Русское Информационное Агентство
 сегодня 16 октября 2018 г. на главную  контакты   
  главная новость

[14.10.18] Следователи изъяли и рапорты Евгении Шишкиной об угрозах в ее адрес, написанные минувшим летом. Сама она эти угрозы восприняла настолько серьезно, что предприняла меры по обеспечению безопасности своего 18-летнего сына, которого отправила пожить у друзей.При этом адрес нового местожительства сына подполковник скрывала даже от сослуживцев.Следствие сейчас пытается выяснить, почему Шишкиной не была предоставлена охрана. Версия, что она сама отказалась от госзащиты, сомнительна. Потому что однажды отказавшись от охраны, как правило, не пишут повторные рапорты об угрозах. А Шишкина подала несколько таких рапортов. В поселке Архангельское Красногорского района 10 октября убили следователя по особо важным делам МВД России Евгению Шишкину. Не надеясь на закон, люди практикуют самосуд, отсюда бунты в тюрьмах, Сизо и колониях, нападения на полицейских, несовершеннолетние террористы, вандализм. Не верь, не бойся, не проси и не надейся: коли случится, что вашего следователя-палача разоблачат и осудят, как Сидорова и Морозова из ГСУ Москвы, - это не дает никакого шанса на то, что вас оправдают и выпустят на свободу. Каратели прикрываются решениями послушных судей, и вам придется обращаться в тот же суд, что вас посадил с подачи следователя и заказчика - вряд ли вам так повезет, что и судью поймают за руку... По указу и зову души каратели выпускают своих - таких же карателей, но попавшихся или нарушивших законы круговой поруки, их отодрали розгами, - а лакеи от порки становятся только послушнее, - и отпустили. А оболганный и замордованный гражданин не только сидит, куда его определил очередной Сидоров или Никандров, но и является объектом пристального внимания Голикова или Агафьевой, - ведь если его посадили, значит, у него что-нибудь осталось: надо найти и взять или заставить его отдать. Одновременно на него нацелены испуганные и жадные взоры замгендиров типа Григория Элькина из Ростеха, зиц-председателей однодневок вроде ДНП Акуловские усадьбы и СНТ Радость в новой Москве Романа Кузюры, спецагента Службы внешней разведки П.Карюхина, профстукача Е.Лозовой, потому что они уже нашкодили, и если людей, посаженных с их доноса или в результате их рейдерских действий, выпустят, что с ними будет? [ читать дальше ]


  анонсы

[14.10.18] Руководителя Главного следственного управления Следственного комитета России (СКР) по Москве Александра Дрыманова проверяют на причастность к незаконному возбуждению уголовных дел и привлечению заведомо невиновных людей к уголовной ответственности. Жертвой политического преследования становится любой человек, занимающий твердую позицию права, простую защиту действующей конституции, потому что он немедленно сталкивается с самой системой, существование которой есть лицемерное злоупотребление правом, его искажение и наглая формализация и профанация закона, его духа и буквы. Поэтому совершенно справедливо, законно и необходимо показывать, что большинство заказных уголовных дел в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. Интенсивно идет слияние чиновничьих горизонтальных групп с наиболее продвинутыми группами криминала. Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, снова вляпался. Глава СКР по Москве Александр Дрыманов фигурирует в деле о коррупционных связях руководителей следственного ведомства с вором в законе Захарием Калашовым (Шакро Молодой). [ читать дальше ]

[14.10.18] Тогда напрасно вы прибегнете к злословью: оно вам не поможет вновь... Не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. Темпы процесса слияние чиновничьих горизонтальных групп с наиболее продвинутыми группами криминала ускорились на порядок или даже порядки. В России жертвой политического преследования становится любой человек, занимающий твердую позицию права, простую защиту действующей конституции, потому что он немедленно сталкивается с самой системой, существование которой есть лицемерное злоупотребление правом, его искажение и наглая формализация и профанация закона, его духа и буквы. Позвоночник сломан, следы от кипятильника во рту: Валерий Пшеничный умер не от неоказания медицинской помощи. Он не наложил на себя руки. Его не мучили условиями содержания, как это практикуют с другими заключенными. Его просто запытали, а потом убили. Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, снова вляпался. Глава СКР по Москве Александр Дрыманов фигурирует в деле о коррупционных связях руководителей следственного ведомства с вором в законе Захарием Калашовым (Шакро Молодой). Совершенно справедливо, законно и необходимо показывать, что большинство заказных уголовных дел в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. [ читать дальше ]

