нечестных валютных интригах, - и это, конечно, своеобразное приглашение к новому диалогу. Важную роль в американском проекте играет китайский вектор. Эта роль чрезвычайно возросла со времен китайского чуда. Но принцип стратегических построений остается неизменно арифметическим с времен Клаузевица: если Китай сложить с Россией, получится много, но если Китай с Европой, - то гораздо больше, и этот факт оказал и оказывает решающее воздействие на Америку, начиная со Збигнева Бжезинского и Рональда Рейгана. Охват России и Китая двумя новыми флангами интеграции - Тихоокеанским и Атлантическим - статегическое решение, оставляющее на усмотрение Китая и России, - как договариваться и о чем в мутном котле ВТО. Исчерпанность проекта глобализации показала, что и эта линия на раздел исчерпала себя. Новый этап технологической интернационализации требует вовлечения, если не России, то, по меньшей мере, Китая; но многоукладное общество и рынок Китая еще меньше, чем российское, готово к технологическорй интеграции, которая привела бы к еще более, чем в России после развала СССР, расколу и обнищанию и сопровождающим такое явление событиям в политике и социальной жизни. Грустный пример России после 90-х никак не вдохновляет Китай. Перед Трампом, как ранее и перед Обамой, цуг-цванг: что ни сделаешь, все - хуже. Чтобы выйти всем с достоинством и выгодой, нужен совместный проект, который, как всегда, в период истинных реформ, ляжет тяжелым грузом на население, - ресурс истины брать не с кого, кроме самих людей. Нужны адекватная элита и адекватные вожди...
Тринадцатый президент Америки. После Рузвельта и после Второй мировой это Тринадцатый президент Соединеных Штатов Америки. Что характерно, 7 из них до сих пор живы и здравствуют; в России за то же время сохранился только один генсек и он же президент – Горбачев, и эта традиция не умирает. По-настоящему послевоенных было на самом деле два президента, впитавших в себя политическую традицию эпохи Рузвельта - Трумэн и Эйзенхауэр, они решили спор о дележе мира, и выбрали не СССР, а Западную Европу, включая потерпевшую поражение Германию. И главным образом - Германию (плюс Великобритания). Германия испугала их до смерти: своим упорством, своей сопротивляемостью, своей способностью отмобилизовать жертвенно нацию и материальный потенциал: но главное - технологическими достижениями, уже реализованными и еще находившимися в потенциале и разработке, своими блестящими учеными, инженерами и лабораториями. Мистический ужас перед германским гением заставил Америку создать уникальный для своего времени и гигантский план Маршалла, - восстановления Германии и Европы под гегемонией Америки. Германия периода Гитлера была демонизирована и фактически закрыта для научного анализа - покрытая флером вельзевуловой тени и страха, нагнетаемого отчасти сознательно, а отчасти подпитываемого как иммигрировавшими в США германскими учеными, так и ставшими их коллегами американскими. Точкой фокуса в этом стали темы концлагерей и антисемитизм режима Гитлера. Объективно оказалась заинтересованной в таком развитии и Россия, которая смогла практически беспрепятственно создать самую большую в ее истории территориальную империю, успела, освоив германскую технологию, которой уже владели США, создать ядерное оружие и оградить свою империю союзом восточно-европейских стран. И в Америке, Трумэн и Эйзенхауэр, и в России - Сталин приняли курс на технологическую гонку.
И это обстоятельство стало определяющим не только для СССР, но и для основных стран Западной и Восточной Европы: технологическая революция и бег за нею требовали огромных средств, что подпитывало и определяло государственно-монополистический (не в смысле государство плюс частные монополии, а в смысле государство - монополия) стратегический курс при Сталине, который с помощью Косыгина пытался найти какой-то альтернативный приемлемый вариант, но безуспешно, потому что экономическое решения всегда сталкивалось с секретностью, а секретность в этой сфере никак не соблюсти при частном предпринимательстве. Америка научилась это делать, особенно, после утраты монополии на тайны атомной бомбы. Маккартизм - цена за науку. Тогда и отделились гражданская преимущественно технология, которой могли пользоваться европейцы, и военная – только в США, и возник железный занавес – иначе просто было нельзя. Хиллари Клинтон в интервью Владимиру Познеру: "Одно из опасений, которое я слышу от русских, что каким-то образом США хотят ослабить Россию. Это далеко от правды. Наша цель помочь укреплению России. Мы видим Россию с сильной культурой с потрясающей интеллектуальной столицей, которая есть у России как у лидера в 21 веке. И иногда мы чувствуем, что мы верим больше в ваше будущее, чем иногда это делают русские"
Кто лучше, Хиллари Клинтон или Трамп? Как человек заинтересованный, я однозначно скажу - Клинтон. Как человек не заинтересованный, я твердо утверждаю - Клинтон. Хотя и в том, и в другом случае ничего особенно хорошего или особенно плохого не произойдет: не президенты правят Америкой. Но это как брегзит в Британии, поровну, но по-разному. Почему? Америка - не Англия, при всем уважении; она не может себе позволить крутых поворотов в принципиальных вопросах глобализации, или интернационализации; она - лидер, лидер - вещь устойчивая, не может вертеться как флюгер, так как растеряет всех союзников, попутчиков, соперников и врагов, а такая ситуация уже опробована на Ближнем Востоке - в Ираке, Ливии, Иране и Сирии. Иран устоял, и с ним договариваются как с суверенной фигурой большой шахматной партии. Для Америки главное не внешняя политика, а внутренняя; но эта внутренняя политика в эпоху глобализации наваливается неотвратимой волной американского осмысления своей внутренней политики на всю ее внешнюю политику, - американскому колоссу нельзя и даже немыслимо иначе; да просто иначе не бывает у великих империй. Америка руководит миром, и она должна была выработать правила взаимодействия, чтобы ей было комфортно и безопасно руководить, а мир ощущал, что о нем заботятся и все в порядке, иначе он пойдет брать Капитолий штурмом, рано или поздно.
