Русское Информационное Агентство
 сегодня 15 октября 2019 г. на главную  контакты   
  главная новость

[00.00.00] Молчи, прошу, не смей меня будить. О, в этот век преступный и постыдный Не жить, не чувствовать – удел завидный... Отрадно спать, отрадней камнем быть. [ читать дальше ]


  анонсы

[00.00.00] Заказные уголовные дела в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского общества. Система такова, что Власть считает противозаконным не нарушение ею Закона, а борьбу граждан против этих нарушений. Полицейская провокация и cтукачество культивируются. Каратели выпускают своих - таких же карателей, но попавшихся или нарушивших законы круговой поруки, их отодрали розгами, - а лакеи от порки становятся только послушнее, - и отпустили. А оболганный и замордованный гражданин не только сидит, куда его определил очередной капитан Сидоров или генерал Никандров, но и является объектом пристального внимания свежеиспеченных генерал-капитанов вроде Голикова или Агафьевой, потому что они уже нашкодили, и если людей, посаженных с их доноса или в результате их рейдерских действий, выпустят, что с ними будет? Не надеясь на закон, люди практикуют самосуд, отсюда бунты в тюрьмах, Сизо и колониях, нападения на полицейских, несовершеннолетние террористы, вандализм. Не верь, не бойся, не проси и не надейся: коли случится, что вашего следователя-палача разоблачат и осудят, как Сидорова и Морозова из ГСУ Москвы, - это не дает никакого шанса на то, что вас оправдают и выпустят на свободу. Каратели прикрываются решениями послушных судей, и вам придется обращаться в тот же суд [ читать дальше ]

[00.00.00] Попытки самостоятельных расследований уголовного дела, предпринимаемые со стороны адвокатов обвиняемых, свидетелей, подозреваемых или осужденных, рассматриваются в России как препятствие следствию, обвинение в этом сочиняется, точнее переписывается слово в слово с предыдущего случая самим следователем и никем более не контролируется кроме, конечно, начальника по вертикали, передается в суд, слово в слово еще раз копируется судом, который отправляет обвиненного в этом страшном преступлении в СИЗО на два месяца с правом продления, и суд не отказывает следователю ни в том, ни в другом; этот дамоклов меч совершенно запугал адвокатов, так что в реальной их способности помочь жертве произвола просто нет; и они сами прекрасно отдают себе в этом отчет. Примеры судеб некоторых геройских или наивных адвокатов служат полезным примером и демонстрационным эффектом для всех иных причастных к теме. Путин предложил смягчить «предпринимательские» статьи в УК: мы вас посадим не за то, что взяли, а за то что назад не положили... Это как бы мягкий увод дел от следователей. Кудрин рассказал о миллиардном воровстве в Роскосмосе. Роскосмос входит в Ростех и при этом яростно соперничает с ним, а был бы козел, отпущение найдется. Компанию может возглавить, например, Элькин. Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, всегда держит нос по ветру и чует, где что и как плохо лежит. [ читать дальше ]

[00.00.00] В своем заявлении генпрокурору Ю.Чайке и низложенному прокурору Москвы Куденееву свидетель сообщил: Г.И.Элькин, П.А.Карюхин и компания умыкнули государственный лес, - да не где-нибудь, а в самой Москве, - прибегли к обману госорганов и нанесли ущерб другим участникам рынка. Полиция отказалась возбудить дело. В ответ на жалобу прокуратура ответила, что только вчера во всем разобралась и отменила решение об отказе в возбуждении уголовного дела: так что жаловаться не на что, сами расследуем и решим - в этой связи в жалобе свидетелю отказать. Прошли месяцы - никакого движения. Добросовестный свидетель вновь спрашивает органы: почему не ведется расследование преступления; ему сообщают: оснований возбудить дело нет, а Элькин не допрошен, потому что очень занят; гражданин пишет жалобу, и, как велел Путин, полписывается под нею своим именем, через пару месяцев ему отвечают: отказ в возбуждении дела был неправильным, назначено дополнительное расследование. Он пишет новую жалобу; ему отвечают: извините, только вчера (буквально!) мы отменили прежнее решение об отказе в жалобе и направили на дополнительное расследование. Вновь проходят месяцы, и свидетель сам подает в суд. И что вы думаете? В суд приходит из прокуратуры заявление, что вот только вчера мы отменили отказ на жалобу на отказ на другую жалобу на отказе возбудить уголовное дело и направили на дополнительное расследование вопроса. Каково? Но удивительнее всего то, что этим фактом невозможно никого удивить, в том числе генпрокурора Чайку, любого прокурора сверху донизу, ни одного следователя во всей огромной России. [ читать дальше ]


  актуальные темы, вопросы, события

[00.00.00]Не надейтесь, что вас освободят, как только разоблачат следователя, посадившего вас по заказу. Прийдет новая плеяда таких же умельцев, воз останется там же. Даже под амнистию попали те, кто был осужден за заведомо ложный донос, лжесвидетельство, фальсификацию и вынесение неправосудных приговоров. Охотно помиловали также расхитителей бюджетных средств в крупных размерах. Сегодня амнистия затронула людей, которые участвовали в организации заказных уголовных дел и причастных к посадке невиновных. Следователь ГСУ Мосевы Сидоров, который состряпал уголовное дело против обвиняемого, был взят с поличным и - не чета Белых: сразу брал полмиллиона, - был осужден, уволен генерал Морозов, шеф Сидорова, но сейчас, попрежнему нарушая все процедурные правила и законы РФ, бодренько продолжают торить прежний заказ капитан-умелец, а может, уже майор Голиков и его шеф-начальник ГСУ Москвы генерал Агафьева, а те, кто настрочил заведомо ложные доносы - друзья и сообщники Сидорова и Морозова - рейдеры Григорий Элькин, Павел Карюхин, Лозовая и другие, продолжают использовать в своих корыстных интересах и умыкнутый государственный лес и построенные за чужойй счет коммуникации. Следователи ОВД Якиманка в 2010 году уже были героями различных передач и новостных лент, когда, насколько я помню пятеро следователей этого ОВД пустились в бега, будучи уличенными в фальсификации уголовных дел. [ читать дальше ]

[00.00.00]По заведомо ложному доносу возбудили, обвиняемого обвинили, объявили в розыск, в качестве меры пресечения присудили арест. Таких случаев не сосчитать и они не вызывают никакого интереса у следователей и прокуроров всей России, включая генерального и его замов, - для них это рутина, это происходит ежедневно. В России нет действенного механизма защиты граждан, сообщивших о преступлении. Более того, зачастую они сами становятся теми, против кого начинается уголовное преследование. В одном из писем Путину объясняют, что по заказу замгендира Ростеха Григория Элькина и его рейдеркоманды - бывшего налоговика Романа Кузюры и уволенного агента СВР Павла Карюхина, по ложному доносу члена группы Е.Лозовой человека оболгали и возбудили уголовное дело на том основании, что будто бы у члена этой команды Е.Лозовой в 2006 году пропали из ячейки Газпромбанка деньги, заложенные в одном из отделений ГПБ. И хотя даже сама Лозовая не утверждала, что обвиняемый имел отношение к этому факту, следователь Мастеренко из Троицкого округа написала обвинительное постановление, хотя накануне сама признала обвиняемому в присутствии его адвоката, что не видит оснований в возбуждении дела, но этого от нее требует ее начальство. Дело тут же перебросили новому начальнику ГСУ Москвы генералу Агафьевой и она с помощью капитана Голикова быстро достряпала блюдо, несмотря на то, что из Газпромбанка пришло официальное письмо, что в 2006 году даже отделения банка, на которое ссылается в своем пасквильном заявлении Лозовая, не существовало, оно было открыто только в 2011. Мэра Владивостока приговорили к 15 годам колонии строгого режима и штрафу в 500 млн рублей за взятки [ читать дальше ]

[00.00.00]Любые попытки самостоятельного расследования уголовного дела, предпринимаемые со стороны адвокатов обвиняемых, свидетелей, подозреваемых или осужденных, рассматриваются в России как препятствие следствию, обвинение в этом сочиняется, точнее переписывается слово в слово с предыдущего случая самим следователем и никем более не контролируется кроме, конечно, начальника по вертикали, передается в суд, слово в слово еще раз копируется судом, который отправляет обвиненного в этом страшном преступлении в СИЗО на два месяца с правом продления, и суд не отказывает следователю ни в том, ни в другом; этот дамоклов меч совершенно запугал адвокатов, так что реальной их способности помочь жертве произвола просто не существует; и они сами прерасно отдают себе в этом отчет. Такая система настолько прижилась, что справиться с нею не может или не хочет даже Путин. Судьбы некоторых геройских или наивных адвокатов служат полезным примером и демонстрационным эффектом для всех иных причастных к теме. Путин предложил смягчить «предпринимательские» статьи в УК: мы вас посадим не за то, что взяли, а за то что назад не положили... Это как бы мягкий увод дел от следователей. Кудрин рассказал о миллиардном воровстве в Роскосмосе. Роскосмос входит в Ростех и при этом яростно соперничает с ним, а был бы козел, отпущение найдется. Компанию может возглавить, например, Элькин. Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, всегда держит нос по ветру и чует, где что и как плохо лежит. В каком смысле и почему собрался Роскосмос на Луну? Роскосмос является рекордсменом по масштабам финансовых нарушений, в госкорпорации были выявлены различные нарушения дисциплины, в том числе нерациональные траты. Неправильно проводятся процедуры закупок, завышены цены, очень много омертвлено средств на недостроенные объекты или на объекты, которые просто простаивают, не использованы средства на счетах месяцами. Несколько миллиардов утрачено — то есть, по сути, своровано, сказал председатель Счетной палаты Кудрин. [ читать дальше ]


  За нами Москва!

[00.00.00] Притеснения, преследование и репрессии против предпринимателей, а в более широком плане - против среднего класса нанесли невосполнимый урон развитию страны, и речь идет не только о текущих событиях и явлениях, но и о среднесрочной и уже долгосрочной перспективе: последствия видны во всех без исключения отраслях и разделах экономики и общественной жизни. Вопрос посадки умных и талантливых людей, отягощенный бегством их из страны, уже продолжительное время прямо отражается на экономической состоятельности страны. Уже сейчас не существует отрасли в экономике, которая не сталкивалась бы с дефицитом предложения квалифицированного труда. Общеизвестный дефицит проектов для банковского кредитования, тормозящий кредитную экспансию, имеет в основании не столько низкую рентабельность проектов в РФ или высокую кредитную ставку, сколько недостаток специалистов, которые готовы были бы эти проекты не только осуществлять, но и предлагать. И как вы думаете, куда они подевались, если общеизвестно, что 800 тысяч таких спецов сидит по тюрьмам. То, что дальше будет хуже, всем более или менее понятно — новые группы инициативных предпринимателей и наемных работников, выходящие на рынок, будут сильно меньше присутствующих на нем сейчас. Генералы в тюрьме и в кресле начальника, Никандров и Агафьева, Бастрыкин и Морозов, Сугробов и Куденеев, Голиков и Элькин, Чайка и Карюхин отнять и разрушить могут, но сами-то ничего не создают и не умеют... [ читать дальше ]

[00.00.00] Чем больше разводится кругов вокруг личности Путина, тем больше впечатление, что он - лишь номинальный носитель скипетра, и ему реально принадлежит лишь эйфорийная буза вокруг снимаемых генералов и рукопожатных президентов и канцлеров, - таких же временщиков, как и он. Но слышали ли вы о вышедших на свободу ошельмованных людях? Их время придет, - когда уберут и уберут плохо... Притеснения, преследование и репрессии против предпринимателей, а в более широком плане - против среднего класса нанесли невосполнимый урон развитию страны, и речь идет не только о текущих событиях и явлениях, но и о среднесрочной и уже долгосрочной перспективе: последствия видны во всех без исключения отраслях и разделах экономики и общественной жизни. Вопрос посадки умных и талантливых людей, отягощенный бегством их из страны, уже продолжительное время прямо отражается на экономической состоятельности страны. Уже сейчас не существует отрасли в экономике, которая не сталкивалась бы с дефицитом предложения квалифицированного труда. Общеизвестный дефицит проектов для банковского кредитования, тормозящий кредитную экспансию, имеет в основании не столько низкую рентабельность проектов в РФ или высокую кредитную ставку, сколько недостаток специалистов, которые готовы были бы эти проекты не только осуществлять, но и предлагать. И как вы думаете, куда они подевались, если общеизвестно, что 800 тысяч таких спецов сидит по тюрьмам. То, что дальше будет хуже, всем более или менее понятно — новые группы инициативных предпринимателей и наемных работников, выходящие на рынок, будут сильно меньше присутствующих на нем сейчас. [ читать дальше ]

[00.00.00] Дело не только в подбрасывании наркотиков, каратели рутинно и каждодневно используют провокации и шельмование огромных масс населения, особенно, когда люди попадают в разряд свидетелей, подозреваемых и тем более обвиняемых, арестованных и заключенных, - с помощью различных подложных улик, в том числе заведомо ложных заявлений, показаний и свидетельств, заготовленных следователями, полицейскими в соавтостве с заказчиками и их подельниками. Казус Голунова разрешился благополучно, и слова Богу; но это, конечно, частный случай и сугубо уникальный. [ читать дальше ]


  Мы были правы - мы ошибались.

[00.00.00]Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, снова вляпался. Глава СКР по Москве Александр Дрыманов фигурирует в деле о коррупционных связях руководителей следственного ведомства с вором в законе Захарием Калашовым (Шакро Молодой). В России жертвой политического преследования становится любой человек, занимающий твердую позицию права, простую защиту действующей конституции, потому что он немедленно сталкивается с самой системой, существование которой есть лицемерное злоупотребление правом, его искажение и наглая формализация. Поэтому совершенно справедливо, законно и необходимо показывать, что большинство заказных уголовных дел в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. Интенсивно идет слияние чиновничьих горизонтальных групп с наиболее продвинутыми группами криминала. [ читать дальше ]

[00.00.00]В России жертвой политического преследования становится любой человек, занимающий твердую позицию права, простую защиту действующей конституции, потому что он немедленно сталкивается с самой системой, существование которой есть лицемерное злоупотребление правом, его искажение и наглая формализация. Поэтому совершенно справедливо, законно и необходимо показывать, что большинство заказных уголовных дел в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. Интенсивно идет слияние чиновничьих горизонтальных групп с наиболее продвинутыми группами криминала. [ читать дальше ]

[00.00.00]Генерала Никандрова уже выпускают... А главу Коми Вячеслава Гайзера за то же самое посадили на 11 лет. Лучше других известен следственный отдел Новой Москвы во главе с его начальником и известным любителем мата; вот о них мы и поговорим. В российской судебной системе и практике уголовные дела затеваются не потому что нарушен закон и добросовестный свидетель написал заявление: в 99 из 100 случаев уголовное дело не будет возбуждено, - а совершенно по иным причинам и мотивам. Я уже шесть лет обличаю директора Росстандарта Г.И.Элькина и его подельников П.А.Карюхина, Е.Лозовую и известного зиц-председателя и налоговика Кузюру в том, что они незаконно умыкнули государственный и охраняемый лес не где-нибудь, а в столице нашей родины Москве, и все без толку, даже не допросили никого из них, - очень заняты; правда Элькина уволили из директоров и теперь он замдир в системе Ростеха, а Карюхина изгнали из-за служебной несостоятельности из Службы внешней разведки, Кузюру - из председателей СНТ Радость, и он наверное председательствует в другом СНТ Рога и Копыта, а Лозовая лишь строчит новые ложные показания; а писал я об этом всем ответственным и по нормальной логике заинтересованным лицам - Чайке, Путину, прокурору Москвы, множеству начальников полиции, прокурорам, судьям, - и все впустую, воз и ныне там, а рейдеры благополучно пользуются особо охраняемым природным объектом, огородили его забором и выгуливают боевых собак, чтобы случайным прохожим неповадно было соваться на частную территорию. Но все будет иначе, если репрессивные службы сами порешили такое уголовное дело завести, вот тут-то немедленно возникает так называемый свидетель, - Е.Лозовая, например, - в системе права он именуется ложный доноситель, а среди порядочных граждан - стукач, - и в течение трех-десяти дней будет оформлено дело, предъявлено обвинение и обвиняемый окажется в Сизо, куда его отправит самый справедливый суд в мире. Это происходит повсеместно, но мне лучше других известен следственный отдел Новой Москвы во главе с его начальником и известным любителем мата; вот о них мы и поговорим. [ читать дальше ]


  курс валют (ЦБ РФ)
USD 64.37 (+64.37)
EUR 70.93 (+70.93)

  06.07.19 :: новости
Юрий Королев. Вероятнее всего лидерство Америки может быть подтверждено и установиться на несколько десятков лет, чтобы снова быть поставленным под вопрос. Скорее всего, так и будет, - слишком затратно менять модель, если ее потенциал еще до конца не исчерпан. Однако несомненно, что сегодня мир находится перед стратегическим выбором, речь не идет только о новой матрице интернационализации, - заколебалось все. Такие признаки скорее всего свидетельствуют о востребовании глобальной реструктуризации, а не о простой смене лидера в результате количественных изменений и подвижек. Видимо, речь идет о смене модели, и вместо одного мощного руководителя-государства, как США, придет не Китай, ЕС или Россия, а принципиально иной механизм, который представлял бы действительные движущие силы интернационализации, то есть технологии, безопасность, представительность, воспроизводство. Очевидно, что эти силы уже не представляют национальные государства, хотя они суть наилучшие механизмы регулирования общественных отношений из всего, что было изобретено цивилизацией. Государства очевидно переходят в субсидиарные позиции, но это не отнимает, а скорее подтверждает надежды, что именно национальное и интеграционное государство снова призвано сыграть важнейшую роль на этапе формирования нового мирового порядка, - вероятно, поэтому оно снова так очевидно востребовано. И не исключено, что, скажем, ООН, основанная на союзе национальных государств, станет одним из источников формирования нового мирового лидера на представительской основе. Перегруппировка Америки, обладающей попрежнему огромным потенциалом, будет очень эффективной, как только и в случае если ее элита докажет свою интеллектуальную состоятельность.

Юрий Королев. Вероятнее всего лидерство Америки может быть подтверждено и установиться на несколько десятков лет, чтобы снова быть поставленным под вопрос. Скорее всего, так и будет, - слишком затратно менять модель, если ее потенциал еще до конца не исчерпан. Однако несомненно, что сегодня мир находится перед стратегическим выбором, речь не идет только о новой матрице интернационализации, - заколебалось все. Такие признаки скорее всего свидетельствуют о востребовании глобальной реструктуризации, а не о простой смене лидера в результате количественных изменений и подвижек. Видимо, речь идет о смене модели, и вместо одного мощного руководителя-государства, как США, придет не Китай, ЕС или Россия, а принципиально иной механизм, который представлял бы действительные движущие силы интернационализации, то есть технологии, безопасность, представительность, воспроизводство. Очевидно, что эти силы уже не представляют национальные государства, хотя они суть наилучшие механизмы регулирования общественных отношений из всего, что было изобретено цивилизацией. Государства очевидно переходят в субсидиарные позиции, но это не отнимает, а скорее подтверждает надежды, что именно национальное и интеграционное государство снова призвано сыграть важнейшую роль на этапе формирования нового мирового порядка, - вероятно, поэтому оно снова так очевидно востребовано. И не исключено, что, скажем, ООН, основанная на союзе национальных государств, станет одним из источников формирования нового мирового лидера на представительской основе. Перегруппировка Америки, обладающей попрежнему огромным потенциалом, будет очень эффективной, как только и в случае если ее элита докажет свою интеллектуальную состоятельность.
Юрий Королев. Либералы, как и всякое интеллектуальное движение, - явление историческое, то есть очень ограниченное во времени и пространстве; в этом смысле оно временное, но в чем-то оно и вечное в том вечном порыве к свободе, которую ограничивает мысль и разум; порыв вечен, но ограничения весьма историчны и меняются ср временем, и условные десять заповидей сегодня понимаются совсем не так, как два тысячелетия назад. В этом смысле либерализм вечен и никуда он не исчезнет, но как всякое общественно-историческое явление, он переживает свои взлеты и падения, кризисы и победы; но он и смертен в категориях конкретного истрического содержания, и естественно либералы Весемнадцатого века формировали содержание своих программ из иных фактов и явлений, нежели либералы Двадцать первого. Ну и, конечно, либералы Франции, либералы Америки и либералы России будут очень различаться между собой, хотя у них имеются несомненные совпадения как по вертикали времени, так и по горизонтали географии и политики. Какие они есть сейчас в России, именно такими они и должны быть здесь на этапе формирования новых общественных отношений, когда соседи прошли уже большой путь строительства демократии, накопили значительный опыт и выработали миллион значков для определения и узнавания своих. Русские либералы позаимствовали соседний опыт, презирают собственное непонятливое быдло, коим являются в их глазах избиратели и все остальные несогласные с ними граждане, и торопят события, - это так свойственно неофитам и потому они выглядят в глазах сограждан нелепыми и смешными, - их никоим образом не поддерживает большинство, но они слишком неопытны, чтобы взять власть другим путем. Мало того, что они естественным образом - исторически - меньшинство, но они еще и провоцируют ксенофобию, потому что неприкрыто ориентируются на иные общества и государства. Но, осмелюсь сказать, если они и неправы, то тем не менее не виноваты, потому что в конкретных исторических условиях обязаны были возникнуть и обязаны были быть отвергнуты. Для развития русского общества такая ситуация не пройдет бесследно, так как тотальное отвержение своих либералов влечет за собой отвержение важных достижений либерализма, и в таком случае нередко с пеной выбрасывается ребенок. Вместе с тем, в России в стане либералов или очень близко находится - горизонтально - большая часть самых образованных людей, особенно в сфере общественных наук, - вот поди ж и порешай ребус...
Юрий Королев. Современная демократия - продукт синтеза абсолютизма и анархии; она возникла как противопоставление не только абсолютизму и тирании, но и либерализму как идеологии интеллектуалов, - отсюда их вечное столкновение, - и власть большинства народа, при всей ее условности, долго вела к социальному прогрессу... В процессе поиска функциональности демократии большинства снова упрочился либерализм, который заменил собою абсолютизм в том смысле, что оказался способен создать государство демократии, противопоставив его анархии. Именно либерализм - добровольное и активное участие избранных - сформировал вертикаль демократического государства, развивая исполнительную власть и заложив идеологию и практику горизонтальной власти - гражданского общества - общества активного меньшинства, поддерживающего институты государственной власти с помощью демократических форм прямого участия граждан в отправлении власти. Вместе с тем и параллельно развивалась собственно демократия, противостоя либерализму и нанимая на службу его адептов, а главное - формируя высшую форму демократического общества - демократию консенсуса, когда правящее большинство перестает быть насилием большинства над меньшинством, а проходит стадию переубеждения, согласования и выработки компромисса сначала всего активного, а затем - всего населения. Это стадия, так сказать, конца истории, когда возрождается очень поначалу малочисленный и презираемый либерализм, провозглашающий новые основы и ценности общественного договора. В какую эпоху мы живем? чтобы ответить на этот вопрос, нужно, сколь это не покажется скучным, ответить на вопрос: зачем мы? зачем человечество? Очевидно, что либерализм есть идеологическое и политическое движение демократии консенсуса, и в этом смысле либерализм - всегда был против власти большинства, против демократии, понимаемой как власть большинства. Это исторически сложное образование, ибо оно несет с собой и в себе идею свободы, но вместе с тем идею меньшинства, фронды и оппозиционности. Отсюда присущее либерализму критическое отношение к власти и одновременно стремление к власти любым путем, ибо априори считается, что власть не права и в борьбе с нею допустимы любые средства, так как цель - благородная и согласная с правдой - оправдывает средства.
Ю.Королев. Осмелюсь утверждать, что Если бы вдруг Америка отказалась рассчитываться долларом, то ее также ждали бы весьма труднопреодолимые сложности. В России все обернется тем, что поставят новый эксперимент по изъятию валюты у населения, - граждан и мелкого и среднего бизнеса. Как с декриминализацией: районным полицейским - собственное поле для бизнеса, а генералам - крупняк; или с репостами - просто добавили еще одну статью в УК, а какую для вас выберет следователь - ему виднее, это попрежнему ему решать, - так что сидите у ПК спокойненько: за вами придут. Дедолларизация возможна до определенной степени, но вопрос не в том, хотите ли вы покинуть территорию доллара, а в том, куда вы отправитесь дальше. Евро? Юань? Биткоин? Какова модель этой следующей системы? Дискуссия о дедолларизации - это как о пресловутой декриминализации Уголовного кодекса дурачат публику - разговор не о чем; ни существующий режим, ни возможности экономики не позволяют России отказаться от доллара; ограничить, контролировать - это может быть, но все возможное в этом отношении уже было, и ни Путину, ни Селуанову ни русских, ни людей иных кровей удивить нечем. Какой могла бы стать дедолларизация при Сталине и централизованной мобилизационной экономике? Устанавливается внутренний курс рубля в отношении доллара, например, один к одному; на внешнем рынке Россия продает только за рубли, - и кое-что таки может продать! - следовательно от покупателя требуются рубли, взять их можно, только купив у России по курсу 1:1; при покупке товара, то есть импорте, цена товара непременно нивелируется в сторону установленного Россией обменного курса, процесс при этом весьма сложен, он ведет к сокращению импорта, изменению его состава, так как приобретаются только некоторые необходимые товары, цена на которые корректируется бартерным индексом. До 70-х годов прошлого века официальный курс был 1 доллар - 0,6 рубля, и таки он реально существовал; и ныне принципиально иного подхода к этой проблеме в широком смысле не существует, и если вы отказываетесь расплачиваться мировой валютой, вы все равно упираетесь в принудительный курс рубля и в валютный черный и серый рынок, а там уж как хотите: расстреливайте валютчиков, догоняйте фарсовщиков или не расстреливайте и не догоняйте, - результат в конечном итоге будет тем же самым, - мировая финансовая система и ее дензнак не могут быть подвластны решению одного из участников международного обмена независимо от его важности.