[14.10.18] Я уже ходил к Путину, так что к нему не обращайтесь, - это не в его компетенции. Интересное дело: следователи требуют ареста бездоказательно обвиненного человека с гипотетическим ущербом на 2 млн рублей, и суд благополучно его сажает, иронически воспринимая заявления адвоката, - никакой прокурор тут и рядом не стоял, только сидел, ухмыляясь и кивая головой-кочан. А известный уголовник легко получает поддержку заместителя генерального прокурора, причем, тот пишет не одну грозную бумагу, решается идти на конфликт с самим Бастрыкиным, - даже Чайка, который боится лишний раз рот открыть после разоблачительного фильма, и тот дает понять, что он - в курсе. А народ и наше так называемое гражданское общество - безмолствует. Или тупо рассуждает об особенностях национальной охоты на интеллегенцию в рамках уголовного кодекса и статьи 159.4. А приятель всех московских полицейских генералов и прокуроров замгендир в системе Ростех (тоже, я думаю, генерал) Григорий Иосифович Элькин, спокойно дирижирует целой командой рейдеров и приватизаторов охраняемого леса в Москве(!), - он так мне и говорил: мы вас посадим, у меня вся Москва в кармане, включая, как я полагаю, не только генерала Морозова, но и его сменщика - генерала Агафьеву на посту начальника главного следственного управления Москвы. Старые следы генерала Натальи Агафьевой. Уголовное дело вел следователь столичного главка Иван Анатольевич Шестаков. Ранее он работал в подчинении главы Следственной части окружного главка по ЦФО полковника юстиции Натальи Ивановны Агафьевой. И именно в подразделение Агафьевой по протекции Зорова было передано в 2013 году возбужденное против Пономарева уголовное дело. Но вскоре ГУ МВД по ЦФО расформировали, и г-жа Агафьева получила должность в столице — стала начальником ГСУ ГУ МВД по г. Москве. В ее подчинение перешел и следователь Шестаков. Особо отметим, что все время с 2013 года здания «ДЭЗИСа» по Малой Семеновской благодаря странной благосклонности следователей находились на ответственном хранении… у Елены Волощук, которая, не имея на это имущество никаких прав, вопреки решениям всех судов сдавала их в аренду и извлекала незаконный доход. Вот что значит иметь «правильных» друзей. [ читать дальше ]


  актуальные темы, вопросы, события

[12.10.18]Мобильная вещь - государевы интересы, и не всякому опричнику дано за ними уследить. Блюститель чистоты рук сел на 13 лет за взятки. В получении взятки в $1 млн обвиняются Денис Никандров, Александр Дрыманов, Михаил Максименко и начальник СО по ЦАО ГСУ СК РФ по Москве Алексей Крамаренко, все сплошные генералы. Со слов Никандрова, выходило, что посредником при передаче $1 млн за изменение меры пресечения Кочуйкову выступал бизнесмен Дмитрий Смычковский, состоявший в товарищеских отношениях с Дрымановым и генералом СК РФ Михаилом Максименко. Из этой суммы по $200 тыс. получили Крамаренко, Никандров и Дрыманов, а оставшиеся $400 тыс. забрал себе Максименко. Чтобы генерала полиции, признанного блюстителя законности, взяли и посадили, должно было случиться что-то особенное; ведь вон, скажем, замгендир Ростеха, а до этого директор Росстандарта Григорий Элькин, - о нем все давно известно с давних времен, на него я сам передал досье Чайке и Путину, - и ничего, сидит и в ус не дует; может, только чуть-чуть дует, потому что карьеру ему притормозили; а тут раз - и на 13 лет. Это значит одно из двух или трех: не по чину взял; не поделился или насамовольничал: хапнул не спросясь. Может быть, конечно, и историческая версия: оказался классический фигурант опричника - верил, что служит государю и ему все можно, что - в интересах государя; но государевы интересы - вещь очень подвижная, и не всякому опричнику дано за ними уследить. [ читать дальше ]