Этот свод правил ковался на протяжении всего ХХ века; но главные его постулаты созрели только в самом его конце, главным образом, в ХХI столетии. Любые правила работают на протяжении долгого времени, если их вовремя и грамотно подправляют. Самый сильный критик этих правил - сама Америка, и она на протяжении не менее полувека, начиная с Джона Кеннеди, серьезно и даже радикально ставит вопрос об их пересмотре. Вот список американских президентов-наследников Рузвельта ( 1933-1945 Франклин Делано Рузвельт (1882-1945), 32-й президент СШA), которые структурировали Америку, строили мир и отстроили систему связей, как сейчас принято говорить, после Второй мировой войны. Их, как апостолов, ровно 12; следующий – Тринадцатый.
1945-1953 Гарри Трумэн (1884-1972), 33-й президент США
1953-1961 Дуайт Дэвид Эйзенхауэр (1890-1969), 34-й президент США
1961-1963 Джон Фицджеральд Кеннеди (1917-1963), 35-й президент США
1963-1969 Линдон Бейнс Джонсон (1908-1973), 36-й президент США
1969-1974 Ричард Милхаус Никсон (1913-1996), 37-й президент США
1974-1977 Джералд Рудольф Форд (р. 1913), 38-й президент США
1977-1981 Джеймс (Джимми) Эрл Картер (р. 1924), 39-й президент США
1981-1989 Рональд Уилсон Рейган (р. 1911), 40-й президент США
1989-1993 Джордж Герберт Уокер Буш (р. 1924), 41-й президент США
1993-2001 Уильям (Билл) Джефферсон Клинтон (р. 1946), 42-й президент США
2001-2009 Джордж Уокер Буш (р. 1946), 43-й президент США
2009- Барак Хуссейн Обама младший (р. 1961), 44-й президент США
Что характерно, 7 из них до сих пор живы и здравствуют; в России за то же время сохранился только один генсек и он же президент – Горбачев, и эта традиция не умирает.
По-настоящему послевоенных было на самом деле два президента, впитавших в себя политическую традицию эпохи Рузвельта - Трумэн и Эйзенхауэр, они решили спор о дележе мира, и выбрали не СССР, а Западную Европу, включая потерпевшую поражение Германию. И главным образом - Германию (плюс Великобритания). Германия испугала их до смерти: своим упорством, своей сопротивляемостью, своей способностью отмобилизовать жертвенно нацию и материальный потенциал: но главное - технологическими достижениями, уже реализованными и еще находившимися в потенциале и разработке, своими блестящими учеными, инженерами и лабораториями. Мистический ужас перед германским гением заставил Америку создать уникальный для своего времени и гигантский план Маршалла, - восстановления Германии и Европы под гегемонией Америки. Германия периода Гитлера была демонизирована и фактически закрыта для научного анализа - покрытая флером вельзевуловой тени и страха, нагнетаемого отчасти сознательно, а отчасти подпитываемого как иммигрировавшими в США германскими учеными, так и ставшими их коллегами американскими. Точкой фокуса в этом стали темы концлагерей и антисемитизм режима Гитлера. Объективно оказалась заинтересованной в таком развитии и Россия, которая смогла практически беспрепятственно создать самую большую в ее истории территориальную империю, успела, освоив германскую технологию, которой уже владели США, создать ядерное оружие и оградить свою империю союзом восточно-европейских стран. И в Америке, Трумэн и Эйзенхауэр, и в России - Сталин приняли курс на технологическую гонку.
И это обстоятельство стало определяющим не только для СССР, но и для основных стран Западной и Восточной Европы: технологическая революция и бег за нею требовали огромных средств, что подпитывало и определяло государственно-монополистический (не в смысле государство плюс частные монополии, а в смысле государство - монополия) стратегический курс при Сталине, который с помощью Косыгина пытался найти какой-то альтернативный приемлемый вариант, но безуспешно, потому что экономическое решения всегда сталкивалось с секретностью, а секретность в этой сфере никак не соблюсти при частном предпринимательстве. Америка научилась это делать, особенно, после утраты монополии на тайны атомной бомбы. Маккартизм - цена за науку. Тогда и отделились гражданская преимущественно технология, которой могли пользоваться европейцы, и военная – только в США, и возник железный занавес – иначе просто было нельзя.
Не очень-то настойчивые предложения США включить Россию в план Маршалла, отвергались Сталиным, потому что в этом случае сохранить режим и власть было невозможно, тем более, что очевидным условием участия в проекте был отказ от ядерного оружия, а оно-то у Сталина уже было... Кроме того, опыт мобилизационной экономики во время войны подогревал его уверенность в том, что России все по силам и своими средствами. Объективно в тот период историческая альтернатива в виде государственной монополии не была дискредитирована, и не только в России, но и в самых передовых странах мира вера в реальность социализма была весьма популярна. Да и Европа, завороженная программой восстановления, активно выступила против конкурента, и ей это оказалось не трудно, в частности, благодаря историческому дару - лидерству Черчилля в Великобритании.
Но все-таки продолжали существовать два общественно-исторических проекта, и не так сразу и не так просто было выбрать победителя, учитывая, что американский проект был доступен только самой высокой элите государств, а стран, самостоятельно искавших свое место под солнцем, становилось все больше и больше – Китай, Индия, Мексика и полторы сотни иных и бедных. Россия не состояла в элите, но она единственная противопоставила Америке свою альтернативу развития, которая хотя бы теоретически обосновывалась.
И что вы думаете? В 1957 году взлетел русский спутник; а 1961 – первый корабль-спутник с Гагариным на борту, а ведь смыслом выяснения отношений была - технология. Вот откуда в Америке появилось критическое направление в элите и Кеннеди... А в 1962 году Россия смогла обойти все наблюдения США и завести баллистические ракеты на Кубу - это тоже технология.