Юрий Королев. Новых предложений со стороны Трампа, похоже, нет; об этом свидетельствует нагнетание темы нового витка санкций, которые не направлены только против России; они обозначает правовые рамки отношений США со всеми странами мира; Россия - только мальчик для демонстративного биться и козел отпущения и, как таковой, имеет особую ценность, поэтому до смерти забит не будет. Вместе с тем, перед Путиным было поставлено жесткое условие и состоит оно в требовании открытия рынка и финансов для нового рывка интернационализации мировой экономики под эгидой США - неоглобализации, суть которой в модернизации инфраструктур, - Россия для этого непременно нужна, учитывая особенности ее геополитического положения в мире. У Путина после краха его евразийского проекта, в котором центральную роль должна была играть Украина, своих предложений нет; это видно по тому безраличию, с которым он относится к маневрам Лукашенко, а прозорливый белорусс уже все понял. В общем, полный цейтнот и цуг-цванг, но по-любому у Путина - гора с плеч, потому что он перекладывает ее на Трампа. Думаю, Путин согласился с его предложением, ибо иного от него Трамп и не ожидал: есть и бывают предложения, от которых нельзя отказаться. Чтобы это вырванное обещание исполнялось неукоснительно, будет поддерживаться режим очень жесткого нажима, уже даже не прикрываемый знакомым рефреном: вы же видите, что они - противники Трампа - делают... Звон уже оглушает, и колокол-то, точно, звонит. Исходя из среднесрочной стратегии, в интересах Америки - погасить конфликт, вернуть Украину в рабочее состояние и стимулировать процесс ее интеграции в ЕС и Нато. Этот интерес сформировался у Трампа по мере того, как его советники и он сам осознали, что достаточно Крыма, чтобы сдержать всякие попытки ускорения интеграционных процессов между Россией и Евросоюзом, а это именно то, что необходимо и достаточно для удержания Европы в рамках и на поле слабых конкурентов Америки.

Юрий Королев. Трамп думал, что Америка, включая СМИ и демократов, его сразу правильно поймет, и ошибся... Ему пришлось сильно побороться за консолидацию американского общества вокруг его программы и вокруг него лично. Разумно изменить маршрут, если на тебя прет танк; но может, вообще придется менять курс, если это не одиночная машина, а танковый корпус, и дорога забита на долгое время. Такое впечатление производят сейчас маневры Трампа и его команды по вопросу о политике в отношении России. Стоит еще раз обратить внимание, что целью противников курса Трампа является все-таки не Россия, а собственно Трамп.Отношения США с Россией все более приобретают черты демонстрационного эффекта, который предназначен прежде всего Китаю. Только слепой не заметил облегчения, которое продемонстрировали высшие круги власти России в связи с явным отходом Трампа от обещаний наладить связи с Россией. Более всего опасений, конечно, вызывал вопрос с Китаем, то есть не придется ли дружить с Трампом против Китая. И хотя эти опасения совершенно напрасны, во-первых, потому что китайские лидеры отдают себе полный отчет в тенденциях развития ситуации, а во вторых, потому что Трамп ссорится с Китаем тщательно отмеренными дозами и в действительности ищет лишь наиболее выгодный баланс сил. И только после ноябрьских выблоров и переговоров с Пекином Трамп перейдет к выработке и реализации своего курса в отношениях с Москвой - ждать еще довольно долго.

Юрий Королев. Только слепой не заметил облегчения, которое продемонстрировали высшие круги власти России в связи с явным отходом Трампа от обещаний наладить связи с Россией. Более всего опасений, конечно, вызывал вопрос с Китаем, то есть не придется ли дружить с Трампом против Китая. И хотя эти опасения совершенно напрасны, во-первых, потому что китайские лидеры отдают себе полный отчет в тенденциях развития ситуации, а во вторых, потому что Трамп вовсе не намерен ссориться всерьез с Китаем, а ищет лишь наиболее выгодный баланс сил в переговорах. Трамп только после переговоров с Пекином перейдет к выработке и реализации своей настоящей политики в отношениях с Москвой - ждать еще довольно долго. Это одна из причин, почему Трамп так торопится в остальных вопросах и несколько затруднил себе работу: он думал, что Америка, включая СМИ и демократов, его сразу правильно поймут, и ошибся... Ему пришлось сильно побороться за консолидацию американского общества вокруг его программы и вокруг него лично.
Юрий Королев. Разумно изменить маршрут, если на тебя мчится танк; но может, вообще придется менять курс, если это не одиночная машина, а танковый корпус, и дорога забита на долгое время. Такое впечатление производят сейчас маневры Трампа и его команды по вопросу о политике в отношении России. Стоит еще раз обратить внимание, что целью противников курса Трампа является все-таки не Россия, а собственно Трамп. Даже в мелких вопросах, вроде высылки русских дипломатов, кем бы они не были, когда на встрече в Трамп-хаусе, Флинн и его друзья убедили посла Кислова не реагировать встречной высылкой американских дипломатов, кем бы они не были, результат действий трампистов однозначен - он к выгоде Америки, за что же их карать? Но используют его против Трампа, потому что именно он - их истинная цель. Не исключено, что политика Трампа в отношении России была бы более жесткой и безальтеративной, чем политика, если это можно так назвать, Обамы, нельзя не заметить некоторого облегчения, которое продемонстрировали высшие круги власти России в связи с явным отходом (или тем, что можно так интерпретировать) Трампы от обещаний наладить связи с Россией. Более всего опасений, конечно, вызывал вопрос с Китаем, то есть не придется ли дружить с Трампом против Китая. И хотя эти опасения совершенно напрасны, во-первых, потому что китайские лидеры отдают себе полный отчет в тенденциях развития ситуации, а во вторых, потому что Трамп вовсе не намерен ссориться всерьез с Китаем, а ищет лишь наиболее выгодный баланс сил в переговорах, прямодушные преверженцы действий по понятиям первым делом вспоминают, где они нашкодили. Это все к тому, что Трамп только после переговоров с Пекином перейдет к выработке и реализации своей настоящей политики в отношениях с Москвой - ждать еще довольно долго. Это одна из причин, почему Трамп так торопится в остальных вопросах и несколько затруднил себе работу: он думал, что Америка, включая СМИ и демократов его сразу правильно поймут и ошибся... Ему придется сильно побороться за консолидацию американского общества вокруг его программы и вокруг него лично.

Ю.Н.Королев. Опасен для Запада революционный путь России? Несомненно, так как, во-первых, это приведет к непременной задержке глобализации и обострению традиционных конфликтов. Мы знаем примеры революционных перемен в направлении от этатизма и государственного социализма к приватизации; в 1991 году это был бы естественный ход событий, таким путем пошли Польша, Чехия, Венгрия. Но известны и противоположные примеры, когда отчаявшийся народ все свои надежды возлагал на государство. Революционная Россия скорее всего придет к социально-рыночному проекту, но через этап реванша социального этатизма и мобилизационной экономики; длительность такого этапа зависит от поддержки населения, удачи в промышленном развитии и социальной политике, качества вождей. К сожалению, России так везет, что зарекаться не приходится. Во-вторых, опасность кроется в частом периоде революционной пассионарности, внешней экспансии, реваншизме и своеобразном интернационализме, чреватом попытками перенесения на почву иных государств, в том числе соседей своего революционного опыта, идеалов и свершений. Вряд ли стоит напоминать о Наполеоне, который в самом начале французской революции был членом Якобинского клуба. Через это прошли и, боюсь, проходят многие страны и лидеры. Западу понадобится много терпения и мудрости, чтобы переждать такую болезнь роста; а ни в чем таком европейские элиты в последнее время не замечены... В-третьих, в мире разогрет и кипит нешуточный социальный котел, и пример такой страны, как Россия, может стать чрезвычайно заразительным. А кто интересно, будет кроваво бомбить исламских террористов? Иной путь подразумевает терпеливое и мудрое участие европейцев в судьбах России; к сожалению, на это надежды не то что мало, а - никакой.

Ю.Королев. Когда между элитами разрозненного человечества связи не было или она осуществлялась с большими задержками и отставанием, легко было валить на дикость племен или несостоятельность императоров. Но уже, по меньшей мере с Восемнадцатого века шансов у чингисханов не осталось, они не могли возникнуть ниоткуда и поразить быстрой конницей или дальнобойным луком им неведомого еще вчера противника. Почти все на свете стало известно, и все философы провозгласили целью всех элит благо человечества. И что же? Были и Робеспьер, и Наполеон, и Гитлер, и Мао, и Сталин, и я уж не говорю о сотнях, а, может быть, тысячах помельче. И все они старались во благо человечества. Именно реально сложившаяся ситуация определяла бег времен и общественных формаций, - и так во все времена. В прежние века и тысячелетия, - во всяком случае известные нам, - философы вдогонку все объясняли и несомненно кроили и резали историю в рамках своих представлений, и вовсе не из корысти или подхолимства, самый честный и непримиримый все равно не мог прыгнуть выше своей крыши. В этом смысле ни элита в целом, ни одна из ее частей, не могли идти впереди человечества, - лишь вслед за ним и его опытом, тяжко разукрашивавшем его шкуру.
Юрий Королев. Путин здесь скорее всего просто проморгал ловкий стратегический ход Германии, к которой после воссоединения полностью вернулась тяга к жизненному пространству. Порошенко надо бы благодарить не Путина, вернее не столько Путина, сколько Меркель; это она, опираясь на поддержку Обамы и его внешнеполитического лобби в лице прежде всего Хиллари Клинтон, затейливо развернула украинский курс в интересах Германии. Именно Германии, потому что поначалу Америка расчитывала включить Украину в свой актив; но Меркель надула и Обаму (Трамп ясно показал, что для него это не стало секретом и не подал Меркель руки при первой встрече) и четко расставила сети, тут же первая отправилась к Путину, и это она его ославила, объявив неспособным к диалогу; Крым Путин выбил из рук не Германии, а Америки, с пресловутым газопроводом Меркель второй раз и потом уже перманентно натягивала нос Путину, представив дело таким образом, что балтийские нити газопровода - в интересах России, с одной стороны, а Украине изобразила дело таким образом, что Германия отстаивает интересы Киева, добиваясь от Путина обещания сохранить старую магистраль, - классическая германская тактика жизненного пространства на востоке. В общем Меркель четко провела как Путина, так и Обаму, а сейчас вполне справляется и с Трампом, сильно продвинув Берлин в направлении Великой Германии и пангерманской Европы. Для серьезных европейцев и прежде всего для Великой Британии, это уже, конечно, секрет полишинеля; но в России многие все еще продолжают благостно распевать песни о дружбе с Меркель против Трампа. Не лишенные оснований подозрения британских тори, что Путин строит европейскую политику, желая опираться на союз с Германией против Великобритании, - одна из главных причин антипутинского настроя многоопытной элиты этой страны; и надо сказать, что исторический опыт отношений внутри этой тройки очень и очень подогревает такие подозрения.

Юрий Королев. Это перевернутый абсолютизм, - разве ставят они в центр человека, для них люди - только те, что принадлежат к их группе и разделяют их взгляды. Секта - им имя. Все так, и именно такими они и должны быть в России на этапе формирования новых общественных отношений. В России эти отношения формируются, когда соседи прошли уже большой путь строительства демократии, накопили значительный опыт и выработали миллион значков для определения и узнавания своих. Русские либералы позаимствовали соседний опыт, презирают собственное непонятливое быдло, коим являются в их глазах избиратели, и торопят события, - это так свойственно неофитам и потому они выглядят в глазах собственных граждан нелепыми и смешными, - их никоим образом не поддерживает большинство, но они слишком неопытны, чтобы взять власть другим путем. Мало того, что они естественным образом - исторически - меньшинство, но они еще и провоцируют ксенофобию, потому что неприкрыто ориентируются на иные общества и государства. Но, осмелюсь сказать, если они и неправы, то тем не менее не виноваты, потому что в конкретных исторических условиях обязаны были возникнуть и обязаны были быть отвергнуты. Для развития русского общества такая ситуация не пройдет бесследно, так как тотальное отвержение своих либералов влечет за собой отвержение важных достижений либерализма, и в таком случае нередко с пеной выбрасывается ребенок. Вместе с тем, в России в стане либералов или очень близко находится - горизонтально - большая часть самых образованных людей, особенно в сфере общественных наук, - вот поди ж и порешай ребус за Путина...

Юрий Королев. Демократия возникла как противопоставление не только абсолютизму и тирании, но и либерализму как идеологии интеллектуалов, - отсюда их вечное столкновение, - и власть большинства народа, при всей ее условности, долго вела к социальному прогрессу... В процессе поиска функциональности демократии большинства снова упрочился либерализм, который заменил собою абсолютизм в том смысле, что оказался способен создать государство демократии, противопоставив его анархии. Именно либерализм - добровольное и активное участие избранных - сформировал вертикаль демократического государства, развивая исполнительную власть и заложив идеологию и практику горизонтальной власти - гражданского общества - общества активного меньшинства, поддерживающего институты государственной власти с помощью демократических форм прямого участия граждан в отправлении власти. Вместе с тем и параллельно развивалась собственно демократия, противостоя либерализму и нанимая на службу его адептов, а главное - формируя высшую форму демократического общества - демократию консенсуса, когда правящее большинство перестает быть насилием большинства над меньшинством, а проходит стадию переубеждения, согласования и выработки компромисса сначала всего активного, а затем - всего населения. Это стадия, так сказать, конца истории, когда возрождается очень поначалу малочисленный и презираемый либерализм, провозглашающий новые основы и ценности общественного договора. В какую эпоху мы живем? чтобы ответить на этот вопрос, нужно, сколь это не покажется скучным, ответить на вопрос: зачем мы? зачем человечество? Очевидно, что либерализм есть идеологическое и политическое движение демократии консенсуса, и в этом смысле либерализм - всегда был против власти большинства, против демократии, понимаемой как власть большинства. Это исторически сложное образование, ибо оно несет с собой и в себе идею свободы, но вместе с тем идею меньшинства, фронды и оппозиционности. Отсюда присущее либерализму критическое отношение к власти и одновременно стремление к власти любым путем, ибо априори считается, что власть не права и в борьбе с нею допустимы любые средства, так как цель - благородная и согласная с правдой - оправдывает средства.


Юрий Королев. Владимир Путин согласился, что надо сдать, что плохо лежит, - с обозами от погони не оторвешься. НАТО вшестеро обгоняет Россию по населению, вдесятеро — по оборонным расходам, примерно в 20 раз — по ВВП, и с 1989 года придвинула свою передовую линию на 500 миль ближе к Москве. Есть ли альтернатива? Стратегически - нет, потому что первое: отсутствуют ресурсы для победы; второе: нет надежды на появление важных союзников и третье: нет оснований надеяться на развал или ослабление противника. Но тактически - борьба может быть долгой и изматывающей; победы и поражения могут чередоваться; кто быстрее научится мобилизовывать людей, деньги и средства, чтобы они в каждом частном сражении вдвое (вдесятеро) превышали силу противника, тот и будет чаще побеждать; количество может перерасти в качество, это зависит от силы духа - Россия переживает период неизбывной пассионарности.
Юрий Королев. Принципиально различаются два типа экономической интеграции, определяющей процесс интернационализации: 1.базирующийся на едином и практически одном-двух уровнях технологии; и 2. мноукладный, в основе которого интеграция двух или более технологически многослойных национальных рынков. Технологическая интеграция осуществляет объединение, вернее, взаимопроникновение производственных процессов, которые влекут за собой такое же явление в смежных сферах сырья, с одной стороны, и реализации продукта, с другой: почти всегда конечный продукт перестает быть конечным, технологические цепи удлинняются во всех направлениях, соединяясь с параллельными, вертикальными, диагональными - всякими, но природно и технологически такими же процессами интеграции, - это и есть глобализация. Понятно, что любой национальный рынок имеет несколько техногических уровней, которые не совместимы в чистых интеграционных технологических процессах, но на практике сосуществуют и взаимодействуцют благодаря специально созданным гражданским общественным структурам, главнейшим из которых до сих пор остается национальное государство. Другой тип экономической интеграции - это межнационая интеграция, когда друг к другу приспосабливаются многоукладные рынки разных стран. Евросоюз пытался и пытается устоять на этих двух резвых скакунах одновременно - замечательеный исторический опыт, но он все более приобретает межнациональный характер из-за решения принимать в союз после крушения СССР страны, технологически не готовые к глобализации. Америка в целом - похожий и в значительной мере уже состоявшийся опыт: но не завершенный, о чем и свидетельстввует острая политическая борьба за власть, развернувшаяся в этой стране. Стремлении Европы усидеть на двух стульях привело к росту противоречий: об этом говорит брексит, усилеие националььных движений в европейских странах. Россия тоже пример интеграционных процессов, когда глобализации и многослойные рынки сложно взаимодействуют и переплетаются, и технологическим слияниям мешает производственное отставание в других техзвеньях и в других социальных конгломератах. И здесь особенно сильна регулирующая роль государства.

Юрий Королев. Мифам вопреки, элиты всегда действовали не в авангарде, не пророками, а вслед - лишь слабыми и неверными интерпретаторами истории, жалкими последышами героических действий отдельных человеков, их групп и племен, - пассионарных могучих толп.Но общим обычаем стало требовать от мудрецов, философов и элиты в целом - предвещать, предсказывать, разъяснять, конструировать и вычерчивать маршрутные карты истории, сколько мы не обжигались на гитлерах. Конечно, мы изобрели компьютеры, матрицы, интернет и составляем программы. Но значит ли это, что опровергнут единственный доподлинно известный нам закон развития или, вернее, движения человечества - сначала подвиг, потом страшный опыт и лишь за ними - понимание того, что свершилось, осмысление его и утрамбовка этого, вновь, конечно же, ограниченно и потому неверно понятого кусочка опыта в структуру мозаичной картины, которую мы называем историческим прогрессом. В тысячный раз цивилизация столкнулась с ускорением на порядок извечного процесса переселенмя народов, надо обустроить и прокормить новых людей и никто не знает, как это сделать. Переселение народов происходило постоянно, то быстрее, то медленнее, в зависимости от нескольких факторов, из них важнейшими являются: разница достигнутых потенциалов комфортности и разрыв между накопленными богатствами; возникновение экстремальных или катастрофических условий в одном из районов; ослабление сопротивляемости и обороноспособности комфортной зоны; формирование агрессивности и мобилизационной способности в дискомфортной зоне. Мировой кризис - это прежде всего дисбаланс потенциалов.

Юрий Королев. Во все времена именно реально сложившаяся ситуация определяла бег времен и общественных формаций. В прежние века и тысячелетия, - во всяком случае известные нам, - философы вдогонку все объясняли и несомненно кроили и резали историю в рамках своих представлений, и вовсе не из корысти или подхолимства, самый честный и непримиримый все равно не мог прыгнуть выше своей крыши. В этом смысле ни элита в целом, ни одна из ее частей, не могли идти впереди человечества, - лишь вслед за ним и его опытом, тяжко разукрашивавшем его шкуру. Когда между элитами разрозненного человечества связи не было или она осуществлялась с большими задержками и отставанием, легко было валить на дикость племен или несостоятельность императоров. Но уже, по меньшей мере с Восемнадцатого века шансов у чингисханов не осталось, они не могли возникнуть ниоткуда и поразить быстрой конницей или дальнобойным луком им неведомого еще вчера противника. Почти все на свете стало известно, и все философы провозгласили целью всех элит благо человечества. И что же? Были и Робеспьер, и Наполеон, и Гитлер, и Мао, и Сталин, и я уж не говорю о сотнях, а, может быть, тысячах помельче. И все они старались во благо человечества.