[12.10.18]Путин, похоже, успокоился, а у меня постоянно волосы стоят дыбом... Путину я сам написал о том, что по заказу топотуна из Ростеха Григория Элькина и его рейдеркоманды - бывшего налоговика Романа Кузюры и уволенного агента СВР Павла Карюхина, по ложному доносу члена группы Е.Лозовой человека оболгали и возбудили против него уголовное дело на том основании, что будто бы у члена этой команды Е.Лозовой в 2006 году пропали из ячейки Газпромбанка деньги, заложенные в одном из отделений ГПБ. Следователь Мастеренко из Троицкого округа написала обвинительное постановление, хотя накануне сама признала в присутствии адвоката, что не видит оснований в возбуждении дела, но этого от нее требует ее начальство. Дело тут же перебросили новому начальнику ГСУ Москвы генералу Агафьевой и она с помощью капитана Голикова быстро достряпала блюдо, несмотря на то, что из Газпромбанка пришло официальное письмо, что в 2006 году даже отделения банка, на которое ссылается в своем пасквильном заявлении Лозовая, не существовало, оно было открыто только в 2011. Откровенно вымогались деньги. Дело возбудили, обвинили, объявили в розыск, в качестве меры пресечения присудили арест. Это, конечно, не столь эффектный в смысле одиозности случай, от которого у Путина волосы дыбом встали, но совершенно равный ему по масштабам и беспределу нарушения прав. Но на мое письмо администрация президента России от имени Путина сообщила: не компетентен; вот так вот, и как быть волосам рядового гражданина, до сей поры не знаю. [ читать дальше ]

[12.10.18]Противозаконным власть считает не нарушение ею Закона, а борьбу граждан против этих нарушений. Полицейская провокация и cтукачество культивируются режимом. Поэтому совершенно справедливо, законно и необходимо показывать, что большинство заказных уголовных дел в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. Интенсивно идет слияние чиновничьих горизонтальных групп с наиболее продвинутыми группами криминала. Стукачество культивируется режимом. Власть считает противозаконным не нарушение ею Закона, а борьбу граждан против этих нарушений. Эта история наглядно вскрывает механизмы новых репрессий — сейчас не расстреливают; однако впечатляет живучесть технологий карательных органов. Каратели выпускают своих - таких же карателей, но попавшихся или нарушивших законы круговой поруки, их отодрали розгами, - а лакеи от порки становятся только послушнее, - и отпустили. А оболганный и замордованный гражданин не только сидит, куда его определил очередной Сидоров или Никандров, но и является объектом пристального внимания Голикова или Агафьевой, - ведь если его посадили, значит, у него что-нибудь осталось: надо найти и взять или заставить его отдать. Одновременно на него нацелены испуганные и жадные взоры замгендиров типа Григория Элькина из Ростеха, зиц-председателей однодневок вроде ДНП Акуловские усадьбы и СНТ Радость в новой Москве Романа Кузюры, спецагента Службы внешней разведки П.Карюхина, профстукача Е.Лозовой, потому что они уже нашкодили, и если людей, посаженных с их доноса или в результате их рейдерских действий, выпустят, что с ними будет? Не надеясь на закон, люди практикуют самосуд, отсюда бунты в тюрьмах, Сизо и колониях, нападения на полицейских, несовершеннолетние террористы, вандализм. Не верь, не бойся, не проси и не надейся: коли случится, что вашего следователя-палача разоблачат и осудят, как Сидорова и Морозова из ГСУ Москвы, - это не дает никакого шанса на то, что вас оправдают и выпустят на свободу. Каратели прикрываются решениями послушных судей, и вам придется обращаться в тот же суд, что вас посадил с подачи следователя и заказчика - вряд ли вам так повезет, что и судью поймают за руку... [ читать дальше ]


  За нами Москва!