Не внешний фактор, а именно сомнения в правильности национального - внутриполитического - выбора породили первый послевоенный кризис в США в 1962 году, известный как Карибский кризис, который, конечно же, был лишь его наиболее очевидным проявлением. Кризис был именно внутриполитическим, потому что американская элита оказалась перед трудным выбором альтернативы стратегического развития страны и мира и только в столкновении главных сил в самой Америке решалась и разрешилась ситуация, но вопрос был поставлен во всей его широте – как Америке двигаться дальше. А к России надо было присмотреться...
Какой был сделан вывод? Он очевиден: что определяет операжающее развитие технологии? инвестиции - огромное количество вкладываемых средств - ведь тогда это был очень рисковый сегмент рынка. Где их взять? Америка уже мобилизовала все, что могла; следовательно, нужно было присовокупить все, что есть в мире, для необходимой капитализации: был установлен контроль над мировым сырьем, прежде всего нефтью и начался энергичный поиск интеграции передовых систем производства - успешным опытом стала региональная интеграция - в Латинской Америке, на арабском востоке, Общий рынок в Европе, - ни о какой единой Европе и речи не было: Европа восстановилась, можно и нужно было привлечь ее к новому технологическому рывку. И это решение, основанное формально на необходимости освоить космос и приведшее к новым коллосальным инвестициям в технологии, ускорило новую революции в технологиях, прежде всего информационных.И это обстоятельство стало определяющим не только для СССР, но и для основных стран Западной и Восточной Европы: технологическая революция и бег за нею требовали огромных средств, что подпитывало и определяло государственно-монополистический (не в смысле государство плюс частные монополии выбор США, а в смысле государство - монополия - выбор России) стратегический курс при Сталине, который с помощью Косыгина пытался найти какой-то альтернативный приемлемый вариант, но безуспешно, потому что экономическое решения всегда сталкивалось с секретностью, а секретность в этой сфере никак не соблюсти при частном предпринимательстве. Америка научилась это делать, особенно, после утраты монополии на тайны атомной бомбы. Маккартизм - цена за науку. Тогда и отделились гражданская преимущественно технология, которой могли пользоваться европейцы, и военная – только в США, и возник железный занавес – иначе просто было нельзя.
В известном смысле мировые события и внешняя политика все более интериоризируются, ибо то, что еще 50 лет назад считалось только достоянием МИДов, теперь даже формально становится и стало делом внутренней политики: США как признанный лидер глобализованного мирового сообщества более всех затронуты этой динамикой. Не следует их стремление распространить на весь мир свои законы объяснять - только вредоносностью и империалистическими замашками их отдельных политиков, - здесь отражается объективная реальность: если США лидеры, то они не могут не требовать исполнения законов общества, которое их лидерами провозгласило и требует от них исполнения законов этого общества. США как лидер глобализации видит другие страны частью этой системы, а она не может функционировать, если не станет подчиняться единой системе законов. Другое дело, что это лидерское де-факто оспаривается не только другими мировыми лидерами, но и частью американского общества, но не в ключе отказа от глобализации, а в контексте поисков нового и более адекватного лидера. Недаром иногда звучит: нам нужен такой, как Путин, а не как Обама; не исключено, что окажись Путин на месте Обамы, он вел бы себя точно так же. Однако с точки зрения программы, Путин отражает позицию тех, кто требует долевого равенства в решении мировых вопросов. А что это значит в контексте интериоризации? Это означает пропорциональное представительство в мировом правительстве. Которое, естественно, действует в рамках единого правового поля, а иначе действовать не может.
Расклад таков, что даже пожелай очень сильно Трамп сформировать с Путиным совместный проект, он не может себе этого позволить. Возможность нового рывка интернационализации обеспечена очень небольшим перевесом сил и, чтобы его укрепить, понадобится союз не с Путиным и идущими за ним национально-патриотическими силами, а с бывшими неоконами и радикалами глобализации, то есть с недавними сторонниками Клинтон, что он и сделал, призвав немедленно после победы к единству республиканцев и демократов. Как говорится, он все прекрасно понимает. Трамп и американская элита, даже при полном понимании необходимости преобразований, не могут позволить себе ожидать, пока Россия и Китай существенно усилят и разовьют ту часть национального рынка, производства и производительных сил и внутринациональных отношений, которая сможет влиться в технологическую интеграцию.
Если бы Клинтон избрали, миром стали бы руководить три женщины: Меркель, Мэй и Клинтон... Этого не случилось, но, по крайней мере, у одной из мэтрисс - Мэй - есть предпосылки и шансы сохраниться на переходный период. Меркель ничем не хуже, но у нее за плечами уже большой накопившийся негативный багаж: имиграция и Украина, и, объективно говоря, германской элите для чистоты эксперимента следовало бы сменить лидера, но альтернативная фигура сейчас, повидимому, пока отсутствует. На новом этапе интеграции Америки и Европы Россия остается, попрежнему, удобным мальчиком для битья, но без всяких намерений прибить совсем. В то же время, Трампу, чтобы усилить конкурентный рычаг, может понадобиться имитировать дорогу дружбы с Путиным, чтобы приструнить Меркель и Мэй; но это ненадолго, потому что никакого стратегического плана опережающей интеграции с Россией не существует и необходимости в этом никакой нет, и, как только понадобится готовый и упакованный враг, - вот он, да еще в лице оштукатуренного Путина.
Вопрос содержания проекта общественного развития до смешного прост и ясен: неизбежна дальнейшая интернационализация экономики, общественных связей, политических систем, в основе которой - технологическая интеграция. В этом разрезе, глобализация как исторический этап интернационализации, уходит в прошлое, а как назовуют новый этап интернационализации, покажет ближайшая практика. Путей два. Один проходит через создание, упрощенно говоря, мирового правительства демократическим и правовым путем, например, через существующие структуры вроде ООН. Другой, - через переформирование тоже существующего американского властного центра через интеграцию в него, по меньшей мере, европейской элиты и делегирование ей части реальных властных полномочий. Премудрая и предусмотрительная британская элита благодаря брегзиту будет требовать себе отдельного сегмента власти, а не в купе с остальной европейской (читай: германской) элитой. Обеспечение и безопасность - структуры НАТО, которая обречена на новое мощное финансирование и развитие. Эта альтернатива наиболее вероятна, сейчас к ней должен быстро прийти новый президент США, для чего понадобится объяснить, почему Россия в таком проекте не участвует.