Юрий Королев. Вопреки распространенным мифам, элиты всегда действовали не в авангарде, не пророками, а вслед - лишь слабыми и неверными интерпретаторами истории, жалкими последышами героических действий отдельных человеков, их групп и племен, - пассионарных могучих толп.Но общим обычаем стало требовать от мудрецов, философов и элиты в целом - предвещать, предсказывать, разъяснять, конструировать и вычерчивать маршрутные карты истории, сколько мы не обжигались на гитлерах. Конечно, мы изобрели компьютеры, матрицы, интернет и составляем программы. Но значит ли это, что опровергнут единственный доподлинно известный нам закон развития или, вернее, движения человечества - сначала подвиг, потом страшный опыт и лишь за ними - понимание того, что свершилось, осмысление его и утрамбовка этого, вновь, конечно же, ограниченно и потому неверно понятого кусочка опыта в структуру мозаичной картины, которую мы называем историческим прогрессом.
Юрий Королев. Ничего трагического ни для Америки, ни для мира в том, что руководство мировым процессом США ставится сейчас под вопрос, не имеется. Такой вызов может привести к перегруппировке Америки, обладающей попрежнему огромным потенциалом, и в случае если ее элита докажет свою интеллектуальную состоятельность, лидерство Америки может быть подтверждено и установиться на несколько десятков лет, чтобы снова быть поставленным под вопрос. Скорее всего, так и будет, - слишком затратно менять модель, если ее потенциал еще до конца не исчерпан. Однако несомненно, что сегодня мир находится перед стратегическим выбором, речь не идет только о новой матрице интернационализации, - заколебалось все. Такие признаки скорее всего свидетельствуют о востребовании глобальной реструктуризации, а не о простой смене лидера в результате количественных изменений и подвижек. Видимо, речь идет о смене модели, и вместо одного мощного руководителя-государства, как США, придет не Китай, ЕС или Россия, а принципиально иной механизм, который представлял бы действительные движущие силы интернационализации, то есть технологии, безопасность, представительность, воспроизводство. Очевидно, что эти силы уже не представляют национальные государства, хотя они суть наилучшие механизмы регулирования общественных отношений из всего, что было изобретено цивилизацией. Государства очевидно переходят в субсидиарные позиции, но это не отнимает, а скорее подтверждает надежды, что именно национальное и интеграционное государство снова призвано сыграть важнейшую роль на этапе формирования нового мирового порядка, - вероятно, поэтому оно снова так очевидно востребовано. И не исключено, что, скажем, ООН, основанная на союзе национальных государств, станет одним из источников формирования нового мирового лидера на представительской основе.
Юрий Королев. В мировом процессе интернационализации - не только экономики - возникли две проблемы: первая - у США сокращается относительная доля мирового богатства и материальный ресурс; второе, и самое главное, элита лидера не находит эфффективной формулы для следующего этапа - постглобализации. Был выбор: присоединить Евросоюз или Россию, в обоих случаях теоретически видно было, что узел развязывается. Казалось, что если удастся с ЕС, Россия сама упадет в ладони; а если поставить на первое место Россию, это не гарантирует присоединение Европы. Однако попытки прямолинейного решения проблемы путем присоединения дополнительного потенциала в виде европейского рынка столкнулись с принципиальными трудностями. Стратегические усилия аналитиков позволили вычислить необходимое и достаточное, чтобы Америка продолжила триумфальный путь, и для этого понадобилось разгладить горячим утюгом Европу - от Лиссабона до Киева и окрасить цветами демократических революцией геополитически важные страны Ближнего Востока. Бросившись в это предприятие с головой, европейская элита пошла на большие жертвы, но уже обнаружила, что их недостаточно и конца им не видно, в результате возникла фронда, довольно быстро формирующаяся в серьезную оппозицию, и смена властей в ведущих странах не за горами, о чем со всей ясностью предупредил брексит. То же самое, но с перцем, произошло на Ближнем Востоке - усилия по разглаживанию и унификации привели к устойчивой неустойчивости. Одновременно Россия, увидя, что ее готовят к роли жертвенного агнца, начала, казалось бы, безнадежную борьбу за новое место под солнцем и, похоже, далека от поражения, потому что сторонники ее линии возникают в самом сердце системы - в США и Европе. Не говоря уже о Ближнем Востоке... Расклад сил изменился и изменяется.
Королев Ю.Н. В чем особая пикантность нарастающего внутреннего столкновения в США между глобалистами и партией Америки? В том прежде всего, что глобалисты исторически происходят не из международного интеграционного движения, а именно из партии Америки, которая не на Америку проецирует глобалистские потребности и устремления, а, напротив, - американские интересы распространяет, навязывает и интернационализирует. Однако этот процесс зашел так далеко, что глобалистское руководство США на практике дискриминирует большую и все большую часть американского общества, а именно ту, которая с большинством стран и населения мира отстала от авангарда технологической революции, практикует реальную экономику и не понимает, зачем ей все эти сирии и украины. Оторвавшиеся глобалисты оказались перед альтернативой - двигать вперед глобализацию, объединившись с ее золотой верхушкой или ждать, пока их догонят отставшие, и тогда на хорошей базе возобновить глобализацию. Но ждать, оставаясь у власти, невозможно, эту власть есть кому оспорить, ее оспаривают и, наверняка, отнимут: встает традиционный и пресловутый вопрос о власти и о том, как не хочется ее отдавать. Противоречия уже напряглись, скрутившись в тугую спираль, укрылись в традиционную форму международных отношений, анонсировали лидеров не истинных, а сфальсифицированных программ и проектов, спекулятивных течений, клановых нужд и получили очень опасный импульс, когда власть предержащим кажется, что лучше всего и проще всего взмахнуть Александровым кинжалом. Желание повоевать все чаще воплощается на практике в военных авантюрах - в Югославии, Ираке, Ливии, Сирии, Афганистане, на Украине, и Бог знает, где еще.

Ю.Королев. Последнее десятилетие процесса глобализации несомненно определилось как столкновение национального и интернационального и постепенно получило все более и более конкретное выражение в противостоянии США и России, хотя, конечно, это столкновение ни коим образом не выражает сущности исторического этапа. Как США, так и Россия сами по себе каждый являются полем острой борьбы национального и интернационального. то есть наступательной динамики международной экономической интеграции и поисков ей соответствия в социальной и политической сфере. Переживаемый период заострил всю дискуссию на роли государства в реформах глобализации. Когда исторически выбор пал на государство - США - как на гегемона революции и лидера формирования новой общественной формации, это обусловило двойственную роль государства: с одной стороны, государство США - ведущий актор глобализации, а с другой, государства ведомые в интеграционном процессе глобализации; если государство США укрепляется, чтобы вести не только социально-экономические преобразования, но и создавать новое правовое поле для новой исторической субстанции, то в отношении других оно требует делегирования полномочий частным корпорациям и опосредованно - государству-лидеру глобализации, то есть США, ослабления национальной государственной власти для облегчения и ускорения международной интеграции. В 90-е годы Россия была одним из самых послушных адептов глобализации, а ее государство двигалось в фарватере флагмана глобализации; однако огромные потери, которые несло население страны, стали угрожать власти и заставили элиту искать более выгодные условия передачи полномочий и делегирования власти и национального богатства. Не только в России произошло такое столкновение интересов, и по миру пронеслись цветные революции, которые имели целью уничтожить или предельно ослабить национальные государства. Однако цена этой революционной волны оказалась слишком велика и, как обычно в истории, начался откат революции и повсеместное становление бонапартистских режимов. Опыт показал, что они не хуже, а лучше революционеров могут служить целям глобализации, но торговля за цену участия обострилась до предела. По силе и отмобилизованности элиты, которую смог сплотить эффективный лидер, Россия оказалась во главе и на пике этого сражения. Но Россия ведет его не против глобализации, а за свое место в ней, и центральным вопросом борьбы стал вопрос о руководстве революции - вопрос не второстепенный, а напротив центральный в каждой революции. и он не предполагает компромиссов.
Ю.Королев. В известном смысле мировые события и внешняя политика все более интериоризируются, ибо то, что еще 50 лет назад считалось только достоянием МИДов, теперь даже формально становится и стало делом внутренней политики: США как признанный лидер глобализованного мирового сообщества более всех затронуты этой динамикой. Не следует их стремление распространить на весь мир свои законы объяснять - только вредоносностью и империалистическими замашками их отдельных политиков, - здесь отражается объективная реальность: если США лидеры, то они не могут не требовать исполнения законов общества, которое их лидерами провозгласило и требует от них исполнения законов этого общества. США как лидер глобализации видит другие страны частью этой системы, а она не может функционировать, если не станет подчиняться единой системе законов. Другое дело, что это лидерское де-факто оспаривается не только другими мировыми лидерами, но и частью американского общества, но не в ключе отказа от глобализации, а в контексте поисков нового и более адекватного лидера. Недаром иногда звучит: нам нужен такой, как Путин, а не как Обама; не исключено, что окажись Путин на месте Обамы, он вел бы себя точно так же. Однако с точки зрения программы, Путин отражает позицию тех, кто требует равенства в решении мировых вопросов. А что это значит в контексте интериоризации? Это означает пропорциональное представительство в мировом правительстве. Которое, естественно, действует в рамках единого правового поля, а иначе действовать не может.
Юрий Королев. Ведь интеграции бывают принципиально разные. Есть технологическая интеграция, когда происходит объединение, вернее, взаимопроникновение производственных процессов, которые влекут за собой такое же явление в смежных сферах сырья, с одной стороны, и реализации продукта, с другой: почти всегда конечный продукт перестает быть конечным, технологические цепи удлинняются во всех направлениях, соединяясь с параллельными, вертикальными, диагональными - всякими, но природно и технологически такими же процессами интеграции, - это и есть глобализация. Понятно, что любой национальный рынок имеет несколько техногических уровней, которые не совместимы в чистых интеграционных технологических процессах, но на практике сосуществуют и взаимодействуцют благодаря специально созданным гражданским общественным структурам, главнейшим из которых до сих пор остается национальное государство. Другой тип экономической интеграции - это межнационая интеграция, когда друг к дургу приспосабливаются многоукладные рынки разных стран. Евросоюз, в отличие от других интеграционных союзов в мире, создавался, пытаясь устоять на этих двух резвых скакунах одновременно - замечательеный исторический опыт. Америка в целом - такой же и в значительной мере уже состоявшийся опыт: но не завершенный, о чем и свидетельстввует острая политическая борьба за власть, развернувшаяся в этой стране. И Европа пришла в такое же положение: об этом говорит брексит, усилеие националььных движений в европейских странах. Россия тоже пример интеграционных процессов, когда глобализации и многослойные рынки сложно взаимодействуют и переплетаются, и технологическим слияниям мешает производственное отставание в других техзвеньях и в других социальных конгломератах.

Ю.Н.Королев. Определенный ренесанс наций на этом этапе интернационализации, который получил название глобализации, взамен использованного в 60-80-е годы термина транснационализации, происходит в новейшее время, как минимум, второй раз: на пороге 90-х и 2000-х он резко проявился, и именно в ответ на него была расшита Югославия и началось бурное наступление Евросоюза и Нато на восток. Инерцию этого наступления, проходившего при позитивной экономической конъюнктуре, попытались использовать, чтобы стабилизировать Ближний Восток, - имелись в виду не только национально ориентированные режимы вроде Египта, Ирака, Сирии, Ирана, но и - Саудовская Аравия, эмираты, Йемен, Ливия, Греция и Турция. Грандиозный успех в России породил эйфористскуие настроения в среде теоретиков и продвигателей интернационализации: Россия подчинилась, Европа объединилась только для того, чтобы слиться в экстазе глобализации, Китай радостно принял брошенную поноску и сломя голову понесся производить расходуемый и вечно потребляемый продукт для глобального мира, - великая Америка радостно ведет всех к светлому будущему. И тут осечка; ищут заговорщиков и рецидивистов, но дело в технологии: закончился запас ресурса глобализации, нужен новый. Но его произвела ранее и продолжает производить система более или менее автономных наций и рынков в конкурентной борьбе, в противоречивой интеграции и в условиях международных торговых соглашений и ограничений. Надо вернуться, чтобы пополнить ресурсы. Конечно же возврат в ту же реку невозможен, ну и не надо, надо только восстановить некоторые наиболее эффективные и производительные черты. Но лидеры глобализации упираются и не хотят принять такую данность; они, как это часто бывает, отдавать власть не хотят, но в этом не только плохое: плодом, ждоставшимся ценой тяжких усилий, больше дорожат. Поэтому процесс перешел к острому политическому кризису, главные проявления которого - политика России, новая политика Китая, возникновение партий и политических сил, полнимающиз лозунгги защиты наций. Такие силы стали очень активными и в США, Европе и Великобритании, чему свидетельство Брекзит. Но это - своевременный и позитивный процесс.
Ю.Н.Королев. Что же все-таки произошло в 1991 году с республиканской Россией, что это за странное окончание некой холодной войны и что реально прячется за этой совершенно непонятной и ничего не объясняющей формулировкой, которую еще и теперь бодрые схоласты стараются поставить в повестку дня, задаваясь вовсе уж идиотским вопросом: чем отличается холодная война 50-80-х годов от холодной войны 2000-х. Ответ тоже дан уже давно, и он так же труден в восприятии, как и первый: как и западная Европа в послевоенные годы, Россия адаптировалась для транснационализации под эгидой США, для этого она должна была отказаться (как Англия от Индии, а Франция от Алжира) от лишних и обременяющих территорий. Обременяли они, конечно, прежде всего лидера транснационализации США, так как затрудняли рыночную математику, состоявшую в том, чтобы определить, какую долю получает Россия в структуре транснационализированного (или глобального) мира. Но и Британия, и Франция стояли насмерть, отстаивая свое добро; у России в тот момент оказались лидеры, которые признали свое поражение раньше, чем их противники (и партнеры), и как в случае с Германией после первой мировой войны и Версальским грабительским миром, с Россией поступили, как с капитулировавшим врагом: обложили запредельной контрибуцией и обрезали территории вопреки геополитическому смыслу. Такие ошибки исторически наказываются войной: отрезать от России Украину - это все равно, что отделить от Англии Шотландию или от Франции - Гасконию. Вот и случилась война на Украине. Оскорбленная страна рождает поколение, осененное радикальной пассионарностью: оно, как в Германии, реагируя на несправедливость, может оказаться готовым совершить несправедливость в свою очередь.
Юрий Королев. Особой нужды в такой референции уже нет, так как население само уже определило порядок и содержание событий: как писал Высоцкий, получены каверзные ответы на незаданные вопросы. Нет никакого резона следовать мифам о прекращении истории России и о начале некой новой истории после прекращения существования СССР. Нет так же никаких сомнений, что СССР возник как единодушный ответ российского населения на развал страны в ходе постреволюционной гражданской войны, и единая и неделимая Россия – был основной лозунг победителей, которые и сформировали СССР, остававшийся по геополитической сущности полным восприемником и продолжением дореволюционной России, свергнувшей монархию. Результатом второй мировой войны, не достигнутым из-за революции в России и Германии в первой мировой войне, стало объединение западной Европы под эгидой США и выделение России в качестве основного врага всего американского мира и продолжавших кокетничать своим суверенитетом Франции и имперским величием Англии. Для завершение этого исторического момента было необходимо развались колониальные империи, прежде всего Англии и Франции, но заодно и Бельгии и Нидерландов, - все эти старые мировые системы управления были очень неповоротливы, а с ростом и осознанием своих интересов населением колоний просто неэффективны и затратны, потоки средств меняли направление и вели к обезвоживанию финансовых рек. Что выгоднее и перспективнее, развивать производство, технологии и торговлю по имперским коммуникациям, то есть внутри метрополий и колоний, и уже затем налаживать интеграцию между этими мировыми геополитическими структурами; или же начать интеграцию высоких технологий, отпустив на волю колонии, интегрировать и объединить вершину мира, а затем продолжить мировой процесс интеграции с позиций новой силы. Был избран второй путь, и решение продиктовали США, причем, не столько силой, сколько деньгами, а главное новыми технологиями и новым типом финансовых коммуникаций, в основу которых лег доллар и совершенно новаторское отношение к кухне обеспечения мировой валюты, в частности, отказ от золотого стандарта: никакого мирового золота не хватило бы на обеспечение доллара как мировой валюты, который печатал американский станок в соответствии с потребностями оборота мировой экономики
Юрий Королев. Определенный ренесанс наций на этом этапе интернационализации, который получил название глобализации, взамен использованного в 60-80-е годы термина транснационализации, происходит в новейшее время, как минимум, второй раз: на пороге 90-х и 2000-х он резко проявился, и именно в ответ на него была расшита Югославия и началось бурное наступление Евросоюза и Нато на восток. Инерцию этого наступления, проходившего при позитивной экономической конъюнктуре, попытались использовать, чтобы стабилизировать Ближний Восток, - имелись в виду не только национально ориентированные режимы вроде Египта, Ирака, Сирии, Ирана, но и - Саудовская Аравия, эмираты, Йемен, Ливия, Греция и Турция. Грандиозный успех в России породил эйфористскуие настроения в среде теоретиков и продвигателей интернационализации: Россия подчинилась, Европа объединилась только для того, чтобы слиться в экстазе глобализации, Китай радостно принял брошенную поноску и сломя голову понесся производить расходуемый и вечно потребляемый продукт для глобального мира, - великая Америка радостно ведет всех к светлому будущему. И тут осечка; ищут заговорщиков и рецидивистов, но дело в технологии: закончился запас ресурса глобализации, нужен новый. Но его произвела ранее и продолжает производить система более или менее автономных наций и рынков в конкурентной борьбе, в противоречивой интеграции и в условиях международных торговых соглашений и ограничений. Надо вернуться, чтобы пополнить ресурсы. Конечно же возврат в ту же реку невозможен, ну и не надо, надо только восстановить некоторые наиболее эффективные и производительные черты. Но лидеры глобализации упираются и не хотят принять такую данность; они, как это часто бывает, отдавать власть не хотят, но в этом не только плохое: плодом, ждоставшимся ценой тяжких усилий, больше дорожат. Поэтому процесс перешел к острому политическому кризису, главные проявления которого - политика России, новая политика Китая, возникновение партий и политических сил, полнимающиз лозунгги защиты наций. Такие силы стали очень активными и в США, Европе и Великобритании, чему свидетельство Брекзит. Но это - своевременный и позитивный процесс.
Юрий Королев. Возвращение Кудрина означает реинтеграцию России в глобализацию под эгидой США, но - без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Кудрин, как и Путин, принадлежит к команде Гайдара, Чубайса, Ельцина, Собчака, которые в революции 1991 года подменили программу демократического движения в России: вместо передачи собственности - людям, они осуществили передачу собственности в руки небольшой группы чиновников и олигархов. Внутреннее столкновение в этой группе, из-за которого Кудрин ушел из правительства, определялось тактикой входа в глобализацию. Кудрин хотел продолжать начатое Гайдаром и Ельциным, интегрируя экономику на уровне капиталов и решений олигархических групп, то есть в союзе и договорах на уровне частных монополий под эгидой США; Путин и отчасти Медведев считали, что этот путь будет успешнее, если его усилить, во-первых, активным вмешательством государства, а, во-вторых, созданием влиятельного интеграционного - евразийского - союза в составе России, Украины, Казахстана и Белоруссии, что поможет слабым и неопытным олигархам России занять более достойное место в система глобализации. Именно эта последняя альтернатива реализовывалась полтора десятилетия и потерпела поражения из-за сопротивления США и ЕС и их разрушительных действий на Украине. Теперь, похоже, все возвращается на круги своя. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой. Ни Путин, ни его группа, включая Кудрина, не могут представить себе в качестве собственника огромное большинство населения - в долях, акциях, коллективно, хотя весь мир давно уже накопил огромный опыт такой теории и практики. Путин не знает, как это сделать; он никогда не решится на такое действие, потому что будет рассматривать его субъективно как предательство своей собственной группы соратников; а он - не предатель. Можно, конечно, попытаться его переубедить, но для этого нужно быть его другом; где такого взять? Разве что Кудрин созрел для этого...
Чего стоит ждать от Кудрина? И элита, и особенно бизнес-элита, и рабочий класс скоро почувствуют, что институты судебной системы, госуправления, образования и здравоохранения неудовлетворительно работают. ЦСР был создан в 1999 году для подготовки предвыборной программы Владимира Путина, впервые избравшегося президентом в 2000 году. Кудрин может заняться вопросами, связанными со стратегией развития после 2018 года и на более отдаленные перспективы, причем не только в руководстве ЦСР, но и в качестве заместителя руководителя экономического совета при президенте (сейчас Кудрин — член президиума совета, который возглавляет Владимир Путин). Алексей Кудрин обещает перестройку


Ю.Н.Королев. Возвращение Кудрина означает реинтеграцию России в глобализацию под эгидой США, но - без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Кудрин, как и Путин, принадлежит к команде Гайдара, Чубайса, Ельцина, Собчака, которые в революции 1991 года подменили программу демократического движения в России: вместо передачи собственности - людям, они осуществили передачу собственности в руки небольшой группы чиновников и олигархов. Внутреннее столкновение в этой группе, из-за которого Кудрин ушел из правительства, определялось тактикой входа в глобализацию. Кудрин хотел продолжать начатое Гайдаром и Ельциным, интегрируя экономику на уровне капиталов и решений олигархических групп, то есть в союзе и договорах на уровне частных монополий под эгидой США; Путин и отчасти Медведев считали, что этот путь будет успешнее, если его усилить, во-первых, активным вмешательством государства, а, во-вторых, созданием влиятельного интеграционного - евразийского - союза в составе России, Украины, Казахстана и Белоруссии, что поможет слабым и неопытным олигархам России занять более достойное место в система глобализации. Именно эта последняя альтернатива реализовывалась полтора десятилетия и потерпела поражения из-за сопротивления США и ЕС и их разрушительных действий на Украине. Теперь, похоже, все возвращается на круги своя. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой. Ни Путин, ни его группа, включая Кудрина, не могут представить себе в качестве собственника огромное большинство населения - в долях, акциях, коллективно, хотя весь мир давно уже накопил огромный опыт такой теории и практики. Путин не знает, как это сделать; он никогда не решится на такое действие, потому что будет рассматривать его субъективно как предательство своей собственной группы соратников; а он - не предатель. Можно, конечно, попытаться его переубедить, но для этого нужно быть его другом; где такого взять? Разве что Кудрин созрел для этого...
Особой нужды в такой референции уже нет, так как население само уже определило порядок и содержание событий: как писал Высоцкий, получены каверзные ответы на незаданные вопросы.
Нет никакого резона следовать мифам о прекращении истории России и о начале некой новой истории после прекращения существования СССР. Нет так же никаких сомнений, что СССР возник как единодушный ответ российского населения на развал страны в ходе постреволюционной гражданской войны, и единая и неделимая Россия – был основной лозунг победителей, которые и сформировали СССР, остававшийся по геополитической сущности полным восприемником и продолжением дореволюционной России, свергнувшей монархию. Результатом второй мировой войны, не достигнутым из-за революции в России и Германии в первой мировой войне, стало объединение западной Европы под эгидой США и выделение России в качестве основного врага всего американского мира и продолжавшей кокетничать своим суверенитетом Франции и имперским величием Англии. Для завершение этого исторического момента было необходимо развались колониальные империи, прежде всего Англии и Франции, но заодно и Бельгии и Нидерландов, - все эти старые мировые системы управления были очень неповоротливы, а с ростом и осознанием своих интересов населением колоний просто неэффективны и затратны, потоки средств меняли направление и вели к обезвоживанию финансовых рек. Что выгоднее и перспективнее, развивать производство, технологии и торговлю по имперским коммуникациям, то есть внутри метрополий и колоний, и уже затем налаживать интеграцию между этими мировыми геополитическими структурами; или же начать интеграцию высоких технологий, отпустив на волю колонии, интегрировать и объединить вершину мира, а затем продолжить мировой процесс интеграции с позиций новой силы. Был избран второй путь, и решение продиктовали США, причем, не столько силой, сколько деньгами, а главное новыми технологиями и новым типом финансовых коммуникаций, в основу которых лег доллар и совершенно новаторское отношение к кухне обеспечения мировой валюты, в частности, отказ от золотого стандарта: никакого мирового золота не хватило бы на обеспечение доллара как мировой валюты, который печатал американский станок в соответствии с потребностями оборота мировой экономики.