[12.10.18] Благодаря рассекреченным архивам мы наконец смогли заглянуть в это закулисье: поездки за водкой, покупка шпионской техники на барахолке, маниакальные поиски интриг ЦРУ, переписывание телефонных книг и другие правила жизни простых шпионов — в нашем новом материале. Поездки за водкой, покупка шпионской техники на барахолке, маниакальные поиски интриг ЦРУ, переписывание телефонных книг и другие правила жизни простых шпионов. Где-то в Конституции или Уголовном кодексе формулируются основания, при которых агент СВР Павел Карюхин может заниматься мордобоем иностранных рабочих на своем, либо соседних участках в элитном коттеджном поселке, где скромный работник Службы внешней разведки отгрохал солидную усадьбу. Не знаю, ведает ли высокое начальство об многомиллионных инвестициях в личную недвижимость своего агента, он по пьяному делу хвастал, что хапнул за гроши, налогов не платил и в контору сведений не представлял. Но прокуратура Москвы об этом была осведомлена, но относилась снисходительно к герою плащей и кинжалов. Реальная жизнь шпионов недавних времён: каждую субботу вдупель пьяный Павел Александрович Карюхин гоняет рабочих-таджиков по посёлку и бьет их по лицу или по лицам. Возмущённая общественность в моем единственном лице обратила на это внимание самого Карюхина, но он не отозвался, лишь брызгал слюной, но представитель таджикского землячество встрепенулся. Однако потом, пообщавшись с Карюхиным, заявил тусклым голосом, что действовать так у Карюхина были основания. Но надо посочувствовать рабочим: и Карюхин их лупит по лицам, и их этнические юридические защитники с подобной практикой соглашаются. [ читать дальше ]

[12.10.18] Нарисовать дело: как в России сажают. В 2017 году и первой половине 2018-го в России практически каждый день возбуждалось уголовное дело, связанное с публикациями, лайками и репостами в социальных сетях: в 2017 году 48 пользователей получили за публикации в соцсетях реальные сроки, а 411 человек стали фигурантами уголовных де, это не окончательные цифры, а лишь те случаи, которые удалось выявить. Как возбуждается дело. На первом этапе следователь находит в социальных сетях публикации, подпадающие, по его мнению, под статьи УК и КоАП. Затем производится доследственная проверка и принимается решение о возбуждении или невозбуждении дела. С учетом расширенной трактовки судьями ряда статей УК РФ, особенно 282-й, и обвинительного характера российских судов (по данным Верховного суда РФ количество оправдательных приговоров в 2017 году составило 0,36% от общего числа) успешное завершение дела для стороны обвинения практически гарантировано. Посты, из-за которых люди уже осуждены, часто не удаляются из социальных сетей, а следователи продолжают внимательно наблюдать за репостами и комментариями к ним, трактовка российскими судами такого понятия, как экстремизм, очень расплывчата и сильно отличается от принятой в европейских странах, где она четко увязывается с призывами к насильственным действиям и их публичным одобрением, - для российских судов важен формальный факт публикации в интернете, и любой пост, даже если его прочел лишь один человек, трактуется судом как массовое распространите информации посредством сети интернет. При этом подавляющее большинство обвиняемых за публикацию постов и мемов в социальных сетях даже не догадываются о том, что их действия подпадают под ту или иную статью УК РФ. Сам факт заведения на них уголовного дела становится шокирующим обстоятельством, и в большинстве случаев они идут признание вины в обмен на смягчение наказания. Репрессивные органы часто не принимают во внимание контекст, не отличают публикацию от репоста, а изображение с сомнительной шуткой приравнивают к действительно опасным уголовным преступлениям. [ читать дальше ]