Отбросим детали и признаем, что Обама в значительной степени подготовил приход Трампа - в смысле глубокой передислокации американской элиты. В этом ключе американские события находятся в одном потоке с британским бегзитом. Ведь это Кэмерон, противник выхода Британии из Евросоюза, обещал референдум, и именно он его провел. Так и Обама: он провозгласил и начал реформы, с которыми не справился, но общество осознало их необходимость, назначив на их исполнение других людей, - как и в Лондоне. И сторонников, и противников - пополам: и Америка, и Британия препарировали глобализацию по-живому - настоящая вивисекция! - и ответ ясен: неизбежен приход нового проекта. В чем трудность для других стран и для России, в частности? В том, что эти реформы и связанные с ними решения будут проводиться очень решительно и настойчиво - радикально! - и в бирюльки с новыми лидерами не поиграешь. Их стиль в некоторой степени засветил министр иностранных дел Великобритании, эпатажный мэр Лондона Александр Борис де Пфеффель-Джонсон, который систематически подчёркивает, что не питает ни малейших симпатий ни к президенту России В. В. Путину, ни к построенной последним политической системе, которую Джонсон называет бандитской клептократией.

Все-таки я остаюсь при своем мнении, что Обама в новейшей истории один из лучших и наиболее интересных президентов в мире, достойных великой страны, и он снова подтвердил это, признав ошибочность действий в Ливии. Очень даже неплохо для еще даже не севшего за мемуары президента. На память не приходит ни одного такого случае, и не только в США. Буш смутно что-то бормотнул про Ирак, но больше в ключе - что его обманули; его тогда даже Путин косвенно поддержал, заявив, что, дескать, ходили такие слухи - об оружии массового поражения у Хуссейна. То есть Буш признавал ошибочность своих действий, стремясь свалить вину за нее на других. Обама ни на кого не кивает: самой худшей ошибкой была интервенция в Ливии, и если бы можно было повернуть историю обратно, я бы отказался от этого плана. Мы и наши европейские партнеры недооценили местные обычаи и нравы. Никто не поблагодарил нас за попытку продвижения западных ценностей.
Принципиально различаются два типа экономической интеграции, определяющей процесс интернационализации: 1.базирующийся на едином и практически одном-двух уровнях технологии; и 2. мноукладный, в основе которого интеграция двух или более технологически многослойных национальных рынков. Технологическая интеграция осуществляет объединение, вернее, взаимопроникновение производственных процессов, которые влекут за собой такое же явление в смежных сферах сырья, с одной стороны, и реализации продукта, с другой: почти всегда конечный продукт перестает быть конечным, технологические цепи удлинняются во всех направлениях, соединяясь с параллельными, вертикальными, диагональными - всякими, но природно и технологически такими же процессами интеграции, - это и есть глобализация. Понятно, что любой национальный рынок имеет несколько техногических уровней, которые не совместимы в чистых интеграционных технологических процессах, но на практике сосуществуют и взаимодействуют благодаря специально созданным гражданским общественным структурам, главнейшим из которых до сих пор остается национальное государство. Другой тип экономической интеграции - это межнационая интеграция, когда друг к другу приспосабливаются многоукладные рынки разных стран. Евросоюз пытался и пытается устоять на этих двух резвых скакунах одновременно - замечательеный исторический опыт, но он все более приобретает межнациональный характер из-за решения принимать в союз после крушения СССР страны, технологически не готовые к глобализации. Америка в целом - похожий и в значительной мере уже состоявшийся опыт: но не завершенный, о чем и свидетельстввует острая политическая борьба за власть, развернувшаяся в этой стране. Стремлении Европы усидеть на двух стульях привело к росту противоречий: об этом говорит брексит, усилеие националььных движений в европейских странах. Россия тоже пример интеграционных процессов, когда глобализации и многослойные рынки сложно взаимодействуют и переплетаются, и технологическим слияниям мешает производственное отставание в других техзвеньях и в других социальных конгломератах. И здесь особенно сильна регулирующая роль государства.
В тысячный раз цивилизация столкнулась с ускорением на порядок извечного процесса переселенмя народов, надо обустроить и прокормить новых людей и никто не знает, как это сделать. Переселение народов происходило постоянно, то быстрее, то медленнее, в зависимости от нескольких факторов, из них важнейшими являются: разница достигнутых потенциалов комфортности и разрыв между накопленными богатствами; возникновение экстремальных или катастрофических условий в одном из районов; ослабление сопротивляемости и обороноспособности комфортной зоны; формирование агрессивности и мобилизационной способности в дискомфортной зоне. Мировой кризис - это прежде всего дисбаланс потенциалов. Во все времена именно реально сложившаяся ситуация определяла бег времен и общественных формаций. В прежние века и тысячелетия, - во всяком случае известные нам, - философы вдогонку все объясняли и несомненно кроили и резали историю в рамках своих представлений, и вовсе не из корысти или подхолимства, самый честный и непримиримый все равно не мог прыгнуть выше своей крыши. В этом смысле ни элита в целом, ни одна из ее частей, не могли идти впереди человечества, - лишь вслед за ним и его опытом, тяжко разукрашивавшем его шкуру. Когда между элитами разрозненного человечества связи не было или она осуществлялась с большими задержками и отставанием, легко было валить на дикость племен или несостоятельность императоров. Но уже, по меньшей мере с Восемнадцатого века шансов у чингисханов не осталось, они не могли возникнуть ниоткуда и поразить быстрой конницей или дальнобойным луком им неведомого еще вчера противника. Почти все на свете стало известно, и все философы провозгласили целью всех элит благо человечества. И что же? Были и Робеспьер, и Наполеон, и Гитлер, и Мао, и Сталин, и я уж не говорю о сотнях, а, может быть, тысячах помельче. И все они старались во благо человечества.