Ю.Н.Королев. Одновременно решался второй вопрос: кто станет лидером и менеджером транснационализации как этапа мировой интеграции, - государство или монополии; этот вопрос тоже решился паллиативно: интеграционный транснациональный процесс возглавили мощные частные структуры, базировавшиеся территориально преимущественно в США, охраняемые американским законом и американской силой, как военной, так и финансовой. Был ли российский (советский) проект хоть когда-нибудь реальной альтернативой мирового развития – это один из вопросов, на который каверзный ответ был сформулирован прежде, чем сам вопрос. Не был: советский эксперимент - лишь часть общего опыта использования государства как средства решения внутренних и геополитических проблем развития мировой интеграции; в России в условиях отставания от стран западной Европы был предпринять экстремальный опыт использования государства в этих целях; но иных целей, кроме этих, этот опыт не предполагал и не мог, по своей сути, выйти за рамки исторической альтернативы - этатизм (абсолютизированный государственный капитализм) в рамках общей формации.

Что же все-таки произошло в 1991 году с республиканской Россией, что это за странное окончание некой холодной войны и что реально прячется за этой совершенно непонятной и ничего не объясняющей формулировкой, которую еще и теперь бодрые схоласты стараются поставить в повестку дня, задаваясь вовсе уж идиотским вопросом: чем отличается холодная война 50-80-х годов от холодной войны 2000-х. Ответ тоже дан уже давно, и он так же труден в восприятии, как и первый: как и западная Европа в послевоенные годы, Россия адаптировалась для транснационализации под эгидой США, для этого она должна была отказаться (как Англия от Индии, а Франция от Алжира) от лишних и обременяющих территорий. Обременяли они, конечно, прежде всего лидера транснационализации США, так как затрудняли рыночную математику, состоявшую в том, чтобы определить, какую долю получает Россия в структуре транснационализированного (или глобального) мира. Но и Британия, и Франция стояли насмерть, отстаивая свое добро; у России в тот момент оказались лидеры, которые признали свое поражение раньше, чем их противники (и партнеры), и как в случае с Германией после первой мировой войны и Версальским грабительским миром, с Россией поступили, как с капитулировавшим врагом: обложили запредельной контрибуцией и обрезали территории вопреки геополитическому смыслу. Такие ошибки исторически наказываются войной. Вот и случилась война на Украине. Оскорбленная страна рождает поколение, осененное радикальной пассионарностью: оно, как в Германии, реагируя на несправедливость, может оказаться готовым совершить несправедливость в свою очередь.
Юрий Королев. Вероятностные возможности мобилизационной экономики, проект которой не обязательно носит тоталитарный характер и может представлять собой часть или фракцию структуры, например, уже виден контур мобилизационной схемы финансов, - как мировых, так и региональных и национальных, - и которая не включает высокотехнологичные и захваченные глобализацией сектора, - такие возможности широко обсуждаются в России и вокруг России, и могут стать реальностью для целого ряда стран. И это не чья-то злая воля, а объективная необходимость - в условиях очень сложного переходного состояния мировой экономики, зависшей на тонкой линии перехода от союза и интеграции независимых национальных обществ к глобальной мировой структуре хозяйства и управления. Не исключено, что очередной рывок в наступательной стратегии глобализации потребует от многих стран решиться на одобрение программы мобилизационной экономики - если не по типу сталинской индустриализации, то по крайней мере по примеру рузвельтского антикризисного плана, когда в ходе антитрестовских мер налоги на прибыль порой доходили до 100%,а выживание населения обеспечивалось самоотверженным трудом фермерских семей и джентльменов удачи в малом бизнесе и среднем, спекуляциях и контрабанде. Исторический парадокс, состоящий в том, что полем столкновения проекта глобализации и национального проекта стали США, не случаен, ибо и сегодня экономика США является одной из самых мобилизационных, что обеспечивает чрезвычайно репрессивное - этатистское - налоговое законодательство. Конечно, США - страна либерального предпринимательства, подчеркнем, малого и среднего и, еще раз подчеркнем, не связанного с высокой технологией и военными нуждами, и она может послужить хорошим примером для других экономик в кризисе, но и она сама сегодня находится в весьма конвертационном положении.
Ю.Королев. Последнее десятилетие процесса глобализации несомненно определилось как столкновение национального и интернационального и постепенно получило все более и более конкретное выражение в противостоянии США и России, хотя, конечно, это столкновение ни коим образом не выражает сущности исторического этапа. Как США, так и Россия сами по себе каждый являются полем острой борьбы национального и интернационального. то есть наступательной динамики международной экономической интеграции и поисков ей соответствия в социальной и политической сфере. Переживаемый период заострил всю дискуссию на роли государства в реформах глобализации. Когда исторически выбор пал на государство - США - как на гегемона революции и лидера формирования новой общественной формации, это обусловило двойственную роль государства: с одной стороны, государство США - ведущий актор глобализации, а с другой, государства ведомые в интеграционном процессе глобализации; если государство США укрепляется, чтобы вести не только социально-экономические преобразования, но и создавать новое правовое поле для новой исторической субстанции, то в отношении других оно требует делегирования полномочий частным корпорациям и опосредованно - государству-лидеру глобализации, то есть США, ослабления национальной государственной власти для облегчения и ускорения международной интеграции. В 90-е годы Россия была одним из самых послушных адептов глобализации, а ее государство двигалось в фарватере флагмана глобализации; однако огромные потери, которые несло население страны, стали угрожать власти и заставили элиту искать более выгодные условия передачи полномочий и делегирования власти и национального богатства. Не только в России произошло такое столкновение интересов, и по миру пронеслись цветные революции, которые имели целью уничтожить или предельно ослабить национальные государства. Однако цена этой революционной волны оказалась слишком велика и, как обычно в истории, начался откат революции и повсеместное становление бонапартистских режимов. Опыт показал, что они не хуже, а лучше революционеров могут служить целям глобализации, но торговля за цену участия обострилась до предела. По силе и отмобилизованности элиты, которую смог сплотить эффективный лидер, Россия оказалась во главе и на пике этого сражения. Но Россия ведет его не против глобализации, а за свое место в ней, и центральным вопросом борьбы стал вопрос о руководстве революции - вопрос не второстепенный, а напротив центральный в каждой революции. и он не предполагает компромиссов.
Ю.Королев. В известном смысле мировые события и внешняя политика все более интериоризируются, ибо то, что еще 50 лет назад считалось только достоянием МИДов, теперь даже формально становится и стало делом внутренней политики: США как признанный лидер глобализованного мирового сообщества более всех затронуты этой динамикой. Не следует их стремление распространить на весь мир свои законы объяснять - только вредоносностью и империалистическими замашками их отдельных политиков, - здесь отражается объективная реальность: если США лидеры, то они не могут не требовать исполнения законов общества, которое их лидерами провозгласило и требует от них исполнения законов этого общества. США как лидер глобализации видит другие страны частью этой системы, а она не может функционировать, если не станет подчиняться единой системе законов. Другое дело, что это лидерское де-факто оспаривается не только другими мировыми лидерами, но и частью американского общества, но не в ключе отказа от глобализации, а в контексте поисков нового и более адекватного лидера. Недаром иногда звучит: нам нужен такой, как Путин, а не как Обама; не исключено, что окажись Путин на месте Обамы, он вел бы себя точно так же. Однако с точки зрения программы, Путин отражает позицию тех, кто требует равенства в решении мировых вопросов. А что это значит в контексте интериоризации? Это означает пропорциональное представительство в мировом правительстве. Которое, естественно, действует в рамках единого правового поля, а иначе действовать не может.
Кто бы сомневался... Хватило лишь нескольких телефонных звонков из американского Минфина в крупные банки Уолл-Стрит, вроде City Group или Goldman Sachs, чтобы те отказались одалживать деньги российскому правительству. Запрет на подобные займы не входит в список антироссийских санкций, принятых Вашингтоном, но американские власти всё же не позволили своим банкам предоставить России деньги. Впоследствии Москва направила соответствующий запрос в европейские банки, однако те также не стали одалживать деньги российской стороне, рассудив, что с первой в финансовом плане державой мира лучше не ссориться. России пришлось довольствоваться китайскими банками, однако те имеют гораздо более ограниченный доступ к международным рынкам капиталов, и поэтому финансовая операция Москвы станет гораздо рискованнее. Вся эта ситуация хорошо демонстрирует, что конфликт между великими державами разворачивается не только в военном плане, но и в других – в частности, в интернете и на финансовых рынках, а именно в этих двух областях господствуют США, оставаясь поистине лидером, о чем они только что и напомнили Владимиру Путину в резкой манере. Уолл-Стрит по сути дает Вашингтону возможность задушить такую страну, как Россия.

Юрий Королев. Исторический парадокс, состоящий в том, что полем столкновения проекта глобализации и национального проекта стали США, не случаен, ибо и сегодня экономика США является одной из самых мобилизационных, что обеспечивает чрезвычайно репрессивное - этатистское - налоговое законодательство. Конечно, США - страна либерального предпринимательства, подчеркнем, малого и среднего и, еще раз подчеркнем, не связанного с высокой технологией и военными нуждами, и она может послужить хорошим примером для других экономик в кризисе, но и она сама сегодня находится в весьма конвертационном положении. Вероятностные возможности мобилизационной экономики, проект которой не обязательно носит тоталитарный характер и может представлять собой часть или фракцию структуры, например, уже виден контур мобилизационной схемы финансов, - как мировых, так и региональных и национальных, - и которая не включает высокотехнологичные и захваченные глобализацией сектора, - такие возможности широко обсуждаются в России и вокруг России, и могут стать реальностью для целого ряда стран. И это не чья-то злая воля, а объективная необходимость - в условиях очень сложного переходного состояния мировой экономики, зависшей на тонкой линии перехода от союза и интеграции независимых национальных обществ к глобальной мировой структуре хозяйства и управления. Не исключено, что очередной рывок в наступательной стратегии глобализации потребует от многих стран решиться на одобрение программы мобилизационной экономики - если не по типу сталинской индустриализации, то по крайней мере по примеру рузвельтского антикризисного плана, когда в ходе антитрестовских мер налоги на прибыль порой доходили до 100%, а выживание населения обеспечивалось самоотверженным трудом фермерских семей и джентльменов удачи в малом бизнесе и среднем, спекуляциях и контрабанде. Исторический парадокс, состоящий в том, что полем столкновения проекта глобализации и национального проекта стали США, не случаен, ибо и сегодня экономика США является одной из самых мобилизационных, что обеспечивает чрезвычайно репрессивное - этатистское - налоговое законодательство. Конечно, США - страна либерального предпринимательства, подчеркнем, малого и среднего и, еще раз подчеркнем, не связанного с высокой технологией и военными нуждами, и она может послужить хорошим примером для других экономик в кризисе, но и она сама сегодня находится в весьма конвертационном положении.

Королев Ю. В чем особая пикантность нарастающего внутреннего столкновения в США между глобалистами и партией Америки? В том прежде всего, что глобалисты исторически происходят не из международного интеграционного движения, а именно из партии Америки, которая не на Америку проецирует глобалистские потребности и устремления, а, напротив, - американские интересы распространяет, навязывает и интернационализирует. Однако этот процесс зашел так далеко, что глобалистское руководство США на практике дискриминирует большую и все большую часть американского общества, а именно ту, которая с большинством стран и населения мира отстала от авангарда технологической революции, практикует реальную экономику и не понимает, зачем ей все эти сирии и украины. Оторвавшиеся глобалисты оказались перед альтернативой - двигать вперед глобализацию, объединившись с ее золотой верхушкой или ждать, пока их догонят отставшие, и тогда на хорошей базе возобновить глобализацию. Но ждать, оставаясь у власти, невозможно, эту власть есть кому оспорить, ее оспаривают и, наверняка, отнимут: встает традиционный и пресловутый вопрос о власти и о том, как не хочется ее отдавать. Противоречия уже напряглись, скрутившись в тугую спираль, укрылись в традиционную форму международных отношений, анонсировали лидеров не истинных, а сфальсифицированных программ и проектов, спекулятивных течений, клановых нужд и получили очень опасный импульс, когда власть предержащим кажется, что лучше всего и проще всего взмахнуть Александровым кинжалом. Желание повоевать все чаще воплощается на практике в военных авантюрах - в Югославии, Ираке, Ливии, Сирии, Афганистане, на Украине, и Бог знает, где еще.

Ю.Королев. Последнее десятилетие процесса глобализации несомненно определилось как столкновение национального и интернационального и постепенно получило все более и более конкретное выражение в противостоянии США и России, хотя, конечно, это столкновение ни коим образом не выражает сущности исторического этапа. Как США, так и Россия сами по себе каждый являются полем острой борьбы национального и интернационального. то есть наступательной динамики международной экономической интеграции и поисков ей соответствия в социальной и политической сфере. Переживаемый период заострил всю дискуссию на роли государства в реформах глобализации. Когда исторически выбор пал на государство - США - как на гегемона революции и лидера формирования новой общественной формации, это обусловило двойственную роль государства: с одной стороны, государство США - ведущий актор глобализации, а с другой, государства ведомые в интеграционном процессе глобализации; если государство США укрепляется, чтобы вести не только социально-экономические преобразования, но и создавать новое правовое поле для новой исторической субстанции, то в отношении других оно требует делегирования полномочий частным корпорациям и опосредованно - государству-лидеру глобализации, то есть США, ослабления национальной государственной власти для облегчения и ускорения международной интеграции. В 90-е годы Россия была одним из самых послушных адептов глобализации, а ее государство двигалось в фарватере флагмана глобализации; однако огромные потери, которые несло население страны, стали угрожать власти и заставили элиту искать более выгодные условия передачи полномочий и делегирования власти и национального богатства. Не только в России произошло такое столкновение интересов, и по миру пронеслись цветные революции, которые имели целью уничтожить или предельно ослабить национальные государства. Однако цена этой революционной волны оказалась слишком велика и, как обычно в истории, начался откат революции и повсеместное становление бонапартистских режимов. Опыт показал, что они не хуже, а лучше революционеров могут служить целям глобализации, но торговля за цену участия обострилась до предела. По силе и отмобилизованности элиты, которую смог сплотить эффективный лидер, Россия оказалась во главе и на пике этого сражения. Но Россия ведет его не против глобализации, а за свое место в ней, и центральным вопросом борьбы стал вопрос о руководстве революции - вопрос не второстепенный, а напротив центральный в каждой революции. и он не предполагает компромиссов.
Ю.Королев. В известном смысле мировые события и внешняя политика все более интериоризируются, ибо то, что еще 50 лет назад считалось только достоянием МИДов, теперь даже формально становится и стало делом внутренней политики: США как признанный лидер глобализованного мирового сообщества более всех затронуты этой динамикой. Не следует их стремление распространить на весь мир свои законы объяснять - только вредоносностью и империалистическими замашками их отдельных политиков, - здесь отражается объективная реальность: если США лидеры, то они не могут не требовать исполнения законов общества, которое их лидерами провозгласило и требует от них исполнения законов этого общества. США как лидер глобализации видит другие страны частью этой системы, а она не может функционировать, если не станет подчиняться единой системе законов. Другое дело, что это лидерское де-факто оспаривается не только другими мировыми лидерами, но и частью американского общества, но не в ключе отказа от глобализации, а в контексте поисков нового и более адекватного лидера. Недаром иногда звучит: нам нужен такой, как Путин, а не как Обама; не исключено, что окажись Путин на месте Обамы, он вел бы себя точно так же. Однако с точки зрения программы, Путин отражает позицию тех, кто требует равенства в решении мировых вопросов. А что это значит в контексте интериоризации? Это означает пропорциональное представительство в мировом правительстве. Которое, естественно, действует в рамках единого правового поля, а иначе действовать не может.

Юрий Королев. Я думаю, Трамп никогда не сомневался в прочности своего трона, если не сам манипулировал и продолжает манипулировать этим американским псевдополитическим шоу. Во всяком случае, в том столкновении сил в Америке, где президент невиданно и немыслимо противостоит средвам массовой информации, - но не только! - и которое заворожило весь мир острым сюжетом, никто не понимает и не объясняет, почему это происходит и что собственно происходит. На этом историческом этапе сфокусировался узел накопленных противоречий общественного развития: вмешалась диалектика и история, и переплетение феерическое. Но все-таки принципиально разобраться можно: наиболее острым столкновение стало в Америке при Трампе и в России при Путине, - что особенно интересно, содержательные составляющие в этих странах разные и проекты выхода из столкновения также сильно различаются. В Америке только об этом и говорят, а в России только об этом молчат. В целом это конфликт субсидиарного государства с гражданским обществом. И вот тут-то следует вспомнить и разобраться, что такое субсидиарное государство и что такое гражданское общество, как они формируются, что представляют собой на современном этапе и как конфликтуют и взаимодействуют. И то, и другое в США и в России исторически и социально, что определено экономической базой, существенно различны. Трамп удержался; он в этом не сомневается, не он ли продюссер и режиссер этого шоу. Путин в этом отношении вряд ли ему сильно уступает, правда, поле боя у него иное и позиция тоже другая.

Изначально, по Божьему промыслу, государство субсидиарно, то есть носит подчиненный, управляемый и целевой характер, ибо создано группой сюзеренов для интересов общей безопасности, - ни для чего больше. Как водится, любая ячейка жизни, раз возникнув, далее следует своим путем и своей логикой, опираясь на главный принцип: сохранение и воспроизводство вида; так и государство: ему понадобились взносы на содержание границ и войска, на дороги, на защиту имущества, поселян, на дворцы и дворы, на искусство и монетный дворы и, вот, пожалуйте на прием к абсолютному монарху: Государство - это я! Обратная сторона и особенность абсолютного государства - самодержавия в том, что оно декларативно обеспечивает безопасность не только князей, но и всего населения; отсюда проистекает социальная политика государства, которое должно обеспечить подданным, а затем гражданам жилье, пищу, здоровье, образование, права, то есть защиту против преступников; и тут возникает идея свободы в применении к государству, когда государство убеждает поселянина: это я тебе все дал! а поселянин убежден: это мое, я тебе делегировал, чтобы ты правильно распорядился, а ты все присвоил, у меня все отнял, отдай! Сложились два крайних мнения, которые столкнулись сначала в сократовских беседах, а в новое время - на парижских площадях и затем много раз в символических Бастилиях. То есть сложилась историческая практика: некое государство доходило в логическом пути развития до крайности, достигая абсолютистской формы (во всяком случпе, до такой степени, что его не желали терпеть), и - свергалось. Вопрос: кем и как? И ответ следует из предварительных рассуждений и вряд ли будет кем-либо оспариваться: гражданским обществом, и возьмите любое современное политическое течение или движение и оно со мной согласится; другое дело, что оно под термином гражданское общество будет подразумевать свое понимание этого термина. Так что же такое гражданское общество?

Юрий Королев. В том столкновении сил в Америке, где президент невиданно и немыслимо противостоит средвам массовой информации, - но не только! - и которое заворожило весь мир острым сюжетом, никто не понимает и не объясняет, почему это происходит и что собственно происходит. На этом историческом этапе сфокусировался узел накопленных противоречий общественного развития: вмешалась диалектика и история, и переплетение феерическое. Но все-таки принципиально разобраться можно: наиболее острым столкновение стало в Америке при Трампе и в России при Путине, - что особенно интересно, содержательные составляющие в этих странах разные и проекты выхода из столкновения также сильно различаются. В Америке только об этом и говорят, а в России только об этом молчат. В целом это конфликт субсидиарного государства с гражданским обществом. И вот тут-то следует вспомнить и разобраться, что такое субсидиарное государство и что такое гражданское общество, как они формируются, что представляют собой на современном этапе и как конфликтуют. И то, и другое в США и в России исторически и социально, что определено экономической базой, существенно различны.
Юрий Королев. Запад, Америка и Трамп никак не отреагировали на сенсационно заявленную Китаем претензию на лидерство в глобализации; вообще - ни звука, и почему? Потому что Китая пока не может всерьез конкурировать с Америкой за лидерское место и разумно претендует на позицию рядом; и Си заострил стрелу вовсе не в сторону Трампа и Америки, а в сторону Путина и России. Он счел, что самое время заявить, что вовсе не Россия - претендент на второе место после США и не она станет зачищать свободные места и площадки глобализации накануне нового рывка технологического наступления и не она - инвестор новых глобокоммуникаций вроде Шелкового пути; но именно Китай прекрасно понимает пути неоглоболизации и новые пути и каналы интернационализации - глобо и космопортацию. Слабым утешением явилось почтение, проявленное к Путину на китайском Шелковом форуме, но ведь одновременно оно и свидетельствовало: твое место - второе, почетное, но после Китая; и Путин смолчал; а что было делать? Путин вновь продемонстрировал, что умеет держать удар...