[12.10.18] У нас обвиняет следователь. А ведь неоднократно говаривал Владимир Путин: тот, кто обвиняет, должен быть сам чист как стеклышко. Тогда давайте исполнять поручение президента: пусть следователи - каждый - публично- докажут, что не имеют отношения к коррупции; мы - общественность, гражданское общество - посмотрим, проверим, расследуем - не хуже них уже умеем. Если арестовывать подозреваемого (обвиняемого, свидетеля) на основании заявления следователя, - дескать, может уничтожить улики, то надо посадить под арест и следователя - для соревновательности процесса, - он-то уж точно и уничтожит и родит все, что надо. А через два месяца и решим, выпускать или продлить. А вообще-толучше к президенту Путину не обращайтесь, я уже ходил, - это не в его компетенции. Интересное дело: следователи требуют ареста бездоказательно обвиненного человека с гипотетическим ущербом на 2 млн рублей, и суд благополучно его сажает, иронически воспринимая заявления адвоката, - никакой прокурор тут и рядом не стоял, только сидел, ухмыляясь и кивая головой-кочан. А известный уголовник легко получает поддержку заместителя генерального прокурора, причем, тот пишет не одну грозную бумагу, решается идти на конфликт с самим Бастрыкиным, - даже Чайка, который боится лишний раз рот открыть после разоблачительного фильма, и тот дает понять, что он - в курсе. А народ и наше так называемое гражданское общество - безмолствует. Или тупо рассуждает об особенностях национальной охоты на интеллегенцию в рамках уголовного кодекса и статьи 159.4. Старые следы генерала Натальи Агафьевой. Уголовное дело вел следователь столичного главка Иван Анатольевич Шестаков. Ранее он работал в подчинении главы Следственной части окружного главка по ЦФО полковника юстиции Натальи Ивановны Агафьевой. И именно в подразделение Агафьевой по протекции Зорова было передано в 2013 году возбужденное против Пономарева уголовное дело. Но вскоре ГУ МВД по ЦФО расформировали, и г-жа Агафьева получила должность в столице — стала начальником ГСУ ГУ МВД по г. Москве. В ее подчинение перешел и следователь Шестаков. [ читать дальше ]


  Мы были правы - мы ошибались.

[12.10.18]Напористость при возбуждении уголовных дел за репосты и мемы вызвала панику у российских интернет-пользователей и обеспокоила руководство отечественных социальных сетей. Как появляются подобные дела и по каким статьям, в каких социальных сетях можно чувствовать себя относительно безопасно, а в каких стоит внимательно следить за содержанием своих постов и комментариев. В 2017 году и первой половине 2018-го в России практически каждый день возбуждалось уголовное дело, связанное с публикациями, лайками и репостами в социальных сетях: в 2017 году 48 пользователей получили за публикации в соцсетях реальные сроки, а 411 человек стали фигурантами уголовных дел, это лишь те случаи, которые удалось выявить. По данным Верховного суда РФ количество оправдательных приговоров в 2017 году составило 0,36% от общего числа, т.е. успешное завершение дела для стороны обвинения практически гарантировано. Репрессивные органы часто не принимают во внимание контекст, не отличают публикацию от репоста, а изображение с сомнительной шуткой приравнивают к действительно опасным уголовным преступлениям. Нарисовать дело: как в России сажают. Что происходит в России с уголовными делами [ читать дальше ]

[12.10.18]Не надо по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. Идет слияние чиновничьих горизонтальных групп с наиболее продвинутыми группами криминала. В России жертвой политического преследования становится любой человек, занимающий твердую позицию права, осуществляющий простую защиту действующей конституции, потому что он немедленно сталкивается с самой системой, существование которой есть лицемерное злоупотребление правом, его искажение и наглая формализация и профанация закона, его духа и буквы. Его не мучили условиями содержания, как это практикуют с другими заключенными. Его просто запытали, а потом убили. Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир Ростеха, снова вляпался. ФСБ задержала бывшего главу СКР по Москве Александра Дрыманова, который фигурировал в материалах расследуемого ФСБ дела о коррупционных связях руководителей следственного ведомства с вором в законе Захарием Калашовым (Шакро Молодой). Абсолютно справедливо, законно и необходимо показывать, что большинство заказных уголовных дел в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. [ читать дальше ]