Вопреки распространенным мифам, элиты всегда действовали не в авангарде, не пророками, а вслед - лишь слабыми и неверными интерпретаторами истории, жалкими последышами героических действий отдельных человеков, их групп и племен, - пассионарных могучих толп.Но общим обычаем стало требовать от мудрецов, философов и элиты в целом - предвещать, предсказывать, разъяснять, конструировать и вычерчивать маршрутные карты истории, сколько мы не обжигались на гитлерах. Конечно, мы изобрели компьютеры, матрицы, интернет и составляем программы. Но значит ли это, что опровергнут единственный доподлинно известный нам закон развития или, вернее, движения человечества - сначала подвиг, потом страшный опыт и лишь за ними - понимание того, что свершилось, осмысление его и утрамбовка этого, вновь, конечно же, ограниченно и потому неверно понятого кусочка опыта в структуру мозаичной картины, которую мы называем историческим прогрессом.
Борьба за лидерство - вечный процесс. Ничего трагического ни для Америки, ни для мира в том, что руководство мировым процессом США ставится сейчас под вопрос, не имеется. Такой вызов может привести к перегруппировке Америки, обладающей попрежнему огромным потенциалом, и в случае если ее элита докажет свою интеллектуальную состоятельность, лидерство Америки может быть подтверждено и установиться на несколько десятков лет, чтобы снова быть поставленным под вопрос. Скорее всего, так и будет, - слишком затратно менять модель, если ее потенциал еще до конца не исчерпан. Однако несомненно, что сегодня мир находится перед стратегическим выбором, речь не идет только о новой матрице интернационализации, - заколебалось все. Такие признаки скорее всего свидетельствуют о востребовании глобальной реструктуризации, а не о простой смене лидера в результате количественных изменений и подвижек. Видимо, речь идет о смене модели, и вместо одного мощного руководителя-государства, как США, придет не Китай, ЕС или Россия, а принципиально иной механизм, который представлял бы действительные движущие силы интернационализации, то есть технологии, безопасность, представительность, воспроизводство. Очевидно, что эти силы уже не представляют национальные государства, хотя они суть наилучшие механизмы регулирования общественных отношений из всего, что было изобретено цивилизацией. Государства очевидно переходят в субсидиарные позиции, но это не отнимает, а скорее подтверждает надежды, что именно национальное и интеграционное государство снова призвано сыграть важнейшую роль на этапе формирования нового мирового порядка, - вероятно, поэтому оно снова так очевидно востребовано. И не исключено, что, скажем, ООН, основанная на союзе национальных государств, станет одним из источников формирования нового мирового лидера на представительской основе.
В мировом процессе интернационализации - не только экономики - возникли две проблемы: первая - у США сокращается относительная доля мирового богатства и материальный ресурс; второе, и самое главное, элита лидера не находит эфффективной формулы для следующего этапа - постглобализации. Был выбор: присоединить Евросоюз или Россию, в обоих случаях теоретически видно было, что узел развязывается. Казалось, что если удастся с ЕС, Россия сама упадет в ладони; а если поставить на первое место Россию, это не гарантирует присоединение Европы. Однако попытки прямолинейного решения проблемы путем присоединения дополнительного потенциала в виде европейского рынка столкнулись с принципиальными трудностями. Стратегические усилия аналитиков позволили вычислить необходимое и достаточное, чтобы Америка продолжила триумфальный путь, и для этого понадобилось разгладить горячим утюгом Европу - от Лиссабона до Киева и окрасить цветами демократических революцией геополитически важные страны Ближнего Востока. Бросившись в это предприятие с головой, европейская элита пошла на большие жертвы, но уже обнаружила, что их недостаточно и конца им не видно, в результате возникла фронда, довольно быстро формирующаяся в серьезную оппозицию, и смена властей в ведущих странах не за горами, о чем со всей ясностью предупредил брексит. То же самое, но с перцем, произошло на Ближнем Востоке - усилия по разглаживанию и унификации привели к устойчивой неустойчивости. Одновременно Россия, увидя, что ее готовят к роли жертвенного агнца, начала, казалось бы, безнадежную борьбу за новое место под солнцем и, похоже, далека от поражения, потому что сторонники ее линии возникают в самом сердце системы - в США и Европе. Не говоря уже о Ближнем Востоке... Расклад сил изменился и изменяется.
В чем особая пикантность нарастающего внутреннего столкновения в США между глобалистами и партией Америки? В том прежде всего, что глобалисты исторически происходят не из международного интеграционного движения, а именно из партии Америки, которая не на Америку проецирует глобалистские потребности и устремления, а, напротив, - американские интересы распространяет, навязывает и интернационализирует. Однако этот процесс зашел так далеко, что глобалистское руководство США на практике дискриминирует большую и все большую часть американского общества, а именно ту, которая с большинством стран и населения мира отстала от авангарда технологической революции, практикует реальную экономику и не понимает, зачем ей все эти сирии и украины. Оторвавшиеся глобалисты оказались перед альтернативой - двигать вперед глобализацию, объединившись с ее золотой верхушкой или ждать, пока их догонят отставшие, и тогда на хорошей базе возобновить глобализацию. Но ждать, оставаясь у власти, невозможно, эту власть есть кому оспорить, ее оспаривают и, наверняка, отнимут: встает традиционный и пресловутый вопрос о власти и о том, как не хочется ее отдавать. Противоречия уже напряглись, скрутившись в тугую спираль, укрылись в традиционную форму международных отношений, анонсировали лидеров не истинных, а сфальсифицированных программ и проектов, спекулятивных течений, клановых нужд и получили очень опасный импульс, когда власть предержащим кажется, что лучше всего и проще всего взмахнуть Александровым кинжалом. Желание повоевать все чаще воплощается на практике в военных авантюрах - в Югославии, Ираке, Ливии, Сирии, Афганистане, на Украине, и Бог знает, где еще.