Юрий Королев. Решись Китай волюнтаристски и агрессивно выйти из мировой структуры доллара, обеспечивающей и обслуживающий глобализацию как современный этап интернационализации, он бы, наверное, нанес серьезный удар по американскому лидерству. Но дело в том, что Китай именно в этой структуре и логике смог добиться огромных успехов и более того стал реальным претендентом на лидерство вместе с Америкой. Зачем же, помилуйте, ему пилить сук под собой? И поэтому было вполне естественным, когда Си, выступая на Мировом экономическом форуме заявил о претензии Китая на лидерство в глобализации и принимаемых им на себя обязательствах и гарантиях в этом процессе. И Трамп соглашается на роль Китая в качестве второго пилота глобализации, о чем весьма громогласно и публично заявил, оповестив Си о уже нанесенном ракетном ударе по Сирии во время пресловутого ланча. Китай стерпел, потому что ничего другого не оставалось, да и утешение было неплохое: Трамп признал Китай своим исключительным партнером. На самом деле Китай ждет испытание с другой стороны: глобализация как исторический этап интернационализации завершен, идет зачистка и сроку ей 5-10 лет, и что потом? Новый этап интернациональной интеграции уже идет, заметно и незаметно вытесняя так называемую глобализацию, Трамп во всеуслышание объявил его и назвал некоторые его черты; но окончательно имя ему еще не присвоено, хоть суть его известна: это титаническая модернизация всемирной инфраструктуры, включающей все виды поставок и перемещений людей, грузов, энергии, идей

Юрий Королев. Цель определилась и ясна всем реальным менеджерам; теперь важно получить контракт. Обострившаяся конкурентная борьба по всей Европе и в Америке затуманены дымкой национально-патриотических ностальгий, которые на самом деле присутствуют в виде флера околобогемных воскурений и не более, тогда как на самом деле речь идет о строительстве адекватного политического механизма, способного обеспечить нужды управления общества на новом этапе его развития - неоглобализации, или космо и глобопортации, связанной прежде всего с задачами обеспечения новых отношений на уровне и уровнях инфраструктур. Какими станут политические системы? Скорее всего это будет процесс довольно длительного развития и становления, из которого родится и некое подобие или некоторые аналоги известных нам сегодня форм демократии большинства и демократии консенсуса, хотя и спрос на автократию довольно чувствителен. Во всяком случае уже очевидно, что приход к власти в любой стране любой разновидности национально-патриотических сил ни в коем случае не означает для России открытия новых и благоприятных перспектив; прежде всего потому что во всей этой битве речь не идет о России, и она не является ставкой в игре. Ставки иные и - в другом месте. Россия при наличии умного правительства сама способна с хорошими шансами бороться за достойный приз в соревновании, ибо не только она, но и почти все другие страны мира, включая Америку, сильно не успели за технологической революцией, и раньше, как казалось, Путин видел эти лучики света, но теперь все больше сомнений в том, что он сохраняет эту способность.
Юрий Королев. Пуля - дура, штык - молодец: держи пулю в дуле... Революция - жестокая вещь, и научно-техническая революция - более других... Проблема Трампа, конечно, не в России, проблема его в том, что он поставил вопрос о переделе того мира, раздел которого в основном успешно завершил Обама за свои восемь лет. На стороне Обамы все, кто выиграл от этого процесса, и даже те, в интересах которых номинально выступает Трамп, утверждая, что им полагается больше, чем они получили. С президентом Трампом Маск ходит по лезвию. Его компании рассчитывают на американское правительство в вопросах бизнеса и субсидий, вне зависимости от того, кто стоит у руля, Марк Аврелий или Калигула. Компании Маска примкнули к консультативному заключению против указа Трампа относительно иммиграции и беженцев, Маск также сам написал твит, выступая против указа. В то же время, в отличие от Трэвиса Каланика (Travis Kalanick) из Uber, Маск значится членом Стратегического и политического форума Трампа. Это очень похоже на Илона, — говорит Эшли Вэнс. Он будет делать то, что ему надо, вне зависимости от того, что этим кто-то недоволен. Он также добавил, что Маск может быть оппортунистом при необходимости.

Юрий Королев. Удар по Сирии не может надолго стабилизировать положение Трампа. Его противники не потому на него насели, что он желает установить прочные отношения с Путиным; вообще и Сирия, и Россия здесь совершенно не при чем. Противники Трампа внутри Америки борются против его американского курса: Обама делал вид, что станет бомбить Дамаск и отказывался от этой затеи, грозил вооружить смертоносным оружием Киев и отказывался от этой мысли, etcetera etcetera, и никому в голову не приходило заикнуться об импичменте; Обама позволил себе почти социал-демократический эксперимент в здравоохранении и налогообложении, и его критиковали, но некоторые крупнейшие бизнесмены били себя в грудь и говорили: возьмите с нас больше налогов. После казуса Каддафи, где Обама признал своей единственной серьезной ошибкой, он больше оплошностей, даже мелких, не совершил; и этого замечательного государственного мужа и человека, очень достойно доказавшего своими поступками прозорливость Нобелевского комитета, в американских СМИ называли слабаком, почти трусом и недотепой, а некоторые выражали пожелание, чтобы его заменили на Путина. Я неоднократно (см. например, риа-арбитръ 28 марта) опровергал это мнение и готов вновь повторить: Обама был и остается выдающимся политическим деятелем Америки и мира. Это не самое главное, но упомянем из человеколюбия в первую очередь: он избежал крупных военных столкновений, хотя жизнь втягивала его в них с почти неодолимой силой; Трамп сразу вляпался. Расчетливость и осторожность не относятся к сфере мудрости, хотя и свойственно ей и сопровождают ее. Мудр же Обама потому, что смог на протяжении всех восьми лет отделять главное от второстепенного и следовать неуклонно главному. Трамп пока только декларирует, что Америка первая и превыше всего, Обама доказал всей своей деятельностью, что для него - это так. Обама упорно и неотступно строил всемирную империю под великодержавной эгидой Америки и далеко продвинулся к своей цели. При нем выросла ее экономическая мощь, были созданы самые могущественные механизмы и узлы управления миром; он создал и определил иерархию своей империи, установив в ней место США, Китая, Евросоюза и наметив штрихами позиции других силовых составляющих: России, Индии, Ближнего Востока и Средиземноморья, Японии.
Ю.Королев. Развитие ситуации полностью подтверждает, что Трамп - продолжатель политики и концептуальный восприемник Обамы. Нет ни одной принципиальной позиции, в которой Трамп конкретными действиями определил бы отличное от прежнего президента направление. Он скорее всего сторонник радикализации этой политики. В международной политике, - если таковая еще существует, - Трамп пытается развести между собой Россию, Китай и Иран, но то же самое делал и Обама. На Ближнем Востоке он допускает некоторое согласование действий с Россией, Сирией и Ираном, но это, опять же, то самое, что было при Обаме, ибо это именно Обама молча согласился с участием России в боевых действиях в Сирии. Даже в миграционной политике его действия не меняют суть прежнего направления, а лишь призваны способствовать мобилизации дискуссий, росту новых средств безопасности, возможному обострению протестный выступлений, - что повидимому может вести к юридической ясности в Америке и превентивной подготовке к возможным неприятностям типа того, что происходило в Европе. Совершенно не чувствуется, чтобы Трамп глубоко понимал суть миграционных процессов с точки зрения демографических проблем, вопросов занятости, социальных сдвигов, будущего электората и гражданского общества. Нигде в репликах Трампа не видно интереса и понимания глубин этих вопросов и явлений.
Ю.Королев. Вопросы, по которым в американском обществе скорее всего возможен консенсус и решения которых сможет добиться Трамп, связаны с международным разделением ответственности, труда, торговли и связанных с этими направлениями соглашений, которые хочется назвать контрактами, как это происходит в бизнес-деятельности. Америка делегирует Трампу требование добиться самых выгодных для нее условий в этих контрактах, и Трамп это может. Здесь его переговорщиками станут Китай, Германия, Великобритания, Япония, Иран, Россия. Он хотел бы видеть Европу более консолидированной и, кажется, считает, что для консолидации ей следует изменить конструкцию ЕС. Поэтому Трамп приветствовал брекзит. Баланс здесь очень тонкий, надо поистине пройти по лезвию бритвы, и американских интеллектуалов глубоко возмущают неосторожные повороты слона в посудной лавке, каким предстал Трамп в первые дни своего президентства. Когда же Трамп осознал, что он поторопился, настают уже деловые времена, в которых смягчение отношений с Россией - реально. И, я бы даже сказал, - неизбежно. Ближний Восток здесь будет почти не при чем, сколько не говорили бы о перспективном союзе России и США в борьбе против террористов, - находятся на самом деле далеко на заднем плане, это только переменчивый фон событий. Политическая микрохирургия - вот что ждет мир, и надо бы, чтобы в России нашлись компетентные члены мировой команды.
Удар по Сирии не может надолго стабилизировать положение Трампа. Его противники не потому на него насели, что он желает установить прочные отношения с Путиным; вообще и Сирия, и Россия здесь совершенно не при чем. Противники Трампа внутри Америки борются против его американского курса: Обама делал вид, что станет бомбить Дамаск и отказывался от этой затеи, грозил вооружить смертоносным оружием Киев и отказывался от этой мысли, etcetera etcetera, и никому в голову не приходило заикнуться об импичменте; Обама позволил себе почти социал-демократический эксперимент в здравоохранении и налогообложении, и его критиковали, но некоторые крупнейшие бизнесмены били себя в грудь и говорили: возьмите с нас больше налогов. После казуса Каддафи, где Обама признал своей единственной серьезной ошибкой, он больше оплошностей, даже мелких, не совершил; и этого замечательного государственного мужа и человека, очень достойно доказавшего своими поступками прозорливость Нобелевского комитета, в американских СМИ обзывали слабаком, почти трусом и недотепой. Я неоднократно опровергал это мнение и готов вновь повторить: Обама был и остается выдающимся политическим деятелем Америки и мира. Это не самое главное, но упомянем из человеколюбия в первую очередь: он избежал крупных военных столкновений, хотя жизнь втягивала его в них с почти неодолимой силой; Трамп сразу вляпался. Расчетливость и осторожность не относятся к сфере мудрости, хотя и свойственно ей и сопровождают ее. Мудр же Обама потому, что смог на протяжении всех восьми лет отделять главное от второстепенного и следовать неуклонно главному. Трамп пока только декларирует, что Америка первая и превыше всего, Обама доказал всей своей деятельностью, что для него - это так. Обама упорно и неотступно строил всемирную империю под великодержавной эгидой Америки и далеко продвинулся к своей цели. При нем выросла ее экономическая мощь, были созданы самые могущественные механизмы и узлы управления миром; он создал и определил иерархию своей империи, установив в ней место США, Китая, Евросоюза и наметив штрихами позиции других силовых составляющих: России, Индии, Ближнего Востока и Средиземноморья, Японии.
Юрий Королев. Перегруппировка Америки, обладающей попрежнему огромным потенциалом, и в случае если ее элита докажет свою интеллектуальную состоятельность, ведет к тому, что лидерство Америки может быть подтверждено и установиться на несколько десятков лет, чтобы снова быть поставленным под вопрос. Скорее всего, так и будет, - слишком затратно менять модель, если ее потенциал еще до конца не исчерпан. Однако несомненно, что сегодня мир находится перед стратегическим выбором, речь не идет только о новой матрице интернационализации, - заколебалось все. Такие признаки скорее всего свидетельствуют о востребовании глобальной реструктуризации, а не о простой смене лидера в результате количественных изменений и подвижек. Видимо, речь идет о смене модели, и вместо одного мощного руководителя-государства, как США, придет не Китай, ЕС или Россия, а принципиально иной механизм, который представлял бы действительные движущие силы интернационализации, то есть технологии, безопасность, представительность, воспроизводство. Очевидно, что эти силы уже не представляют национальные государства, хотя они суть наилучшие механизмы регулирования общественных отношений из всего, что было изобретено цивилизацией. Государства очевидно переходят в субсидиарные позиции, но это не отнимает, а скорее подтверждает надежды, что именно национальное и интеграционное государство снова призвано сыграть важнейшую роль на этапе формирования нового мирового порядка, - вероятно, поэтому оно снова так очевидно востребовано. И не исключено, что, скажем, ООН, основанная на союзе национальных государств, станет одним из источников формирования нового мирового лидера на представительской основе.

Юрий Королев. Владимир Путин согласился, что надо сдать, что плохо лежит, - с обозами от погони не оторвешься. НАТО вшестеро обгоняет Россию по населению, вдесятеро — по оборонным расходам, примерно в 20 раз — по ВВП, и с 1989 года придвинула свою передовую линию на 500 миль ближе к Москве. Есть ли альтернатива? Стратегически - нет, потому что первое: отсутствуют ресурсы для победы; второе: нет надежды на появление важных союзников и третье: нет оснований надеяться на развал или ослабление противника. Но тактически - борьба может быть долгой и изматывающей; победы и поражения могут чередоваться; кто быстрее научится мобилизовывать людей, деньги и средства, чтобы они в каждом частном сражении вдвое (вдесятеро) превышали силу противника, тот и будет чаще побеждать; количество может перерасти в качество, это зависит от силы духа - Россия переживает период неизбывной пассионарности.
Юрий Королев. Принципиально различаются два типа экономической интеграции, определяющей процесс интернационализации: 1.базирующийся на едином и практически одном-двух уровнях технологии; и 2. мноукладный, в основе которого интеграция двух или более технологически многослойных национальных рынков. Технологическая интеграция осуществляет объединение, вернее, взаимопроникновение производственных процессов, которые влекут за собой такое же явление в смежных сферах сырья, с одной стороны, и реализации продукта, с другой: почти всегда конечный продукт перестает быть конечным, технологические цепи удлинняются во всех направлениях, соединяясь с параллельными, вертикальными, диагональными - всякими, но природно и технологически такими же процессами интеграции, - это и есть глобализация. Понятно, что любой национальный рынок имеет несколько техногических уровней, которые не совместимы в чистых интеграционных технологических процессах, но на практике сосуществуют и взаимодействуцют благодаря специально созданным гражданским общественным структурам, главнейшим из которых до сих пор остается национальное государство. Другой тип экономической интеграции - это межнационая интеграция, когда друг к другу приспосабливаются многоукладные рынки разных стран. Евросоюз пытался и пытается устоять на этих двух резвых скакунах одновременно - замечательеный исторический опыт, но он все более приобретает межнациональный характер из-за решения принимать в союз после крушения СССР страны, технологически не готовые к глобализации. Америка в целом - похожий и в значительной мере уже состоявшийся опыт: но не завершенный, о чем и свидетельстввует острая политическая борьба за власть, развернувшаяся в этой стране. Стремлении Европы усидеть на двух стульях привело к росту противоречий: об этом говорит брексит, усилеие националььных движений в европейских странах. Россия тоже пример интеграционных процессов, когда глобализации и многослойные рынки сложно взаимодействуют и переплетаются, и технологическим слияниям мешает производственное отставание в других техзвеньях и в других социальных конгломератах. И здесь особенно сильна регулирующая роль государства.

Юрий Королев. Мифам вопреки, элиты всегда действовали не в авангарде, не пророками, а вслед - лишь слабыми и неверными интерпретаторами истории, жалкими последышами героических действий отдельных человеков, их групп и племен, - пассионарных могучих толп.Но общим обычаем стало требовать от мудрецов, философов и элиты в целом - предвещать, предсказывать, разъяснять, конструировать и вычерчивать маршрутные карты истории, сколько мы не обжигались на гитлерах. Конечно, мы изобрели компьютеры, матрицы, интернет и составляем программы. Но значит ли это, что опровергнут единственный доподлинно известный нам закон развития или, вернее, движения человечества - сначала подвиг, потом страшный опыт и лишь за ними - понимание того, что свершилось, осмысление его и утрамбовка этого, вновь, конечно же, ограниченно и потому неверно понятого кусочка опыта в структуру мозаичной картины, которую мы называем историческим прогрессом. В тысячный раз цивилизация столкнулась с ускорением на порядок извечного процесса переселенмя народов, надо обустроить и прокормить новых людей и никто не знает, как это сделать. Переселение народов происходило постоянно, то быстрее, то медленнее, в зависимости от нескольких факторов, из них важнейшими являются: разница достигнутых потенциалов комфортности и разрыв между накопленными богатствами; возникновение экстремальных или катастрофических условий в одном из районов; ослабление сопротивляемости и обороноспособности комфортной зоны; формирование агрессивности и мобилизационной способности в дискомфортной зоне. Мировой кризис - это прежде всего дисбаланс потенциалов.

Юрий Королев. Именно реально сложившаяся ситуация определяла бег времен и общественных формаций, - и так во все времена. В прежние века и тысячелетия, - во всяком случае известные нам, - философы вдогонку все объясняли и несомненно кроили и резали историю в рамках своих представлений, и вовсе не из корысти или подхолимства, самый честный и непримиримый все равно не мог прыгнуть выше своей крыши. В этом смысле ни элита в целом, ни одна из ее частей, не могли идти впереди человечества, - лишь вслед за ним и его опытом, тяжко разукрашивавшем его шкуру. Когда между элитами разрозненного человечества связи не было или она осуществлялась с большими задержками и отставанием, легко было валить на дикость племен или несостоятельность императоров. Но уже, по меньшей мере с Восемнадцатого века шансов у чингисханов не осталось, они не могли возникнуть ниоткуда и поразить быстрой конницей или дальнобойным луком им неведомого еще вчера противника. Почти все на свете стало известно, и все философы провозгласили целью всех элит благо человечества. И что же? Были и Робеспьер, и Наполеон, и Гитлер, и Мао, и Сталин, и я уж не говорю о сотнях, а, может быть, тысячах помельче. И все они старались во благо человечества.

Юрий Королев. Вопреки распространенным мифам, элиты всегда действовали не в авангарде, не пророками, а вслед - лишь слабыми и неверными интерпретаторами истории, жалкими последышами героических действий отдельных человеков, их групп и племен, - пассионарных могучих толп.Но общим обычаем стало требовать от мудрецов, философов и элиты в целом - предвещать, предсказывать, разъяснять, конструировать и вычерчивать маршрутные карты истории, сколько мы не обжигались на гитлерах. Конечно, мы изобрели компьютеры, матрицы, интернет и составляем программы. Но значит ли это, что опровергнут единственный доподлинно известный нам закон развития или, вернее, движения человечества - сначала подвиг, потом страшный опыт и лишь за ними - понимание того, что свершилось, осмысление его и утрамбовка этого, вновь, конечно же, ограниченно и потому неверно понятого кусочка опыта в структуру мозаичной картины, которую мы называем историческим прогрессом.
Юрий Королев. Ничего трагического ни для Америки, ни для мира в том, что руководство мировым процессом США ставится сейчас под вопрос, не имеется. Такой вызов может привести к перегруппировке Америки, обладающей попрежнему огромным потенциалом, и в случае если ее элита докажет свою интеллектуальную состоятельность, лидерство Америки может быть подтверждено и установиться на несколько десятков лет, чтобы снова быть поставленным под вопрос. Скорее всего, так и будет, - слишком затратно менять модель, если ее потенциал еще до конца не исчерпан. Однако несомненно, что сегодня мир находится перед стратегическим выбором, речь не идет только о новой матрице интернационализации, - заколебалось все. Такие признаки скорее всего свидетельствуют о востребовании глобальной реструктуризации, а не о простой смене лидера в результате количественных изменений и подвижек. Видимо, речь идет о смене модели, и вместо одного мощного руководителя-государства, как США, придет не Китай, ЕС или Россия, а принципиально иной механизм, который представлял бы действительные движущие силы интернационализации, то есть технологии, безопасность, представительность, воспроизводство. Очевидно, что эти силы уже не представляют национальные государства, хотя они суть наилучшие механизмы регулирования общественных отношений из всего, что было изобретено цивилизацией. Государства очевидно переходят в субсидиарные позиции, но это не отнимает, а скорее подтверждает надежды, что именно национальное и интеграционное государство снова призвано сыграть важнейшую роль на этапе формирования нового мирового порядка, - вероятно, поэтому оно снова так очевидно востребовано. И не исключено, что, скажем, ООН, основанная на союзе национальных государств, станет одним из источников формирования нового мирового лидера на представительской основе.
Юрий Королев. В мировом процессе интернационализации - не только экономики - возникли две проблемы: первая - у США сокращается относительная доля мирового богатства и материальный ресурс; второе, и самое главное, элита лидера не находит эфффективной формулы для следующего этапа - постглобализации. Был выбор: присоединить Евросоюз или Россию, в обоих случаях теоретически видно было, что узел развязывается. Казалось, что если удастся с ЕС, Россия сама упадет в ладони; а если поставить на первое место Россию, это не гарантирует присоединение Европы. Однако попытки прямолинейного решения проблемы путем присоединения дополнительного потенциала в виде европейского рынка столкнулись с принципиальными трудностями. Стратегические усилия аналитиков позволили вычислить необходимое и достаточное, чтобы Америка продолжила триумфальный путь, и для этого понадобилось разгладить горячим утюгом Европу - от Лиссабона до Киева и окрасить цветами демократических революцией геополитически важные страны Ближнего Востока. Бросившись в это предприятие с головой, европейская элита пошла на большие жертвы, но уже обнаружила, что их недостаточно и конца им не видно, в результате возникла фронда, довольно быстро формирующаяся в серьезную оппозицию, и смена властей в ведущих странах не за горами, о чем со всей ясностью предупредил брексит. То же самое, но с перцем, произошло на Ближнем Востоке - усилия по разглаживанию и унификации привели к устойчивой неустойчивости. Одновременно Россия, увидя, что ее готовят к роли жертвенного агнца, начала, казалось бы, безнадежную борьбу за новое место под солнцем и, похоже, далека от поражения, потому что сторонники ее линии возникают в самом сердце системы - в США и Европе. Не говоря уже о Ближнем Востоке... Расклад сил изменился и изменяется.
Королев Ю.Н. В чем особая пикантность нарастающего внутреннего столкновения в США между глобалистами и партией Америки? В том прежде всего, что глобалисты исторически происходят не из международного интеграционного движения, а именно из партии Америки, которая не на Америку проецирует глобалистские потребности и устремления, а, напротив, - американские интересы распространяет, навязывает и интернационализирует. Однако этот процесс зашел так далеко, что глобалистское руководство США на практике дискриминирует большую и все большую часть американского общества, а именно ту, которая с большинством стран и населения мира отстала от авангарда технологической революции, практикует реальную экономику и не понимает, зачем ей все эти сирии и украины. Оторвавшиеся глобалисты оказались перед альтернативой - двигать вперед глобализацию, объединившись с ее золотой верхушкой или ждать, пока их догонят отставшие, и тогда на хорошей базе возобновить глобализацию. Но ждать, оставаясь у власти, невозможно, эту власть есть кому оспорить, ее оспаривают и, наверняка, отнимут: встает традиционный и пресловутый вопрос о власти и о том, как не хочется ее отдавать. Противоречия уже напряглись, скрутившись в тугую спираль, укрылись в традиционную форму международных отношений, анонсировали лидеров не истинных, а сфальсифицированных программ и проектов, спекулятивных течений, клановых нужд и получили очень опасный импульс, когда власть предержащим кажется, что лучше всего и проще всего взмахнуть Александровым кинжалом. Желание повоевать все чаще воплощается на практике в военных авантюрах - в Югославии, Ираке, Ливии, Сирии, Афганистане, на Украине, и Бог знает, где еще.