[12.10.18]Карюхин Палсаныч, по его признанию, агент Службы внешней разведки, спрятал сведения о своих нелегальных доходах от своего шефа из Службы внешней разведки (СВР) и от налоговой инспекции. Признанный профнепригодным агент СВР, во всяком случае он так уверял и всем совал под нос ксиву, Павел Карюхин, видно в расчете на придурков или мздоимцев, уверяет судью Николинского суда, что он купил в Москве участок земли размером 30 соток за 80 тыс рублей в 2005 году, когда она стоила там примерно 200 тысяч рублей за 1 (одну) сотку и требует от продавца, чтобы он вернул ему, Карюхину, примерно 4.5 млн рублей, которые он внес, дескать, на нужды благоустройства поселка. Уже видно, что никак не сходится. Но интересно и другое: где наскреб в 2005-06 году сотрудник Службы внешней разведки четыре миллиона с лишним рублей? Если он получал зарплату в 2 тыс долларов, что в то время было невероятно, то есть 50 тыс рублей, то ему на это понадобилось бы копить 10 лет, если бы он вообще ни на что не тратился, а если бы половину тратил на житье, то все 20 лет. Одновременно Карюхин на полученном участке срочно возвел хоромы, баню и гараж, которые обошлись не менее чем в те же 4-5 млн рублей. А эти откуда? Еще 10-20 лет? Нечисто здесь, точно нечисто, не зря Карюхин уговорил своего риелтора оформить сделку как взнос в производство - эти деньги ему не надо было показывать в налоговую и, значит, на работе, то бишь - в Службу внешней разведки, где его, уж точно, спросили бы: откуда баксы, агент Карюхин? [ читать дальше ]


  курс валют (ЦБ РФ)
USD 0.00 (0.00)
EUR 0.00 (0.00)

  09.12.17 :: актуальные темы, вопросы, события
Тебя разменяют, как пешку в игре. Памятка замгендиру Ростеха Григорию Элькину и компании: история с делом Сугробова и Ко, по задумке тех, кто за ним стоял, должна была натолкнуть полицейских на несколько очевидных выводов. Во-первых, никогда и не при каких обстоятельствах не брать в разработку «старших братьев» — сотрудников ФСБ. Даже если есть все доказательства причастности конкретного чекиста к преступной схеме, то эти данные просто передаем в ФСБ. Вроде как мы не лезем — вы со своими разбирайтесь сами. Хорошо ли это? В демократическом государстве ни одно из ведомств не должно доминировать над всеми остальными. А по мне, так это не единственный и не главный урок. Сугробова и всю его команду поддерживал в прошлом руководитель Департамента экономической безопасности МВД, ныне помощник Президента РФ Евгений Школов. А тому, в свою очередь, зеленый свет на борьбу с коррупцией дал Дмитрий Медведев. С такими покровителями молодой генерал Денис Сугробов мог не бояться никого и ничего. И он именно так себя чувствовал. А вседозволенность, как известно, приводит к страшным последствиям. Когда Сугробова и Колесникова арестовали, они верили, что эту нелепую ошибку вот-вот исправят по звонку с самого верха, и их отпустят. Уже во время суда Сугробов до последнего наделся, что за него замолвят слово, что все закончится хорошо, но… Эта история показала, что неприкосновенных нет. Какими бы небожителями ни были твои покровители, в любой момент можешь оказаться кем-то неугодным или тебя разменяют, как пешку в игре.

Тебя разменяют, как пешку в игре. Памятка замгендиру Ростеха Григорию Элькину и компании: история с делом Сугробова и Ко, по задумке тех, кто за ним стоял, должна была натолкнуть полицейских на несколько очевидных выводов. Во-первых, никогда и не при каких обстоятельствах не брать в разработку «старших братьев» — сотрудников ФСБ. Даже если есть все доказательства причастности конкретного чекиста к преступной схеме, то эти данные просто передаем в ФСБ. Вроде как мы не лезем — вы со своими разбирайтесь сами. Хорошо ли это? В демократическом государстве ни одно из ведомств не должно доминировать над всеми остальными. А по мне, так это не единственный и не главный урок. Сугробова и всю его команду поддерживал в прошлом руководитель Департамента экономической безопасности МВД, ныне помощник Президента РФ Евгений Школов. А тому, в свою очередь, зеленый свет на борьбу с коррупцией дал Дмитрий Медведев. С такими покровителями молодой генерал Денис Сугробов мог не бояться никого и ничего. И он именно так себя чувствовал. А вседозволенность, как известно, приводит к страшным последствиям. Когда Сугробова и Колесникова арестовали, они верили, что эту нелепую ошибку вот-вот исправят по звонку с самого верха, и их отпустят. Уже во время суда Сугробов до последнего наделся, что за него замолвят слово, что все закончится хорошо, но… Эта история показала, что неприкосновенных нет. Какими бы небожителями ни были твои покровители, в любой момент можешь оказаться кем-то неугодным или тебя разменяют, как пешку в игре.