Простым вбросом денег не решить структурных вопросов развития экономики - такие предложения можно рассматривать только как умышленное недомыслие. США только за пять лет с 2007 по 2011 вбросили больше 26 биллионов долларов, и - ничего, никакой инфляции; но вбросили не в американскую экономику, а в мировую: это просто свидетельство того, что Америка обеспечивает миовую экономику своими долларами, и показывает, сколько именно нужно их для нормального функционирования. А вбросьте вы рубли в экономику России, - ведь они больше нигде не нужны, потому-то и муссируется тема использования в торговле национальной валюты - рубля, юаня; но если их хватает, то, извините, больше не надо. Похоже, дело в том. что, убедившись в экономической безграмотности власти и в ее инфантильном и безудержном стремлении разбогатеть немедленно и любыми средствами, как это свойственно нуворишам, академик решился на научно-популистскую провокацию: затащить власть в реформу через обещание быстрого эффекта с помощью простейших средств. И, действительно, в его предложении недалеко скрыты элементы серьмяжной правды: как только первые последствия от денежной эмиссии начнут сказываться (инфляция и падение рубля), станет не до жиру, а быть бы живу, и единственным ходом станет сбор средств с населения, причем, не денег - ракушек, а именно средств развития, а это прежде всего мобилизация ресурсов и их стопроцентное использование, массовая решимость участвовать, готовность команды экспертов-камикадзе служить стране во власти, ну, и деньги, конечно. И если власть не до конца убила русскую пассионарность, родившуюся в начале 90-х, у России может быть шанс. Для этого первым шагом может быть освобождение от налогового бремени населения страны, - как инициативных производителей за счет сверхэксплуатации собственного труда и труда своей семьи, так и малого и среднего предпринимательства, которое станет прибежищем инноваций крупного финансового капитала, убегающего от налогов.
Последнее десятилетие процесса глобализации несомненно определилось как столкновение национального и интернационального и постепенно получило все более и более конкретное выражение в противостоянии США и России, хотя, конечно, это столкновение ни коим образом не выражает сущности исторического этапа. Как США, так и Россия сами по себе каждый являются полем острой борьбы национального и интернационального. то есть наступательной динамики международной экономической интеграции и поисков ей соответствия в социальной и политической сфере. Переживаемый период заострил всю дискуссию на роли государства в реформах глобализации. Когда исторически выбор пал на государство - США - как на гегемона революции и лидера формирования новой общественной формации, это обусловило двойственную роль государства: с одной стороны, государство США - ведущий актор глобализации, а с другой, государства ведомые в интеграционном процессе глобализации; если государство США укрепляется, чтобы вести не только социально-экономические преобразования, но и создавать новое правовое поле для новой исторической субстанции, то в отношении других оно требует делегирования полномочий частным корпорациям и опосредованно - государству-лидеру глобализации, то есть США, ослабления национальной государственной власти для облегчения и ускорения международной интеграции. В 90-е годы Россия была одним из самых послушных адептов глобализации, а ее государство двигалось в фарватере флагмана глобализации; однако огромные потери, которые несло население страны, стали угрожать власти и заставили элиту искать более выгодные условия передачи полномочий и делегирования власти и национального богатства. Не только в России произошло такое столкновение интересов, и по миру пронеслись цветные революции, которые имели целью уничтожить или предельно ослабить национальные государства. Однако цена этой революционной волны оказалась слишком велика и, как обычно в истории, начался откат революции и повсеместное становление бонапартистских режимов. Опыт показал, что они не хуже, а лучше революционеров могут служить целям глобализации, но торговля за цену участия обострилась до предела. По силе и отмобилизованности элиты, которую смог сплотить эффективный лидер, Россия оказалась во главе и на пике этого сражения. Но Россия ведет его не против глобализации, а за свое место в ней, и центральным вопросом борьбы стал вопрос о руководстве революции - вопрос не второстепенный, а напротив центральный в каждой революции. и он не предполагает компромиссов.
В известном смысле мировые события и внешняя политика все более интериоризируются, ибо то, что еще 50 лет назад считалось только достоянием МИДов, теперь даже формально становится и стало делом внутренней политики: США как признанный лидер глобализованного мирового сообщества более всех затронуты этой динамикой. Не следует их стремление распространить на весь мир свои законы объяснять - только вредоносностью и империалистическими замашками их отдельных политиков, - здесь отражается объективная реальность: если США лидеры, то они не могут не требовать исполнения законов общества, которое их лидерами провозгласило и требует от них исполнения законов этого общества. США как лидер глобализации видит другие страны частью этой системы, а она не может функционировать, если не станет подчиняться единой системе законов. Другое дело, что это лидерское де-факто оспаривается не только другими мировыми лидерами, но и частью американского общества, но не в ключе отказа от глобализации, а в контексте поисков нового и более адекватного лидера. Недаром иногда звучит: нам нужен такой, как Путин, а не как Обама; не исключено, что окажись Путин на месте Обамы, он вел бы себя точно так же. Однако с точки зрения программы, Путин отражает позицию тех, кто требует долевого равенства в решении мировых вопросов. А что это значит в контексте интериоризации? Это означает пропорциональное представительство в мировом правительстве. Которое, естественно, действует в рамках единого правового поля, а иначе действовать не может.