Ю.Королев. Последнее десятилетие процесса глобализации несомненно определилось как столкновение национального и интернационального и постепенно получило все более и более конкретное выражение в противостоянии США и России, хотя, конечно, это столкновение ни коим образом не выражает сущности исторического этапа. Как США, так и Россия сами по себе каждый являются полем острой борьбы национального и интернационального. то есть наступательной динамики международной экономической интеграции и поисков ей соответствия в социальной и политической сфере. Переживаемый период заострил всю дискуссию на роли государства в реформах глобализации. Когда исторически выбор пал на государство - США - как на гегемона революции и лидера формирования новой общественной формации, это обусловило двойственную роль государства: с одной стороны, государство США - ведущий актор глобализации, а с другой, государства ведомые в интеграционном процессе глобализации; если государство США укрепляется, чтобы вести не только социально-экономические преобразования, но и создавать новое правовое поле для новой исторической субстанции, то в отношении других оно требует делегирования полномочий частным корпорациям и опосредованно - государству-лидеру глобализации, то есть США, ослабления национальной государственной власти для облегчения и ускорения международной интеграции. В 90-е годы Россия была одним из самых послушных адептов глобализации, а ее государство двигалось в фарватере флагмана глобализации; однако огромные потери, которые несло население страны, стали угрожать власти и заставили элиту искать более выгодные условия передачи полномочий и делегирования власти и национального богатства. Не только в России произошло такое столкновение интересов, и по миру пронеслись цветные революции, которые имели целью уничтожить или предельно ослабить национальные государства. Однако цена этой революционной волны оказалась слишком велика и, как обычно в истории, начался откат революции и повсеместное становление бонапартистских режимов. Опыт показал, что они не хуже, а лучше революционеров могут служить целям глобализации, но торговля за цену участия обострилась до предела. По силе и отмобилизованности элиты, которую смог сплотить эффективный лидер, Россия оказалась во главе и на пике этого сражения. Но Россия ведет его не против глобализации, а за свое место в ней, и центральным вопросом борьбы стал вопрос о руководстве революции - вопрос не второстепенный, а напротив центральный в каждой революции. и он не предполагает компромиссов.
Ю.Королев. В известном смысле мировые события и внешняя политика все более интериоризируются, ибо то, что еще 50 лет назад считалось только достоянием МИДов, теперь даже формально становится и стало делом внутренней политики: США как признанный лидер глобализованного мирового сообщества более всех затронуты этой динамикой. Не следует их стремление распространить на весь мир свои законы объяснять - только вредоносностью и империалистическими замашками их отдельных политиков, - здесь отражается объективная реальность: если США лидеры, то они не могут не требовать исполнения законов общества, которое их лидерами провозгласило и требует от них исполнения законов этого общества. США как лидер глобализации видит другие страны частью этой системы, а она не может функционировать, если не станет подчиняться единой системе законов. Другое дело, что это лидерское де-факто оспаривается не только другими мировыми лидерами, но и частью американского общества, но не в ключе отказа от глобализации, а в контексте поисков нового и более адекватного лидера. Недаром иногда звучит: нам нужен такой, как Путин, а не как Обама; не исключено, что окажись Путин на месте Обамы, он вел бы себя точно так же. Однако с точки зрения программы, Путин отражает позицию тех, кто требует равенства в решении мировых вопросов. А что это значит в контексте интериоризации? Это означает пропорциональное представительство в мировом правительстве. Которое, естественно, действует в рамках единого правового поля, а иначе действовать не может.
Юрий Королев. Ведь интеграции бывают принципиально разные. Есть технологическая интеграция, когда происходит объединение, вернее, взаимопроникновение производственных процессов, которые влекут за собой такое же явление в смежных сферах сырья, с одной стороны, и реализации продукта, с другой: почти всегда конечный продукт перестает быть конечным, технологические цепи удлинняются во всех направлениях, соединяясь с параллельными, вертикальными, диагональными - всякими, но природно и технологически такими же процессами интеграции, - это и есть глобализация. Понятно, что любой национальный рынок имеет несколько техногических уровней, которые не совместимы в чистых интеграционных технологических процессах, но на практике сосуществуют и взаимодействуцют благодаря специально созданным гражданским общественным структурам, главнейшим из которых до сих пор остается национальное государство. Другой тип экономической интеграции - это межнационая интеграция, когда друг к дургу приспосабливаются многоукладные рынки разных стран. Евросоюз, в отличие от других интеграционных союзов в мире, создавался, пытаясь устоять на этих двух резвых скакунах одновременно - замечательеный исторический опыт. Америка в целом - такой же и в значительной мере уже состоявшийся опыт: но не завершенный, о чем и свидетельстввует острая политическая борьба за власть, развернувшаяся в этой стране. И Европа пришла в такое же положение: об этом говорит брексит, усилеие националььных движений в европейских странах. Россия тоже пример интеграционных процессов, когда глобализации и многослойные рынки сложно взаимодействуют и переплетаются, и технологическим слияниям мешает производственное отставание в других техзвеньях и в других социальных конгломератах.

Ю.Н.Королев. Определенный ренесанс наций на этом этапе интернационализации, который получил название глобализации, взамен использованного в 60-80-е годы термина транснационализации, происходит в новейшее время, как минимум, второй раз: на пороге 90-х и 2000-х он резко проявился, и именно в ответ на него была расшита Югославия и началось бурное наступление Евросоюза и Нато на восток. Инерцию этого наступления, проходившего при позитивной экономической конъюнктуре, попытались использовать, чтобы стабилизировать Ближний Восток, - имелись в виду не только национально ориентированные режимы вроде Египта, Ирака, Сирии, Ирана, но и - Саудовская Аравия, эмираты, Йемен, Ливия, Греция и Турция. Грандиозный успех в России породил эйфористскуие настроения в среде теоретиков и продвигателей интернационализации: Россия подчинилась, Европа объединилась только для того, чтобы слиться в экстазе глобализации, Китай радостно принял брошенную поноску и сломя голову понесся производить расходуемый и вечно потребляемый продукт для глобального мира, - великая Америка радостно ведет всех к светлому будущему. И тут осечка; ищут заговорщиков и рецидивистов, но дело в технологии: закончился запас ресурса глобализации, нужен новый. Но его произвела ранее и продолжает производить система более или менее автономных наций и рынков в конкурентной борьбе, в противоречивой интеграции и в условиях международных торговых соглашений и ограничений. Надо вернуться, чтобы пополнить ресурсы. Конечно же возврат в ту же реку невозможен, ну и не надо, надо только восстановить некоторые наиболее эффективные и производительные черты. Но лидеры глобализации упираются и не хотят принять такую данность; они, как это часто бывает, отдавать власть не хотят, но в этом не только плохое: плодом, ждоставшимся ценой тяжких усилий, больше дорожат. Поэтому процесс перешел к острому политическому кризису, главные проявления которого - политика России, новая политика Китая, возникновение партий и политических сил, полнимающиз лозунгги защиты наций. Такие силы стали очень активными и в США, Европе и Великобритании, чему свидетельство Брекзит. Но это - своевременный и позитивный процесс.
Ю.Н.Королев. Что же все-таки произошло в 1991 году с республиканской Россией, что это за странное окончание некой холодной войны и что реально прячется за этой совершенно непонятной и ничего не объясняющей формулировкой, которую еще и теперь бодрые схоласты стараются поставить в повестку дня, задаваясь вовсе уж идиотским вопросом: чем отличается холодная война 50-80-х годов от холодной войны 2000-х. Ответ тоже дан уже давно, и он так же труден в восприятии, как и первый: как и западная Европа в послевоенные годы, Россия адаптировалась для транснационализации под эгидой США, для этого она должна была отказаться (как Англия от Индии, а Франция от Алжира) от лишних и обременяющих территорий. Обременяли они, конечно, прежде всего лидера транснационализации США, так как затрудняли рыночную математику, состоявшую в том, чтобы определить, какую долю получает Россия в структуре транснационализированного (или глобального) мира. Но и Британия, и Франция стояли насмерть, отстаивая свое добро; у России в тот момент оказались лидеры, которые признали свое поражение раньше, чем их противники (и партнеры), и как в случае с Германией после первой мировой войны и Версальским грабительским миром, с Россией поступили, как с капитулировавшим врагом: обложили запредельной контрибуцией и обрезали территории вопреки геополитическому смыслу. Такие ошибки исторически наказываются войной: отрезать от России Украину - это все равно, что отделить от Англии Шотландию или от Франции - Гасконию. Вот и случилась война на Украине. Оскорбленная страна рождает поколение, осененное радикальной пассионарностью: оно, как в Германии, реагируя на несправедливость, может оказаться готовым совершить несправедливость в свою очередь.
Юрий Королев. Особой нужды в такой референции уже нет, так как население само уже определило порядок и содержание событий: как писал Высоцкий, получены каверзные ответы на незаданные вопросы. Нет никакого резона следовать мифам о прекращении истории России и о начале некой новой истории после прекращения существования СССР. Нет так же никаких сомнений, что СССР возник как единодушный ответ российского населения на развал страны в ходе постреволюционной гражданской войны, и единая и неделимая Россия – был основной лозунг победителей, которые и сформировали СССР, остававшийся по геополитической сущности полным восприемником и продолжением дореволюционной России, свергнувшей монархию. Результатом второй мировой войны, не достигнутым из-за революции в России и Германии в первой мировой войне, стало объединение западной Европы под эгидой США и выделение России в качестве основного врага всего американского мира и продолжавших кокетничать своим суверенитетом Франции и имперским величием Англии. Для завершение этого исторического момента было необходимо развались колониальные империи, прежде всего Англии и Франции, но заодно и Бельгии и Нидерландов, - все эти старые мировые системы управления были очень неповоротливы, а с ростом и осознанием своих интересов населением колоний просто неэффективны и затратны, потоки средств меняли направление и вели к обезвоживанию финансовых рек. Что выгоднее и перспективнее, развивать производство, технологии и торговлю по имперским коммуникациям, то есть внутри метрополий и колоний, и уже затем налаживать интеграцию между этими мировыми геополитическими структурами; или же начать интеграцию высоких технологий, отпустив на волю колонии, интегрировать и объединить вершину мира, а затем продолжить мировой процесс интеграции с позиций новой силы. Был избран второй путь, и решение продиктовали США, причем, не столько силой, сколько деньгами, а главное новыми технологиями и новым типом финансовых коммуникаций, в основу которых лег доллар и совершенно новаторское отношение к кухне обеспечения мировой валюты, в частности, отказ от золотого стандарта: никакого мирового золота не хватило бы на обеспечение доллара как мировой валюты, который печатал американский станок в соответствии с потребностями оборота мировой экономики
Юрий Королев. Определенный ренесанс наций на этом этапе интернационализации, который получил название глобализации, взамен использованного в 60-80-е годы термина транснационализации, происходит в новейшее время, как минимум, второй раз: на пороге 90-х и 2000-х он резко проявился, и именно в ответ на него была расшита Югославия и началось бурное наступление Евросоюза и Нато на восток. Инерцию этого наступления, проходившего при позитивной экономической конъюнктуре, попытались использовать, чтобы стабилизировать Ближний Восток, - имелись в виду не только национально ориентированные режимы вроде Египта, Ирака, Сирии, Ирана, но и - Саудовская Аравия, эмираты, Йемен, Ливия, Греция и Турция. Грандиозный успех в России породил эйфористскуие настроения в среде теоретиков и продвигателей интернационализации: Россия подчинилась, Европа объединилась только для того, чтобы слиться в экстазе глобализации, Китай радостно принял брошенную поноску и сломя голову понесся производить расходуемый и вечно потребляемый продукт для глобального мира, - великая Америка радостно ведет всех к светлому будущему. И тут осечка; ищут заговорщиков и рецидивистов, но дело в технологии: закончился запас ресурса глобализации, нужен новый. Но его произвела ранее и продолжает производить система более или менее автономных наций и рынков в конкурентной борьбе, в противоречивой интеграции и в условиях международных торговых соглашений и ограничений. Надо вернуться, чтобы пополнить ресурсы. Конечно же возврат в ту же реку невозможен, ну и не надо, надо только восстановить некоторые наиболее эффективные и производительные черты. Но лидеры глобализации упираются и не хотят принять такую данность; они, как это часто бывает, отдавать власть не хотят, но в этом не только плохое: плодом, ждоставшимся ценой тяжких усилий, больше дорожат. Поэтому процесс перешел к острому политическому кризису, главные проявления которого - политика России, новая политика Китая, возникновение партий и политических сил, полнимающиз лозунгги защиты наций. Такие силы стали очень активными и в США, Европе и Великобритании, чему свидетельство Брекзит. Но это - своевременный и позитивный процесс.
Юрий Королев. Возвращение Кудрина означает реинтеграцию России в глобализацию под эгидой США, но - без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Кудрин, как и Путин, принадлежит к команде Гайдара, Чубайса, Ельцина, Собчака, которые в революции 1991 года подменили программу демократического движения в России: вместо передачи собственности - людям, они осуществили передачу собственности в руки небольшой группы чиновников и олигархов. Внутреннее столкновение в этой группе, из-за которого Кудрин ушел из правительства, определялось тактикой входа в глобализацию. Кудрин хотел продолжать начатое Гайдаром и Ельциным, интегрируя экономику на уровне капиталов и решений олигархических групп, то есть в союзе и договорах на уровне частных монополий под эгидой США; Путин и отчасти Медведев считали, что этот путь будет успешнее, если его усилить, во-первых, активным вмешательством государства, а, во-вторых, созданием влиятельного интеграционного - евразийского - союза в составе России, Украины, Казахстана и Белоруссии, что поможет слабым и неопытным олигархам России занять более достойное место в система глобализации. Именно эта последняя альтернатива реализовывалась полтора десятилетия и потерпела поражения из-за сопротивления США и ЕС и их разрушительных действий на Украине. Теперь, похоже, все возвращается на круги своя. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой. Ни Путин, ни его группа, включая Кудрина, не могут представить себе в качестве собственника огромное большинство населения - в долях, акциях, коллективно, хотя весь мир давно уже накопил огромный опыт такой теории и практики. Путин не знает, как это сделать; он никогда не решится на такое действие, потому что будет рассматривать его субъективно как предательство своей собственной группы соратников; а он - не предатель. Можно, конечно, попытаться его переубедить, но для этого нужно быть его другом; где такого взять? Разве что Кудрин созрел для этого...
Чего стоит ждать от Кудрина? И элита, и особенно бизнес-элита, и рабочий класс скоро почувствуют, что институты судебной системы, госуправления, образования и здравоохранения неудовлетворительно работают. ЦСР был создан в 1999 году для подготовки предвыборной программы Владимира Путина, впервые избравшегося президентом в 2000 году. Кудрин может заняться вопросами, связанными со стратегией развития после 2018 года и на более отдаленные перспективы, причем не только в руководстве ЦСР, но и в качестве заместителя руководителя экономического совета при президенте (сейчас Кудрин — член президиума совета, который возглавляет Владимир Путин). Алексей Кудрин обещает перестройку


Ю.Н.Королев. Возвращение Кудрина означает реинтеграцию России в глобализацию под эгидой США, но - без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Кудрин, как и Путин, принадлежит к команде Гайдара, Чубайса, Ельцина, Собчака, которые в революции 1991 года подменили программу демократического движения в России: вместо передачи собственности - людям, они осуществили передачу собственности в руки небольшой группы чиновников и олигархов. Внутреннее столкновение в этой группе, из-за которого Кудрин ушел из правительства, определялось тактикой входа в глобализацию. Кудрин хотел продолжать начатое Гайдаром и Ельциным, интегрируя экономику на уровне капиталов и решений олигархических групп, то есть в союзе и договорах на уровне частных монополий под эгидой США; Путин и отчасти Медведев считали, что этот путь будет успешнее, если его усилить, во-первых, активным вмешательством государства, а, во-вторых, созданием влиятельного интеграционного - евразийского - союза в составе России, Украины, Казахстана и Белоруссии, что поможет слабым и неопытным олигархам России занять более достойное место в система глобализации. Именно эта последняя альтернатива реализовывалась полтора десятилетия и потерпела поражения из-за сопротивления США и ЕС и их разрушительных действий на Украине. Теперь, похоже, все возвращается на круги своя. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой. Ни Путин, ни его группа, включая Кудрина, не могут представить себе в качестве собственника огромное большинство населения - в долях, акциях, коллективно, хотя весь мир давно уже накопил огромный опыт такой теории и практики. Путин не знает, как это сделать; он никогда не решится на такое действие, потому что будет рассматривать его субъективно как предательство своей собственной группы соратников; а он - не предатель. Можно, конечно, попытаться его переубедить, но для этого нужно быть его другом; где такого взять? Разве что Кудрин созрел для этого...
Особой нужды в такой референции уже нет, так как население само уже определило порядок и содержание событий: как писал Высоцкий, получены каверзные ответы на незаданные вопросы.
Нет никакого резона следовать мифам о прекращении истории России и о начале некой новой истории после прекращения существования СССР. Нет так же никаких сомнений, что СССР возник как единодушный ответ российского населения на развал страны в ходе постреволюционной гражданской войны, и единая и неделимая Россия – был основной лозунг победителей, которые и сформировали СССР, остававшийся по геополитической сущности полным восприемником и продолжением дореволюционной России, свергнувшей монархию. Результатом второй мировой войны, не достигнутым из-за революции в России и Германии в первой мировой войне, стало объединение западной Европы под эгидой США и выделение России в качестве основного врага всего американского мира и продолжавшей кокетничать своим суверенитетом Франции и имперским величием Англии. Для завершение этого исторического момента было необходимо развались колониальные империи, прежде всего Англии и Франции, но заодно и Бельгии и Нидерландов, - все эти старые мировые системы управления были очень неповоротливы, а с ростом и осознанием своих интересов населением колоний просто неэффективны и затратны, потоки средств меняли направление и вели к обезвоживанию финансовых рек. Что выгоднее и перспективнее, развивать производство, технологии и торговлю по имперским коммуникациям, то есть внутри метрополий и колоний, и уже затем налаживать интеграцию между этими мировыми геополитическими структурами; или же начать интеграцию высоких технологий, отпустив на волю колонии, интегрировать и объединить вершину мира, а затем продолжить мировой процесс интеграции с позиций новой силы. Был избран второй путь, и решение продиктовали США, причем, не столько силой, сколько деньгами, а главное новыми технологиями и новым типом финансовых коммуникаций, в основу которых лег доллар и совершенно новаторское отношение к кухне обеспечения мировой валюты, в частности, отказ от золотого стандарта: никакого мирового золота не хватило бы на обеспечение доллара как мировой валюты, который печатал американский станок в соответствии с потребностями оборота мировой экономики.

Ю.Н.Королев. Одновременно решался второй вопрос: кто станет лидером и менеджером транснационализации как этапа мировой интеграции, - государство или монополии; этот вопрос тоже решился паллиативно: интеграционный транснациональный процесс возглавили мощные частные структуры, базировавшиеся территориально преимущественно в США, охраняемые американским законом и американской силой, как военной, так и финансовой. Был ли российский (советский) проект хоть когда-нибудь реальной альтернативой мирового развития – это один из вопросов, на который каверзный ответ был сформулирован прежде, чем сам вопрос. Не был: советский эксперимент - лишь часть общего опыта использования государства как средства решения внутренних и геополитических проблем развития мировой интеграции; в России в условиях отставания от стран западной Европы был предпринять экстремальный опыт использования государства в этих целях; но иных целей, кроме этих, этот опыт не предполагал и не мог, по своей сути, выйти за рамки исторической альтернативы - этатизм (абсолютизированный государственный капитализм) в рамках общей формации.

Что же все-таки произошло в 1991 году с республиканской Россией, что это за странное окончание некой холодной войны и что реально прячется за этой совершенно непонятной и ничего не объясняющей формулировкой, которую еще и теперь бодрые схоласты стараются поставить в повестку дня, задаваясь вовсе уж идиотским вопросом: чем отличается холодная война 50-80-х годов от холодной войны 2000-х. Ответ тоже дан уже давно, и он так же труден в восприятии, как и первый: как и западная Европа в послевоенные годы, Россия адаптировалась для транснационализации под эгидой США, для этого она должна была отказаться (как Англия от Индии, а Франция от Алжира) от лишних и обременяющих территорий. Обременяли они, конечно, прежде всего лидера транснационализации США, так как затрудняли рыночную математику, состоявшую в том, чтобы определить, какую долю получает Россия в структуре транснационализированного (или глобального) мира. Но и Британия, и Франция стояли насмерть, отстаивая свое добро; у России в тот момент оказались лидеры, которые признали свое поражение раньше, чем их противники (и партнеры), и как в случае с Германией после первой мировой войны и Версальским грабительским миром, с Россией поступили, как с капитулировавшим врагом: обложили запредельной контрибуцией и обрезали территории вопреки геополитическому смыслу. Такие ошибки исторически наказываются войной. Вот и случилась война на Украине. Оскорбленная страна рождает поколение, осененное радикальной пассионарностью: оно, как в Германии, реагируя на несправедливость, может оказаться готовым совершить несправедливость в свою очередь.
Юрий Королев. Перегруппировка Америки, обладающей попрежнему огромным потенциалом, и в случае если ее элита докажет свою интеллектуальную состоятельность, ведет к тому, что лидерство Америки может быть подтверждено и установиться на несколько десятков лет, чтобы снова быть поставленным под вопрос. Скорее всего, так и будет, - слишком затратно менять модель, если ее потенциал еще до конца не исчерпан. Однако несомненно, что сегодня мир находится перед стратегическим выбором, речь не идет только о новой матрице интернационализации, - заколебалось все. Такие признаки скорее всего свидетельствуют о востребовании глобальной реструктуризации, а не о простой смене лидера в результате количественных изменений и подвижек. Видимо, речь идет о смене модели, и вместо одного мощного руководителя-государства, как США, придет не Китай, ЕС или Россия, а принципиально иной механизм, который представлял бы действительные движущие силы интернационализации, то есть технологии, безопасность, представительность, воспроизводство. Очевидно, что эти силы уже не представляют национальные государства, хотя они суть наилучшие механизмы регулирования общественных отношений из всего, что было изобретено цивилизацией. Государства очевидно переходят в субсидиарные позиции, но это не отнимает, а скорее подтверждает надежды, что именно национальное и интеграционное государство снова призвано сыграть важнейшую роль на этапе формирования нового мирового порядка, - вероятно, поэтому оно снова так очевидно востребовано. И не исключено, что, скажем, ООН, основанная на союзе национальных государств, станет одним из источников формирования нового мирового лидера на представительской основе.