Хроника событий Суд арестовал миллионы на счетах Улюкаева Взятка хлебом и колбасой: чем похожи дела Сугробова и Улюкаева Пять общих признаков двух самых громких коррупционных дел последних летВчера в 19:43, просмотров: 6681972219Громкая криминальная история экс-руководителя ГУЭБиПК, бывшего генерала Дениса Сугробова и его подчиненных дошла до Верховного суда РФ. Напомним, что Сугробову дали 22 года лишения свободы, остальные сотрудники антикоррупционного ведомства получили от 17 до 20 лет.Одно из оснований для пересмотра сурового приговора: уголовное дело по особо тяжкой статье слушал один федеральный судья единолично, а не три, как полагается в таких случаях.Готовясь к «финальному аккорду» в высшем суде страны, сугробовцы сделали интересный сравнительный анализ своего дела и дела… министра экономики Алексея Улюкаева! Казалось бы, какая вообще может быть связь между ними? Но они нашли!Об очередном повороте в главном коррупционном деле XXI века (как окрестили его) — в материале «МК».Взятка хлебом и колбасой: чем похожи дела Сугробова и Улюкаева фото: Алексей МериновАпелляционная жалоба по одному из самых громких дел современной России — делу бывшего начальника Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) Дениса Сугробова и еще восьми его подчиненных офицеров — будет рассмотрена 23 ноября 2017 года в Верховном суде РФ. Все они, напомню, были обвинены в создании организованного преступного сообщества и превышении должностных полномочий. Мосгорсуд еще весной приговорил их, да к таким срокам, что вздрогнули даже те, кто считает себя жертвами ГУЭБиПК. Свою суровость городская Фемида объяснила просто: чтобы впредь обладающим властью полицейским неповадно было. Стоит вспомнить и историю, как после задержания сотрудниками ГУЭБиПК одного из чиновников его жена покончила с собой… И все-таки большинству обвиненных — от 30 до 40 лет, и смириться с тем, что придется провести лучшие годы в тюрьме, для них равносильно смерти. Но главное даже не это, а то, что сами себя они не считают виновными (за исключением тех, кто пошел на досудебное соглашение и давно уже коротает срок — не такой большой — в колонии). Интересно, что в числе не согласных с приговором — родные экс-замглавы ГУЭБиПК Бориса Колесникова, который выпал из окна здания Следственного комитета РФ (суд даже мертвого признал виновным, но постановил прекратить уголовное дело в отношении него в связи со смертью). Вообще случаи, когда родные человека, приговоренного уже после смерти, отстаивали бы его невиновность, — явление для современной России редкое. Во-первых, потому что сил и времени для этого нужно ох как много. Во-вторых, результат этого упорства скорее всего будет отрицательным. Но для родных Бориса Колесникова это дело чести. Больше других верит в его невиновность отец, потомственный полковник милиции. Борис был ему не родным, а приемным сыном, но тот вложил в его воспитание всю душу. Настаивает на полном оправдании и супруга, теперь вдова Колесникова, которую в свое время попытались обвинить в том, что она пронесла арестованному мужу в «Лефортово» в новых ботинках кокаин. Обвинение, надо сказать откровенно, было бредовым, но после него поползли упорные слухи, что Колесников был кокаинистом.

Итак, на что уповают бывшие полицейские главного антикоррупционного управления, обращаясь в Верховный суд: вменяемые им преступления относятся к особо тяжким, а значит, по закону их должна была рассматривать коллегия из трех федеральных судей. По факту же приговор всем вынесла единолично судья Мосгорсуда Елена Гученкова.

Вообще вопрос «а судьи кто?» в деле Сугробова очень интересный. Начнем по порядку. По вменяемой им 210-й статье УК РФ полагается суд присяжных только по части 4, а всех девятерых судили по части 3. Так что народные заседатели это дело рассматривать не могли. Но вот коллегия из трех федеральных судей — вроде как обязана, если обвиняемые не против или даже настаивают на этом.