Ведь интеграции бывают принципиально разные. Есть технологическая интеграция, когда происходит объединение, вернее, взаимопроникновение производственных процессов, которые влекут за собой такое же явление в смежных сферах сырья, с одной стороны, и реализации продукта, с другой: почти всегда конечный продукт перестает быть конечным, технологические цепи удлинняются во всех направлениях, соединяясь с параллельными, вертикальными, диагональными - всякими, но природно и технологически такими же процессами интеграции, - это и есть глобализация. Понятно, что любой национальный рынок имеет несколько техногических уровней, которые не совместимы в чистых интеграционных технологических процессах, но на практике сосуществуют и взаимодействуцют благодаря специально созданным гражданским общественным структурам, главнейшим из которых до сих пор остается национальное государство. Другой тип экономической интеграции - это межнационая интеграция, когда друг к дургу приспосабливаются многоукладные рынки разных стран. Евросоюз, в отличие от других интеграционных союзов в мире, создавался, пытаясь устоять на этих двух резвых скакунах одновременно - замечательеный исторический опыт. Америка в целом - такой же и в значительной мере уже состоявшийся опыт: но не завершенный, о чем и свидетельстввует острая политическая борьба за власть, развернувшаяся в этой стране. И Европа пришла в такое же положение: об этом говорит брексит, усилеие националььных движений в европейских странах. Россия тоже пример интеграционных процессов, когда глобализации и многослойные рынки сложно взаимодействуют и переплетаются, и технологическим слияниям мешает производственное отставание в других техзвеньях и в других социальных конгломератах.
Определенный ренесанс наций на этом этапе интернационализации, который получил название глобализации, взамен использованного в 60-80-е годы термина транснационализации, происходит в новейшее время, как минимум, второй раз: на пороге 90-х и 2000-х он резко проявился, и именно в ответ на него была расшита Югославия и началось бурное наступление Евросоюза и Нато на восток. Инерцию этого наступления, проходившего при позитивной экономической конъюнктуре, попытались использовать, чтобы стабилизировать Ближний Восток, - имелись в виду не только национально ориентированные режимы вроде Египта, Ирака, Сирии, Ирана, но и - Саудовская Аравия, эмираты, Йемен, Ливия, Греция и Турция. Грандиозный успех в России породил эйфористскуие настроения в среде теоретиков и продвигателей интернационализации: Россия подчинилась, Европа объединилась только для того, чтобы слиться в экстазе глобализации, Китай радостно принял брошенную поноску и сломя голову понесся производить расходуемый и вечно потребляемый продукт для глобального мира, - великая Америка радостно ведет всех к светлому будущему. И тут осечка; ищут заговорщиков и рецидивистов, но дело в технологии: закончился запас ресурса глобализации, нужен новый. Но его произвела ранее и продолжает производить система более или менее автономных наций и рынков в конкурентной борьбе, в противоречивой интеграции и в условиях международных торговых соглашений и ограничений. Надо вернуться, чтобы пополнить ресурсы. Конечно же возврат в ту же реку невозможен, ну и не надо, надо только восстановить некоторые наиболее эффективные и производительные черты. Но лидеры глобализации упираются и не хотят принять такую данность; они, как это часто бывает, отдавать власть не хотят, но в этом не только плохое: плодом, ждоставшимся ценой тяжких усилий, больше дорожат. Поэтому процесс перешел к острому политическому кризису, главные проявления которого - политика России, новая политика Китая, возникновение партий и политических сил, полнимающиз лозунгги защиты наций. Такие силы стали очень активными и в США, Европе и Великобритании, чему свидетельство Брекзит. Но это - своевременный и позитивный процесс.
Что же все-таки произошло в 1991 году с республиканской Россией, что это за странное окончание некой холодной войны и что реально прячется за этой совершенно непонятной и ничего не объясняющей формулировкой, которую еще и теперь бодрые схоласты стараются поставить в повестку дня, задаваясь вовсе уж идиотским вопросом: чем отличается холодная война 50-80-х годов от холодной войны 2000-х. Ответ тоже дан уже давно, и он так же труден в восприятии, как и первый: как и западная Европа в послевоенные годы, Россия адаптировалась для транснационализации под эгидой США, для этого она должна была отказаться (как Англия от Индии, а Франция от Алжира) от лишних и обременяющих территорий. Обременяли они, конечно, прежде всего лидера транснационализации США, так как затрудняли рыночную математику, состоявшую в том, чтобы определить, какую долю получает Россия в структуре транснационализированного (или глобального) мира. Но и Британия, и Франция стояли насмерть, отстаивая свое добро; у России в тот момент оказались лидеры, которые признали свое поражение раньше, чем их противники (и партнеры), и как в случае с Германией после первой мировой войны и Версальским грабительским миром, с Россией поступили, как с капитулировавшим врагом: обложили запредельной контрибуцией и обрезали территории вопреки геополитическому смыслу. Такие ошибки исторически наказываются войной: отрезать от России Украину - это все равно, что отделить от Англии Шотландию или от Франции - Гасконию. Вот и случилась война на Украине. Оскорбленная страна рождает поколение, осененное радикальной пассионарностью: оно, как в Германии, реагируя на несправедливость, может оказаться готовым совершить несправедливость в свою очередь.
Возвращение Кудрина означает реинтеграцию России в глобализацию под эгидой США, но - без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Кудрин, как и Путин, принадлежит к команде Гайдара, Чубайса, Ельцина, Собчака, которые в революции 1991 года подменили программу демократического движения в России: вместо передачи собственности - людям, они осуществили передачу собственности в руки небольшой группы чиновников и олигархов. Внутреннее столкновение в этой группе, из-за которого Кудрин ушел из правительства, определялось тактикой входа в глобализацию. Кудрин хотел продолжать начатое Гайдаром и Ельциным, интегрируя экономику на уровне капиталов и решений олигархических групп, то есть в союзе и договорах на уровне частных монополий под эгидой США; Путин и отчасти Медведев считали, что этот путь будет успешнее, если его усилить, во-первых, активным вмешательством государства, а, во-вторых, созданием влиятельного интеграционного - евразийского - союза в составе России, Украины, Казахстана и Белоруссии, что поможет слабым и неопытным олигархам России занять более достойное место в система глобализации. Именно эта последняя альтернатива реализовывалась полтора десятилетия и потерпела поражения из-за сопротивления США и ЕС и их разрушительных действий на Украине. Теперь, похоже, все возвращается на круги своя. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой. Ни Путин, ни его группа, включая Кудрина, не могут представить себе в качестве собственника огромное большинство населения - в долях, акциях, коллективно, хотя весь мир давно уже накопил огромный опыт такой теории и практики. Путин не знает, как это сделать; он никогда не решится на такое действие, потому что будет рассматривать его субъективно как предательство своей собственной группы соратников; а он - не предатель. Можно, конечно, попытаться его переубедить, но для этого нужно быть его другом; где такого взять? Разве что Кудрин созрел для этого...