Ю.Королев. Владимир Путин согласился, что надо сдать, что плохо лежит, - с обозами от погони не оторвешься. НАТО вшестеро обгоняет Россию по населению, вдесятеро — по оборонным расходам, примерно в 20 раз — по ВВП, и с 1989 года придвинула свою передовую линию на 500 миль ближе к Москве. Есть ли альтернатива? Стратегически - нет, потому что первое: отсутствуют ресурсы для победы; второе: нет надежды на появление важных союзников и третье: нет оснований надеяться на развал или ослабление противника. Но тактически - борьба может быть долгой и изматывающей; победы и поражения могут чередоваться; кто быстрее научится мобилизовывать людей, деньги и средства, чтобы они в каждом частном сражении вдвое (вдесятеро) превышали силу противника, тот и будет чаще побеждать; количество может перерасти в качество, это зависит от силы духа - Россия переживает период неизбывной пассионарности.
Ю.Королев. Евросоюз пытался и пытается устоять на двух резвых скакунах одновременно - это замечательеный исторический опыт, но он все более приобретает межнациональный характер из-за решения принимать в союз после крушения СССР страны, технологически не готовые к глобализации. Америка в целом - похожий и в значительной мере уже состоявшийся опыт: но не завершенный, о чем и свидетельстввует острая политическая борьба за власть, развернувшаяся в этой стране. Стремлении Европы усидеть на двух стульях привело к росту противоречий: об этом говорит брексит, усилеие националььных движений в европейских странах. Россия тоже пример интеграционных процессов, когда глобализации и многослойные рынки сложно взаимодействуют и переплетаются, и технологическим слияниям мешает производственное отставание в других техзвеньях и в других социальных конгломератах. И здесь особенно сильна регулирующая роль государства. Принципиально различаются два типа экономической интеграции, определяющей процесс интернационализации: 1.базирующийся на едином и практически одном-двух уровнях технологии; и 2. мноукладный, в основе которого интеграция двух или более технологически многослойных национальных рынков. Технологическая интеграция осуществляет объединение, вернее, взаимопроникновение производственных процессов, которые влекут за собой такое же явление в смежных сферах сырья, с одной стороны, и реализации продукта, с другой: почти всегда конечный продукт перестает быть конечным, технологические цепи удлинняются во всех направлениях, соединяясь с параллельными, вертикальными, диагональными - всякими, но природно и технологически такими же процессами интеграции, - это и есть глобализация. Понятно, что любой национальный рынок имеет несколько техногических уровней, которые не совместимы в чистых интеграционных технологических процессах, но на практике сосуществуют и взаимодействуцют благодаря специально созданным гражданским общественным структурам, главнейшим из которых до сих пор остается национальное государство. Другой тип экономической интеграции - это межнационая интеграция, когда друг к другу приспосабливаются многоукладные рынки разных стран.
Юрий Королев. Мифам вопреки, элиты всегда действовали не в авангарде, не пророками, а вслед - лишь слабыми и неверными интерпретаторами истории, жалкими последышами героических действий отдельных человеков, их групп и племен, - пассионарных могучих толп.Но общим обычаем стало требовать от мудрецов, философов и элиты в целом - предвещать, предсказывать, разъяснять, конструировать и вычерчивать маршрутные карты истории, сколько мы не обжигались на гитлерах. Конечно, мы изобрели компьютеры, матрицы, интернет и составляем программы. Но значит ли это, что опровергнут единственный доподлинно известный нам закон развития или, вернее, движения человечества - сначала подвиг, потом страшный опыт и лишь за ними - понимание того, что свершилось, осмысление его и утрамбовка этого, вновь, конечно же, ограниченно и потому неверно понятого кусочка опыта в структуру мозаичной картины, которую мы называем историческим прогрессом. В тысячный раз цивилизация столкнулась с ускорением на порядок извечного процесса переселенмя народов, надо обустроить и прокормить новых людей и никто не знает, как это сделать. Переселение народов происходило постоянно, то быстрее, то медленнее, в зависимости от нескольких факторов, из них важнейшими являются: разница достигнутых потенциалов комфортности и разрыв между накопленными богатствами; возникновение экстремальных или катастрофических условий в одном из районов; ослабление сопротивляемости и обороноспособности комфортной зоны; формирование агрессивности и мобилизационной способности в дискомфортной зоне. Мировой кризис - это прежде всего дисбаланс потенциалов.

Юрий Королев. Во все времена именно реально сложившаяся ситуация определяла бег времен и общественных формаций. В прежние века и тысячелетия, - во всяком случае известные нам, - философы вдогонку все объясняли и несомненно кроили и резали историю в рамках своих представлений, и вовсе не из корысти или подхолимства, самый честный и непримиримый все равно не мог прыгнуть выше своей крыши. В этом смысле ни элита в целом, ни одна из ее частей, не могли идти впереди человечества, - лишь вслед за ним и его опытом, тяжко разукрашивавшем его шкуру. Когда между элитами разрозненного человечества связи не было или она осуществлялась с большими задержками и отставанием, легко было валить на дикость племен или несостоятельность императоров. Но уже, по меньшей мере с Восемнадцатого века шансов у чингисханов не осталось, они не могли возникнуть ниоткуда и поразить быстрой конницей или дальнобойным луком им неведомого еще вчера противника. Почти все на свете стало известно, и все философы провозгласили целью всех элит благо человечества. И что же? Были и Робеспьер, и Наполеон, и Гитлер, и Мао, и Сталин, и я уж не говорю о сотнях, а, может быть, тысячах помельче. И все они старались во благо человечества.

Юрий Королев. Вопреки распространенным мифам, элиты всегда действовали не в авангарде, не пророками, а вслед - лишь слабыми и неверными интерпретаторами истории, жалкими последышами героических действий отдельных человеков, их групп и племен, - пассионарных могучих толп.Но общим обычаем стало требовать от мудрецов, философов и элиты в целом - предвещать, предсказывать, разъяснять, конструировать и вычерчивать маршрутные карты истории, сколько мы не обжигались на гитлерах. Конечно, мы изобрели компьютеры, матрицы, интернет и составляем программы. Но значит ли это, что опровергнут единственный доподлинно известный нам закон развития или, вернее, движения человечества - сначала подвиг, потом страшный опыт и лишь за ними - понимание того, что свершилось, осмысление его и утрамбовка этого, вновь, конечно же, ограниченно и потому неверно понятого кусочка опыта в структуру мозаичной картины, которую мы называем историческим прогрессом.
Юрий Королев. Ничего трагического ни для Америки, ни для мира в том, что руководство мировым процессом США ставится сейчас под вопрос, не имеется. Такой вызов может привести к перегруппировке Америки, обладающей попрежнему огромным потенциалом, и в случае если ее элита докажет свою интеллектуальную состоятельность, лидерство Америки может быть подтверждено и установиться на несколько десятков лет, чтобы снова быть поставленным под вопрос. Скорее всего, так и будет, - слишком затратно менять модель, если ее потенциал еще до конца не исчерпан. Однако несомненно, что сегодня мир находится перед стратегическим выбором, речь не идет только о новой матрице интернационализации, - заколебалось все. Такие признаки скорее всего свидетельствуют о востребовании глобальной реструктуризации, а не о простой смене лидера в результате количественных изменений и подвижек. Видимо, речь идет о смене модели, и вместо одного мощного руководителя-государства, как США, придет не Китай, ЕС или Россия, а принципиально иной механизм, который представлял бы действительные движущие силы интернационализации, то есть технологии, безопасность, представительность, воспроизводство. Очевидно, что эти силы уже не представляют национальные государства, хотя они суть наилучшие механизмы регулирования общественных отношений из всего, что было изобретено цивилизацией. Государства очевидно переходят в субсидиарные позиции, но это не отнимает, а скорее подтверждает надежды, что именно национальное и интеграционное государство снова призвано сыграть важнейшую роль на этапе формирования нового мирового порядка, - вероятно, поэтому оно снова так очевидно востребовано. И не исключено, что, скажем, ООН, основанная на союзе национальных государств, станет одним из источников формирования нового мирового лидера на представительской основе.
Юрий Королев. В мировом процессе интернационализации - не только экономики - возникли две проблемы: первая - у США сокращается относительная доля мирового богатства и материальный ресурс; второе, и самое главное, элита лидера не находит эфффективной формулы для следующего этапа - постглобализации. Был выбор: присоединить Евросоюз или Россию, в обоих случаях теоретически видно было, что узел развязывается. Казалось, что если удастся с ЕС, Россия сама упадет в ладони; а если поставить на первое место Россию, это не гарантирует присоединение Европы. Однако попытки прямолинейного решения проблемы путем присоединения дополнительного потенциала в виде европейского рынка столкнулись с принципиальными трудностями. Стратегические усилия аналитиков позволили вычислить необходимое и достаточное, чтобы Америка продолжила триумфальный путь, и для этого понадобилось разгладить горячим утюгом Европу - от Лиссабона до Киева и окрасить цветами демократических революцией геополитически важные страны Ближнего Востока. Бросившись в это предприятие с головой, европейская элита пошла на большие жертвы, но уже обнаружила, что их недостаточно и конца им не видно, в результате возникла фронда, довольно быстро формирующаяся в серьезную оппозицию, и смена властей в ведущих странах не за горами, о чем со всей ясностью предупредил брексит. То же самое, но с перцем, произошло на Ближнем Востоке - усилия по разглаживанию и унификации привели к устойчивой неустойчивости. Одновременно Россия, увидя, что ее готовят к роли жертвенного агнца, начала, казалось бы, безнадежную борьбу за новое место под солнцем и, похоже, далека от поражения, потому что сторонники ее линии возникают в самом сердце системы - в США и Европе. Не говоря уже о Ближнем Востоке... Расклад сил изменился и изменяется.
Королев Ю.Н. В чем особая пикантность нарастающего внутреннего столкновения в США между глобалистами и партией Америки? В том прежде всего, что глобалисты исторически происходят не из международного интеграционного движения, а именно из партии Америки, которая не на Америку проецирует глобалистские потребности и устремления, а, напротив, - американские интересы распространяет, навязывает и интернационализирует. Однако этот процесс зашел так далеко, что глобалистское руководство США на практике дискриминирует большую и все большую часть американского общества, а именно ту, которая с большинством стран и населения мира отстала от авангарда технологической революции, практикует реальную экономику и не понимает, зачем ей все эти сирии и украины. Оторвавшиеся глобалисты оказались перед альтернативой - двигать вперед глобализацию, объединившись с ее золотой верхушкой или ждать, пока их догонят отставшие, и тогда на хорошей базе возобновить глобализацию. Но ждать, оставаясь у власти, невозможно, эту власть есть кому оспорить, ее оспаривают и, наверняка, отнимут: встает традиционный и пресловутый вопрос о власти и о том, как не хочется ее отдавать. Противоречия уже напряглись, скрутившись в тугую спираль, укрылись в традиционную форму международных отношений, анонсировали лидеров не истинных, а сфальсифицированных программ и проектов, спекулятивных течений, клановых нужд и получили очень опасный импульс, когда власть предержащим кажется, что лучше всего и проще всего взмахнуть Александровым кинжалом. Желание повоевать все чаще воплощается на практике в военных авантюрах - в Югославии, Ираке, Ливии, Сирии, Афганистане, на Украине, и Бог знает, где еще.

Ю.Королев. Последнее десятилетие процесса глобализации несомненно определилось как столкновение национального и интернационального и постепенно получило все более и более конкретное выражение в противостоянии США и России, хотя, конечно, это столкновение ни коим образом не выражает сущности исторического этапа. Как США, так и Россия сами по себе каждый являются полем острой борьбы национального и интернационального. то есть наступательной динамики международной экономической интеграции и поисков ей соответствия в социальной и политической сфере. Переживаемый период заострил всю дискуссию на роли государства в реформах глобализации. Когда исторически выбор пал на государство - США - как на гегемона революции и лидера формирования новой общественной формации, это обусловило двойственную роль государства: с одной стороны, государство США - ведущий актор глобализации, а с другой, государства ведомые в интеграционном процессе глобализации; если государство США укрепляется, чтобы вести не только социально-экономические преобразования, но и создавать новое правовое поле для новой исторической субстанции, то в отношении других оно требует делегирования полномочий частным корпорациям и опосредованно - государству-лидеру глобализации, то есть США, ослабления национальной государственной власти для облегчения и ускорения международной интеграции. В 90-е годы Россия была одним из самых послушных адептов глобализации, а ее государство двигалось в фарватере флагмана глобализации; однако огромные потери, которые несло население страны, стали угрожать власти и заставили элиту искать более выгодные условия передачи полномочий и делегирования власти и национального богатства. Не только в России произошло такое столкновение интересов, и по миру пронеслись цветные революции, которые имели целью уничтожить или предельно ослабить национальные государства. Однако цена этой революционной волны оказалась слишком велика и, как обычно в истории, начался откат революции и повсеместное становление бонапартистских режимов. Опыт показал, что они не хуже, а лучше революционеров могут служить целям глобализации, но торговля за цену участия обострилась до предела. По силе и отмобилизованности элиты, которую смог сплотить эффективный лидер, Россия оказалась во главе и на пике этого сражения. Но Россия ведет его не против глобализации, а за свое место в ней, и центральным вопросом борьбы стал вопрос о руководстве революции - вопрос не второстепенный, а напротив центральный в каждой революции. и он не предполагает компромиссов.
Ю.Королев. В известном смысле мировые события и внешняя политика все более интериоризируются, ибо то, что еще 50 лет назад считалось только достоянием МИДов, теперь даже формально становится и стало делом внутренней политики: США как признанный лидер глобализованного мирового сообщества более всех затронуты этой динамикой. Не следует их стремление распространить на весь мир свои законы объяснять - только вредоносностью и империалистическими замашками их отдельных политиков, - здесь отражается объективная реальность: если США лидеры, то они не могут не требовать исполнения законов общества, которое их лидерами провозгласило и требует от них исполнения законов этого общества. США как лидер глобализации видит другие страны частью этой системы, а она не может функционировать, если не станет подчиняться единой системе законов. Другое дело, что это лидерское де-факто оспаривается не только другими мировыми лидерами, но и частью американского общества, но не в ключе отказа от глобализации, а в контексте поисков нового и более адекватного лидера. Недаром иногда звучит: нам нужен такой, как Путин, а не как Обама; не исключено, что окажись Путин на месте Обамы, он вел бы себя точно так же. Однако с точки зрения программы, Путин отражает позицию тех, кто требует равенства в решении мировых вопросов. А что это значит в контексте интериоризации? Это означает пропорциональное представительство в мировом правительстве. Которое, естественно, действует в рамках единого правового поля, а иначе действовать не может.
Юрий Королев. Ведь интеграции бывают принципиально разные. Есть технологическая интеграция, когда происходит объединение, вернее, взаимопроникновение производственных процессов, которые влекут за собой такое же явление в смежных сферах сырья, с одной стороны, и реализации продукта, с другой: почти всегда конечный продукт перестает быть конечным, технологические цепи удлинняются во всех направлениях, соединяясь с параллельными, вертикальными, диагональными - всякими, но природно и технологически такими же процессами интеграции, - это и есть глобализация. Понятно, что любой национальный рынок имеет несколько техногических уровней, которые не совместимы в чистых интеграционных технологических процессах, но на практике сосуществуют и взаимодействуцют благодаря специально созданным гражданским общественным структурам, главнейшим из которых до сих пор остается национальное государство. Другой тип экономической интеграции - это межнационая интеграция, когда друг к дургу приспосабливаются многоукладные рынки разных стран. Евросоюз, в отличие от других интеграционных союзов в мире, создавался, пытаясь устоять на этих двух резвых скакунах одновременно - замечательеный исторический опыт. Америка в целом - такой же и в значительной мере уже состоявшийся опыт: но не завершенный, о чем и свидетельстввует острая политическая борьба за власть, развернувшаяся в этой стране. И Европа пришла в такое же положение: об этом говорит брексит, усилеие националььных движений в европейских странах. Россия тоже пример интеграционных процессов, когда глобализации и многослойные рынки сложно взаимодействуют и переплетаются, и технологическим слияниям мешает производственное отставание в других техзвеньях и в других социальных конгломератах.

Ю.Н.Королев. Определенный ренесанс наций на этом этапе интернационализации, который получил название глобализации, взамен использованного в 60-80-е годы термина транснационализации, происходит в новейшее время, как минимум, второй раз: на пороге 90-х и 2000-х он резко проявился, и именно в ответ на него была расшита Югославия и началось бурное наступление Евросоюза и Нато на восток. Инерцию этого наступления, проходившего при позитивной экономической конъюнктуре, попытались использовать, чтобы стабилизировать Ближний Восток, - имелись в виду не только национально ориентированные режимы вроде Египта, Ирака, Сирии, Ирана, но и - Саудовская Аравия, эмираты, Йемен, Ливия, Греция и Турция. Грандиозный успех в России породил эйфористскуие настроения в среде теоретиков и продвигателей интернационализации: Россия подчинилась, Европа объединилась только для того, чтобы слиться в экстазе глобализации, Китай радостно принял брошенную поноску и сломя голову понесся производить расходуемый и вечно потребляемый продукт для глобального мира, - великая Америка радостно ведет всех к светлому будущему. И тут осечка; ищут заговорщиков и рецидивистов, но дело в технологии: закончился запас ресурса глобализации, нужен новый. Но его произвела ранее и продолжает производить система более или менее автономных наций и рынков в конкурентной борьбе, в противоречивой интеграции и в условиях международных торговых соглашений и ограничений. Надо вернуться, чтобы пополнить ресурсы. Конечно же возврат в ту же реку невозможен, ну и не надо, надо только восстановить некоторые наиболее эффективные и производительные черты. Но лидеры глобализации упираются и не хотят принять такую данность; они, как это часто бывает, отдавать власть не хотят, но в этом не только плохое: плодом, ждоставшимся ценой тяжких усилий, больше дорожат. Поэтому процесс перешел к острому политическому кризису, главные проявления которого - политика России, новая политика Китая, возникновение партий и политических сил, полнимающиз лозунгги защиты наций. Такие силы стали очень активными и в США, Европе и Великобритании, чему свидетельство Брекзит. Но это - своевременный и позитивный процесс.
Ю.Н.Королев. Что же все-таки произошло в 1991 году с республиканской Россией, что это за странное окончание некой холодной войны и что реально прячется за этой совершенно непонятной и ничего не объясняющей формулировкой, которую еще и теперь бодрые схоласты стараются поставить в повестку дня, задаваясь вовсе уж идиотским вопросом: чем отличается холодная война 50-80-х годов от холодной войны 2000-х. Ответ тоже дан уже давно, и он так же труден в восприятии, как и первый: как и западная Европа в послевоенные годы, Россия адаптировалась для транснационализации под эгидой США, для этого она должна была отказаться (как Англия от Индии, а Франция от Алжира) от лишних и обременяющих территорий. Обременяли они, конечно, прежде всего лидера транснационализации США, так как затрудняли рыночную математику, состоявшую в том, чтобы определить, какую долю получает Россия в структуре транснационализированного (или глобального) мира. Но и Британия, и Франция стояли насмерть, отстаивая свое добро; у России в тот момент оказались лидеры, которые признали свое поражение раньше, чем их противники (и партнеры), и как в случае с Германией после первой мировой войны и Версальским грабительским миром, с Россией поступили, как с капитулировавшим врагом: обложили запредельной контрибуцией и обрезали территории вопреки геополитическому смыслу. Такие ошибки исторически наказываются войной: отрезать от России Украину - это все равно, что отделить от Англии Шотландию или от Франции - Гасконию. Вот и случилась война на Украине. Оскорбленная страна рождает поколение, осененное радикальной пассионарностью: оно, как в Германии, реагируя на несправедливость, может оказаться готовым совершить несправедливость в свою очередь.
Юрий Королев. Особой нужды в такой референции уже нет, так как население само уже определило порядок и содержание событий: как писал Высоцкий, получены каверзные ответы на незаданные вопросы. Нет никакого резона следовать мифам о прекращении истории России и о начале некой новой истории после прекращения существования СССР. Нет так же никаких сомнений, что СССР возник как единодушный ответ российского населения на развал страны в ходе постреволюционной гражданской войны, и единая и неделимая Россия – был основной лозунг победителей, которые и сформировали СССР, остававшийся по геополитической сущности полным восприемником и продолжением дореволюционной России, свергнувшей монархию. Результатом второй мировой войны, не достигнутым из-за революции в России и Германии в первой мировой войне, стало объединение западной Европы под эгидой США и выделение России в качестве основного врага всего американского мира и продолжавших кокетничать своим суверенитетом Франции и имперским величием Англии. Для завершение этого исторического момента было необходимо развались колониальные империи, прежде всего Англии и Франции, но заодно и Бельгии и Нидерландов, - все эти старые мировые системы управления были очень неповоротливы, а с ростом и осознанием своих интересов населением колоний просто неэффективны и затратны, потоки средств меняли направление и вели к обезвоживанию финансовых рек. Что выгоднее и перспективнее, развивать производство, технологии и торговлю по имперским коммуникациям, то есть внутри метрополий и колоний, и уже затем налаживать интеграцию между этими мировыми геополитическими структурами; или же начать интеграцию высоких технологий, отпустив на волю колонии, интегрировать и объединить вершину мира, а затем продолжить мировой процесс интеграции с позиций новой силы. Был избран второй путь, и решение продиктовали США, причем, не столько силой, сколько деньгами, а главное новыми технологиями и новым типом финансовых коммуникаций, в основу которых лег доллар и совершенно новаторское отношение к кухне обеспечения мировой валюты, в частности, отказ от золотого стандарта: никакого мирового золота не хватило бы на обеспечение доллара как мировой валюты, который печатал американский станок в соответствии с потребностями оборота мировой экономики
Юрий Королев. Определенный ренесанс наций на этом этапе интернационализации, который получил название глобализации, взамен использованного в 60-80-е годы термина транснационализации, происходит в новейшее время, как минимум, второй раз: на пороге 90-х и 2000-х он резко проявился, и именно в ответ на него была расшита Югославия и началось бурное наступление Евросоюза и Нато на восток. Инерцию этого наступления, проходившего при позитивной экономической конъюнктуре, попытались использовать, чтобы стабилизировать Ближний Восток, - имелись в виду не только национально ориентированные режимы вроде Египта, Ирака, Сирии, Ирана, но и - Саудовская Аравия, эмираты, Йемен, Ливия, Греция и Турция. Грандиозный успех в России породил эйфористскуие настроения в среде теоретиков и продвигателей интернационализации: Россия подчинилась, Европа объединилась только для того, чтобы слиться в экстазе глобализации, Китай радостно принял брошенную поноску и сломя голову понесся производить расходуемый и вечно потребляемый продукт для глобального мира, - великая Америка радостно ведет всех к светлому будущему. И тут осечка; ищут заговорщиков и рецидивистов, но дело в технологии: закончился запас ресурса глобализации, нужен новый. Но его произвела ранее и продолжает производить система более или менее автономных наций и рынков в конкурентной борьбе, в противоречивой интеграции и в условиях международных торговых соглашений и ограничений. Надо вернуться, чтобы пополнить ресурсы. Конечно же возврат в ту же реку невозможен, ну и не надо, надо только восстановить некоторые наиболее эффективные и производительные черты. Но лидеры глобализации упираются и не хотят принять такую данность; они, как это часто бывает, отдавать власть не хотят, но в этом не только плохое: плодом, ждоставшимся ценой тяжких усилий, больше дорожат. Поэтому процесс перешел к острому политическому кризису, главные проявления которого - политика России, новая политика Китая, возникновение партий и политических сил, полнимающиз лозунгги защиты наций. Такие силы стали очень активными и в США, Европе и Великобритании, чему свидетельство Брекзит. Но это - своевременный и позитивный процесс.
Юрий Королев. Возвращение Кудрина означает реинтеграцию России в глобализацию под эгидой США, но - без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Кудрин, как и Путин, принадлежит к команде Гайдара, Чубайса, Ельцина, Собчака, которые в революции 1991 года подменили программу демократического движения в России: вместо передачи собственности - людям, они осуществили передачу собственности в руки небольшой группы чиновников и олигархов. Внутреннее столкновение в этой группе, из-за которого Кудрин ушел из правительства, определялось тактикой входа в глобализацию. Кудрин хотел продолжать начатое Гайдаром и Ельциным, интегрируя экономику на уровне капиталов и решений олигархических групп, то есть в союзе и договорах на уровне частных монополий под эгидой США; Путин и отчасти Медведев считали, что этот путь будет успешнее, если его усилить, во-первых, активным вмешательством государства, а, во-вторых, созданием влиятельного интеграционного - евразийского - союза в составе России, Украины, Казахстана и Белоруссии, что поможет слабым и неопытным олигархам России занять более достойное место в система глобализации. Именно эта последняя альтернатива реализовывалась полтора десятилетия и потерпела поражения из-за сопротивления США и ЕС и их разрушительных действий на Украине. Теперь, похоже, все возвращается на круги своя. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой. Ни Путин, ни его группа, включая Кудрина, не могут представить себе в качестве собственника огромное большинство населения - в долях, акциях, коллективно, хотя весь мир давно уже накопил огромный опыт такой теории и практики. Путин не знает, как это сделать; он никогда не решится на такое действие, потому что будет рассматривать его субъективно как предательство своей собственной группы соратников; а он - не предатель. Можно, конечно, попытаться его переубедить, но для этого нужно быть его другом; где такого взять? Разве что Кудрин созрел для этого...
Чего стоит ждать от Кудрина? И элита, и особенно бизнес-элита, и рабочий класс скоро почувствуют, что институты судебной системы, госуправления, образования и здравоохранения неудовлетворительно работают. ЦСР был создан в 1999 году для подготовки предвыборной программы Владимира Путина, впервые избравшегося президентом в 2000 году. Кудрин может заняться вопросами, связанными со стратегией развития после 2018 года и на более отдаленные перспективы, причем не только в руководстве ЦСР, но и в качестве заместителя руководителя экономического совета при президенте (сейчас Кудрин — член президиума совета, который возглавляет Владимир Путин). Алексей Кудрин обещает перестройку


Ю.Н.Королев. Возвращение Кудрина означает реинтеграцию России в глобализацию под эгидой США, но - без вариантов - ни G8, ни СНГ, ни БРИКС, ни Евразия - одна-одинешенька Россия на 8-10 место, за Польшей. Кудрин, как и Путин, принадлежит к команде Гайдара, Чубайса, Ельцина, Собчака, которые в революции 1991 года подменили программу демократического движения в России: вместо передачи собственности - людям, они осуществили передачу собственности в руки небольшой группы чиновников и олигархов. Внутреннее столкновение в этой группе, из-за которого Кудрин ушел из правительства, определялось тактикой входа в глобализацию. Кудрин хотел продолжать начатое Гайдаром и Ельциным, интегрируя экономику на уровне капиталов и решений олигархических групп, то есть в союзе и договорах на уровне частных монополий под эгидой США; Путин и отчасти Медведев считали, что этот путь будет успешнее, если его усилить, во-первых, активным вмешательством государства, а, во-вторых, созданием влиятельного интеграционного - евразийского - союза в составе России, Украины, Казахстана и Белоруссии, что поможет слабым и неопытным олигархам России занять более достойное место в система глобализации. Именно эта последняя альтернатива реализовывалась полтора десятилетия и потерпела поражения из-за сопротивления США и ЕС и их разрушительных действий на Украине. Теперь, похоже, все возвращается на круги своя. Ни в целом российской элите, ни ее отдельным представителям не удалось добиться равного положения с мировой верхушкой. Ни Путин, ни его группа, включая Кудрина, не могут представить себе в качестве собственника огромное большинство населения - в долях, акциях, коллективно, хотя весь мир давно уже накопил огромный опыт такой теории и практики. Путин не знает, как это сделать; он никогда не решится на такое действие, потому что будет рассматривать его субъективно как предательство своей собственной группы соратников; а он - не предатель. Можно, конечно, попытаться его переубедить, но для этого нужно быть его другом; где такого взять? Разве что Кудрин созрел для этого...
Особой нужды в такой референции уже нет, так как население само уже определило порядок и содержание событий: как писал Высоцкий, получены каверзные ответы на незаданные вопросы.
Нет никакого резона следовать мифам о прекращении истории России и о начале некой новой истории после прекращения существования СССР. Нет так же никаких сомнений, что СССР возник как единодушный ответ российского населения на развал страны в ходе постреволюционной гражданской войны, и единая и неделимая Россия – был основной лозунг победителей, которые и сформировали СССР, остававшийся по геополитической сущности полным восприемником и продолжением дореволюционной России, свергнувшей монархию. Результатом второй мировой войны, не достигнутым из-за революции в России и Германии в первой мировой войне, стало объединение западной Европы под эгидой США и выделение России в качестве основного врага всего американского мира и продолжавшей кокетничать своим суверенитетом Франции и имперским величием Англии. Для завершение этого исторического момента было необходимо развались колониальные империи, прежде всего Англии и Франции, но заодно и Бельгии и Нидерландов, - все эти старые мировые системы управления были очень неповоротливы, а с ростом и осознанием своих интересов населением колоний просто неэффективны и затратны, потоки средств меняли направление и вели к обезвоживанию финансовых рек. Что выгоднее и перспективнее, развивать производство, технологии и торговлю по имперским коммуникациям, то есть внутри метрополий и колоний, и уже затем налаживать интеграцию между этими мировыми геополитическими структурами; или же начать интеграцию высоких технологий, отпустив на волю колонии, интегрировать и объединить вершину мира, а затем продолжить мировой процесс интеграции с позиций новой силы. Был избран второй путь, и решение продиктовали США, причем, не столько силой, сколько деньгами, а главное новыми технологиями и новым типом финансовых коммуникаций, в основу которых лег доллар и совершенно новаторское отношение к кухне обеспечения мировой валюты, в частности, отказ от золотого стандарта: никакого мирового золота не хватило бы на обеспечение доллара как мировой валюты, который печатал американский станок в соответствии с потребностями оборота мировой экономики.

Ю.Н.Королев. Одновременно решался второй вопрос: кто станет лидером и менеджером транснационализации как этапа мировой интеграции, - государство или монополии; этот вопрос тоже решился паллиативно: интеграционный транснациональный процесс возглавили мощные частные структуры, базировавшиеся территориально преимущественно в США, охраняемые американским законом и американской силой, как военной, так и финансовой. Был ли российский (советский) проект хоть когда-нибудь реальной альтернативой мирового развития – это один из вопросов, на который каверзный ответ был сформулирован прежде, чем сам вопрос. Не был: советский эксперимент - лишь часть общего опыта использования государства как средства решения внутренних и геополитических проблем развития мировой интеграции; в России в условиях отставания от стран западной Европы был предпринять экстремальный опыт использования государства в этих целях; но иных целей, кроме этих, этот опыт не предполагал и не мог, по своей сути, выйти за рамки исторической альтернативы - этатизм (абсолютизированный государственный капитализм) в рамках общей формации.

Что же все-таки произошло в 1991 году с республиканской Россией, что это за странное окончание некой холодной войны и что реально прячется за этой совершенно непонятной и ничего не объясняющей формулировкой, которую еще и теперь бодрые схоласты стараются поставить в повестку дня, задаваясь вовсе уж идиотским вопросом: чем отличается холодная война 50-80-х годов от холодной войны 2000-х. Ответ тоже дан уже давно, и он так же труден в восприятии, как и первый: как и западная Европа в послевоенные годы, Россия адаптировалась для транснационализации под эгидой США, для этого она должна была отказаться (как Англия от Индии, а Франция от Алжира) от лишних и обременяющих территорий. Обременяли они, конечно, прежде всего лидера транснационализации США, так как затрудняли рыночную математику, состоявшую в том, чтобы определить, какую долю получает Россия в структуре транснационализированного (или глобального) мира. Но и Британия, и Франция стояли насмерть, отстаивая свое добро; у России в тот момент оказались лидеры, которые признали свое поражение раньше, чем их противники (и партнеры), и как в случае с Германией после первой мировой войны и Версальским грабительским миром, с Россией поступили, как с капитулировавшим врагом: обложили запредельной контрибуцией и обрезали территории вопреки геополитическому смыслу. Такие ошибки исторически наказываются войной. Вот и случилась война на Украине. Оскорбленная страна рождает поколение, осененное радикальной пассионарностью: оно, как в Германии, реагируя на несправедливость, может оказаться готовым совершить несправедливость в свою очередь.
Юрий Королев. Звон уже оглушает, и колокол-то, точно, звонит. Исходя из среднесрочной стратегии, в интересах Америки - погасить конфликт, вернуть Украину в рабочее состояние и стимулировать процесс ее интеграции в ЕС и Нато. Этот интерес сформировался у Трампа по мере того, как его советники и он сам осознали, что достаточно Крыма, чтобы сдержать всякие попытки ускорения интеграционных процессов между Россией и Евросоюзом, а это именно то, что необходимо и достаточно для удержания Европы в рамках и на поле слабых конкурентов Америки. Новых предложений со стороны Трампа, похоже, нет; об этом свидетельствует нагнетание темы нового витка санкций, которые не направлены только против России; они обозначает правовые рамки отношений США со всеми странами мира; Россия - только мальчик для демонстративного биться и козел отпущения и, как таковой, имеет особую ценность, поэтому до смерти забит не будет. Вместе с тем, перед Путиным было поставлено жесткое условие и состоит оно в требовании открытия рынка и финансов для нового рывка интернационализации мировой экономики под эгидой США - неоглобализации, суть которой в модернизации инфраструктур, - Россия для этого непременно нужна, учитывая особенности ее геополитического положения в мире. У Путина после краха его евразийского проекта, в котором центральную роль должна была играть Украина, своих предложений нет; это видно по тому безраличию, с которым он относится к маневрам Лукашенко, а прозорливый белорусс уже все понял. У общем, полный цейтнот и цуг-цванг, и у Путина - гора с плеч. Думаю, Путин согласился с этим требованием, ибо иного от него Трамп и не ожидал: есть и бывают предложения, от которых нельзя отказаться. Чтобы это вырванное обещание исполнялось неукоснительно, будет поддерживаться режим очень жесткого нажима, уже даже не прикрываемый знакомым рефреном: вы же видите, что они - противники Трампа - делают...
Юрий Королев. Золотой обруч, схваченный не только Атлантикой, но и супермостом через Россию и Канаду, Европа плюс Америка - великолепная корона современного мира. Это и есть пятый круг, который можно считать и первым, - кольцо замыкается. Он связан с выяснением целей и стратегических задач, которые ставит перед собой Трамп. Как всегда на пике кризиса, или, если хотите, революции, вопрос содержания проекта общественного развития до смешного прост и ясен: неизбежна дальнейшая интернационализация экономики, общественных связей, политических систем, в основе которой - технологическая интеграция. В этом разрезе, глобализация как исторический этап интернационализации, уходит в прошлое, а как назовут новый этап интернационализации, покажет ближайшая практика. Путей два. Один проходит через создание, упрощенно говоря, мирового правительства демократическим и правовым путем, например, через существующие структуры вроде ООН. Другой, - через переформирование тоже существующего американского властного центра через интеграцию в него, по меньшей мере, европейской элиты и делегирование ей части реальных властных полномочий. Премудрая и предусмотрительная британская элита благодаря брегзиту будет требовать себе отдельного сегмента власти, а не в купе с остальной европейской (читай: германской) элитой. Обеспечение и безопасность - структуры НАТО, которая обречена на новое мощное финансирование и развитие. Финансировать НАТО теперь придется Европе, и она легко с этим справится, но вопрос создания вооруженных сил каждого из членов ЕС отпадет сам собой. Эта альтернатива наиболее вероятна, сейчас к ней должен быстро прийти новый президент США, для чего понадобится объяснить, почему Россия в таком проекте обязательно участвует.
Юрий Королев. Слово и понятие Малороссия в применении к обозначению части государственных образований на Средне-русской равнине существовало еще в 14-м веке, то есть задолго до создания Российской империи. В этом случае это слово означает исконный, центральный, как кремль - малая, исходная Москва; как Малая Греция - Афины, а Великая Греция - вся остальная Иллиада. Малоросс - почетное имя, как коренной киевлянин или коренной москвич, и уж ничем не хуже украинца; в России только что завоеванный Дальний Восток в официальных документах называли Сибирская Украина - так что однозначно. Бытовые тычки - москаль, хохол и прочее - не имеют никакого значения, пока не становятся государственной политикой. Малороссия — так называется государство, как заявил во вторник Александр Захарченко, глава самопровозглашенной Донецкой Народной Республики. Пишут, что использование понятия, восходящего к царским временам, означает, что Москва продолжает претендовать на Украину; но может быть Захарченко претендует на роль нового центра Великой России в Донецке, а не в Москве?
Юрий Королев. В обществе сложилось мнение, что Россия ушла от семибанкирщины 90-х и что Путин подчинил олигархов государству и заставил их работать не только на собственную прибыль, но и на страну и ее население. У этого понятия есть три источника: Борий Березовский, который в 1996 году назвал имена семи человек, которые по его убеждению, контролировали 50% экономики; Андрея Фадина, неофита в материях журналистики расследования, который через две недели после заявления Березовского анонсировал термин-название этому явлению в новейшей истории; и Солженицына, употребившего в 1998 году его уже с заглавной буквы и утверждавшего, что их не семь, а 15 и что они контролируют не 50, а 70% экономики. К концу прошлого века и тысячелетия, а так же ко времени прихода к власти Путина имена реальных владельцев активов в России были на слуху, это Михаил Ходорковский (Менатеп, нефть), Борис Березовский (Логоваз +СМИ), Михаил Фридман (Альфа-банк), Александр Смоленский (Банк Столичный+СМИ), Владимир Гусинский (группа Мост+СМИ), Владимир Потанин (Онексимбанк), Владимир Виноградов (Инкомбанк), Виталий Малкин (Российский кредит), Алексей Мордашов (Северсталь), Вагит Алекперов, Виктор Вексельберг, Михаил Прохоров, Владимир Лисин, Роман Абрамович, Олег Дерипаска, Владимир Евтушенков (Система), Александр Абрамов (Евраз), - это не все; но и не все они были политически активны. В общем-то это была рваная нищета: в первой пятерке Борис Березовский — $3 млрд; Михаил Ходорковский — $2,4 млрд; Вагит Алекперов — $1,4 млрд; Рем Вяхирев — $1,4 млрд; Владимир Потанин — $700 млн; Владимир Гусинский — $400 млн. Они и назначили Путина; но уже к середине срока встало очень остро несколько вопросов. Состав бояр существенно изменился (четверо исчезли) и состояния оставшихся преумножились, и вместе с этим преумножились их претензии, особенно со стороны самых претензионных: так, Михаил Ходорковский стал "стоить" $15,2 млрд (ЮКОС), Роман Абрамович - $12,5 млрд, Сибнефть; Виктор Вексельберг - $5,9 млрд, ТНК-BP, СУАЛ Холдинг; Михаил Прохоров - $5,4 млрд, Норникель; Владимир Потанин - $5,4 млрд, Норникель; Михаил Фридман - $5,2 млрд, Альфа-Групп; Владимир Лисин -$4,8 млрд, НЛМК; Олег Дерипаска $4,5 млрд,Русский алюминий, РусПромАвто; Алексей Мордашов $4,5 млрд, Северсталь групп; Вагит Алекперов $3,9 млрд, Лукойл.
Подошел новый срок выборов; многое зависело от бояр; но многое и лично от Путина; на ивесах стояли сравнимые гири. Расклад был такой: приближающиеся выборы; нужна надежная и преемственная структура власти, опирающаяся на свод правил, пусть даже на закон и конституцию, но все-таки приближено к реальности, как позже Путин это окрестил - вертикаль власти - горизонталь его и тогда не интересовала; надо было что-то делать с экономикой; следовало обеспечить социальную стабильность; наконец, нужна была хоть сколько нибудь вразумительная внешняя политика: или, точнее, определение места России в международном разделении доходов и затрат. Эгоистическая и бездуховная позиция наиболее влиятельных бояр стала реальным препятствием в достижении поставленных целей, и в первую очередь сохранения власти - а ведь без нее невозможно было исполнить и прочие замечательные задумки. Уговоры и переговоры не везде помогли, и четверых пришлось раскатать: Гусинского, Смоленского, Березовского и Ходорковского; прочие раскололись на болото и тех, кто готов обсуждать условия. К 2005 года все было решено, и новая консолидированная группа магнатов, к тому времени очень окрепшая и перешедшая из разряда 1-2 млрд долларов в разряд 5-10 млрд, уже заполучила своего вождя ы лице Владимира Путина, - часть приняла это безоговорочно, часть обговорила себе некоторые привилегии, с некоторыми еще предстояло разобраться; но суть состояла в том, что была свергнута самая авантюрная группа олигархов у власти во главе с Березовским и Ходорковским и утвердилась новая группа, исполнительным директором которой стал Владимир Путин; в те дни в одном из интервью он так и сказал: Я только исполнитель, только менеджер; и он говорил искренне. Тогда.
100 богатейших бизнесменов России (2004) — неофициальный список, опубликованный во втором номере российской версии журнала Forbes в 2004 году. Состояние оценено на 15 апреля 2004 года. В рейтинг включены только те граждане России, кто заработал основную часть капитала частным порядком, не будучи госслужащим.

Лидеры списка
# Имя Состояние Источник богатства
1 Михаил Ходорковский $15,2 млрд ЮКОС
2 Роман Абрамович $12,5 млрд Сибнефть
3 Виктор Вексельберг $5,9 млрд ТНК-BP, СУАЛ Холдинг
4 Михаил Прохоров $5,4 млрд Норникель
5 Владимир Потанин $5,4 млрд Норникель
6 Михаил Фридман $5,2 млрд Альфа-Групп
7 Владимир Лисин $4,8 млрд НЛМК
8 Олег Дерипаска $4,5 млрд Русский алюминий, РусПромАвто
9 Алексей Мордашов $4,5 млрд Северсталь групп
10 Вагит Алекперов $3,9 млрд ЛукойлУтвердилось мнение, что Россия ушла от семибанкирщины 90-х и что Путин подчинил олигархов государству и заставил их работать не только на собственную прибыль, но и на страну и ее население. У этого понятия есть три источника: Борий Березовский, который в 1996 году назвал имена семи человек, которые по его убеждению, контролировали 50% экономики; Андрея Фадина, неофита в материях журналистики расследования, который через две недели после заявления Березовского анонсировал термин-название этому явлению в новейшей истории; и Солженицына, употребившего в 1998 году его уже с заглавной буквы и утверждавшего, что их не семь, а 15 и что они контролируют не 50, а 70% экономики. К концу прошлого века и тысячелетия, а так же ко времени прихода к власти Путина имена реальных владельцев активов в России были на слуху, это Михаил Ходорковский (Менатеп, нефть), Борис Березовский (Логоваз +СМИ), Михаил Фридман (Альфа-банк), Александр Смоленский (Банк Столичный+СМИ), Владимир Гусинский (группа Мост+СМИ), Владимир Потанин (Онексимбанк), Владимир Виноградов (Инкомбанк), Виталий Малкин (Российский кредит), Алексей Мордашов (Северсталь), Вагит Алекперов, Виктор Вексельберг, Михаил Прохоров, Владимир Лисин, Роман Абрамович, Олег Дерипаска, Владимир Евтушенков (Система), Александр Абрамов (Евраз), - это не все; но и не все они были политически активны. В общем-то это была рваная нищета: в первой пятерке Борис Березовский — $3 млрд; Михаил Ходорковский — $2,4 млрд; Вагит Алекперов — $1,4 млрд; Рем Вяхирев — $1,4 млрд; Владимир Потанин — $700 млн; Владимир Гусинский — $400 млн. Они и назначили Путина; но уже к середине срока встало очень остро несколько вопросов. Состав бояр существенно изменился (четверо исчезли) и состояния оставшихся преумножились, и вместе с этим преумножились их претензии, особенно со стороны самых претензионных: так, Михаил Ходорковский стал стоить $15,2 млрд (ЮКОС), Роман Абрамович - $12,5 млрд, Сибнефть; Виктор Вексельберг - $5,9 млрд, ТНК-BP, СУАЛ Холдинг; Михаил Прохоров - $5,4 млрд, Норникель; Владимир Потанин - $5,4 млрд, Норникель; Михаил Фридман - $5,2 млрд, Альфа-Групп; Владимир Лисин -$4,8 млрд, НЛМК; Олег Дерипаска $4,5 млрд,Русский алюминий, РусПромАвто; Алексей Мордашов $4,5 млрд, Северсталь групп; Вагит Алекперов $3,9 млрд, Лукойл.


Ваши коментарии

Уважаемые посетители, ваши коментарии проверяются администратором сайта.
Пожалуйста, избегайте употребления ненормативной лексики. Сообщения рекламного характера также будут удалены.
Спаибо за понимание.
Имя (*)

E-mail (*)

Ваш комментарий (*)


  архив новостей
Показать:
  поиск по сайту
Искать:   
в новостяхв гл. новостяхв анонсахв темахза нами МоскваМы были правы...
© РИА "АРБИТР" 2002-2005. При использовании материалов, содержащихся на страницах электронного издания РИА АРБИТР, ссылка на www.ria-arbitr.ru обязательна.