Особой нужды в такой референции уже нет, так как население само уже определило порядок и содержание событий: как писал Высоцкий, получены каверзные ответы на незаданные вопросы.
Нет никакого резона следовать мифам о прекращении истории России и о начале некой новой истории после прекращения существования СССР. Нет так же никаких сомнений, что СССР возник как единодушный ответ российского населения на развал страны в ходе постреволюционной гражданской войны, и единая и неделимая Россия – был основной лозунг победителей, которые и сформировали СССР, остававшийся по геополитической сущности полным восприемником и продолжением дореволюционной России, свергнувшей монархию. Результатом второй мировой войны, не достигнутым из-за революции в России и Германии в первой мировой войне, стало объединение западной Европы под эгидой США и выделение России в качестве основного врага всего американского мира и продолжавшей кокетничать своим суверенитетом Франции и имперским величием Англии. Для завершение этого исторического момента было необходимо развались колониальные империи, прежде всего Англии и Франции, но заодно и Бельгии и Нидерландов, - все эти старые мировые системы управления были очень неповоротливы, а с ростом и осознанием своих интересов населением колоний просто неэффективны и затратны, потоки средств меняли направление и вели к обезвоживанию финансовых рек. Что выгоднее и перспективнее, развивать производство, технологии и торговлю по имперским коммуникациям, то есть внутри метрополий и колоний, и уже затем налаживать интеграцию между этими мировыми геополитическими структурами; или же начать интеграцию высоких технологий, отпустив на волю колонии, интегрировать и объединить вершину мира, а затем продолжить мировой процесс интеграции с позиций новой силы. Был избран второй путь, и решение продиктовали США, причем, не столько силой, сколько деньгами, а главное новыми технологиями и новым типом финансовых коммуникаций, в основу которых лег доллар и совершенно новаторское отношение к кухне обеспечения мировой валюты, в частности, отказ от золотого стандарта: никакого мирового золота не хватило бы на обеспечение доллара как мировой валюты, который печатал американский станок в соответствии с потребностями оборота мировой экономики.
Одновременно решался второй вопрос: кто станет лидером и менеджером транснационализации как этапа мировой интеграции, - государство или монополии; этот вопрос тоже решился паллиативно: интеграционный транснациональный процесс возглавили мощные частные структуры, базировавшиеся территориально преимущественно в США, охраняемые американским законом и американской силой, как военной, так и финансовой. Был ли российский (советский) проект хоть когда-нибудь реальной альтернативой мирового развития – это один из вопросов, на который каверзный ответ был сформулирован прежде, чем сам вопрос. Не был: советский эксперимент - лишь часть общего опыта использования государства как средства решения внутренних и геополитических проблем развития мировой интеграции; в России в условиях отставания от стран западной Европы был предпринят экстремальный опыт использования государства в этих целях; но иных целей, кроме этих, этот опыт не предполагал и не мог, по своей сути, выйти за рамки исторической альтернативы - этатизм (абсолютизированный государственный капитализм) в рамках общей формации.

Юрий Королев. Трамп обвинил Китай в нечестных валютных интригах, - и это, конечно, своеобразное приглашение к новому диалогу. Важную роль в американском проекте играет китайский вектор. Эта роль чрезвычайно возросла со времен китайского чуда. Но принцип стратегических построений остается неизменно арифметическим с времен Клаузевица: если Китай сложить с Россией, получится много, но если Китай с Европой, - то гораздо больше, и этот факт оказал и оказывает решающее воздействие на Америку, начиная со Збигнева Бжезинского и Рональда Рейгана. Охват России и Китая двумя новыми флангами интеграции - Тихоокеанским и Атлантическим - статегическое решение, оставляющее на усмотрение Китая и России, - как договариваться и о чем в мутном котле ВТО. Исчерпанность проекта глобализации показала, что и эта линия на раздел исчерпала себя. Новый этап технологической интернационализации требует вовлечения, если не России, то, по меньшей мере, Китая; но многоукладное общество и рынок Китая еще меньше, чем российское, готово к технологическорй интеграции, которая привела бы к еще более, чем в России после развала СССР, расколу и обнищанию и сопровождающим такое явление событиям в политике и социальной жизни. Грустный пример России после 90-х никак не вдохновляет Китай. Перед Трампом, как ранее и перед Обамой, цуг-цванг: что ни сделаешь, все - хуже. Чтобы выйти всем с достоинством и выгодой, нужен совместный проект, который, как всегда, в период истинных реформ, ляжет тяжелым грузом на население, - ресурс истины брать не с кого, кроме самих людей. Нужны адекватная элита и адекватные вожди...


Ваши коментарии

Уважаемые посетители, ваши коментарии проверяются администратором сайта.
Пожалуйста, избегайте употребления ненормативной лексики. Сообщения рекламного характера также будут удалены.
Спаибо за понимание.
Имя (*)

E-mail (*)

Ваш комментарий (*)


  архив новостей
Показать:
  поиск по сайту
Искать:   
в новостяхв гл. новостяхв анонсахв темахза нами МоскваМы были правы...
© РИА "АРБИТР" 2002-2005. При использовании материалов, содержащихся на страницах электронного издания РИА АРБИТР, ссылка на www.ria-arbitr.ru обязательна.