Денис Сугробов вначале написал ходатайство: мол, пусть будет именно три судьи, а не один. Но потом это свое желание он и его подчиненные изменили.

— Они думали, что если согласятся на рассмотрение дела одной судьей — Еленой Гученковой, то она смягчит им участь, — говорит отец одного из осужденных полицейских. — Может, она своим поведением давала это понять? Как бы то ни было, сугробовцы продемонстрировали: они Гученковой доверяют. А потом в процессе они сами дали ей отвод (который, впрочем, не был принят)! Что стало поводом? Оказалось, что судья Гученкова в качестве одного из эпизодов преступной деятельности Сугробова и его подчиненных рассматривала и эпизод с сити-менеджером Смоленска Константином Лазаревым. Но! Именно Гученкова продлевала арест Лазареву, когда его поместили в московский СИЗО. И если она посчитала, что арест был незаконным, то должна признать и свою ошибку и хотя бы извиниться перед Лазаревым. Ведь следствие только просит арестовывать, а именно судья выносит решение. Вообще в деле Сугробова московские судьи, которые отправляли в СИЗО без разбора всех тех, кого потом признали жертвами ГУЭБиПК, вышли сухими из воды («МК» писал, как сугробовцы даже обращались в квалификационную коллегию судей с требованием, чтобы ответственность за незаконные аресты вместе с ними разделили люди в мантиях).

Что касается рассмотрения всего дела судьей единолично, защита Сугробова пытается доказать: это является нарушением, поскольку не соответствует 30-й статье УПК. И ссылается на недавнее определение Конституционного суда от 27 июня 2017 года. Там сказано, цитирую: «В статье 30 УПК Российской Федерации в части, касающейся рассмотрения коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции уголовных дел о тяжких и особо тяжких преступлениях, введен в действие с 1 января 2004 года; до 1 января 2004 года уголовные дела о тяжких и особо тяжких преступлениях рассматривались судьей федерального суда общей юрисдикции единолично». Стоит ли это понимать, что альтернативы после 2004 года в принципе быть не должно? Не знаю. Известный адвокат, юрист Анатолий Кучерена полагает, что ходатайство об этом от подсудимых все же должно было поступить.

Допустим. Но что, если те сначала хотели трех, потом одного, а затем снова трех судей? Тут закон вообще молчит.

Есть у сугробовцев, по их словам, и другие козыри. Чтобы ярче их продемонстрировать, полицейские сравнивают свое дело с делом… экс-министра Алексея Улюкаева. И находят там похожие эпизоды и одинаковых героев.

Фото: агн москва
У Дмитрия Сугробова и Алексея Улюкаева много общего. И статья, и обвинитель, и даже способ передачи взятки. Фото: агн москва
Первое сходство — чекист Феок­тистов.

Дениса Сугробова и Алексея Уюкаева изначально разрабатывал генерал ФСБ Олег Феоктистов.

Второе — прокурор Филипчук.

И у Сугробова, и у Улюкаева опять-таки по странному стечению обстоятельств один и тот же государственный обвинитель — Павел Филипчук.

Третье — деньги на взятку.

Этот гособвинитель, кстати, почему-то в этих делах по-разному трактует закон. И вот конкретный пример. Напомню, что главный эпизод в деле Сугробова — с заместителем начальника 6-й службы 9-го управления ФСБ Игорем Деминым (офицеры ГУЭБиПК пытались спровоцировать его на получение взятки в размере 10 тысяч долларов), а единственный эпизод в деле Улюкаева — портфель со взяткой в 2 миллиона долларов.

В делах Сугробова и Улюкаева при проведении оперативного мероприятия в виде дачи взятки использовались деньги гражданских лиц с их полного согласия. Но! В первом случае гособвинитель признал это нарушением ст. 19 ФЗ «Об оперативно-разыскной деятельности» и, соответственно, превышением должностных полномочий со стороны полицейских. Причем с формулировкой «с тяжкими последствиями в виде причинения материального ущерба потерпевшему Троценко» (именно он дал деньги). А вот в деле Улюкаева использование частных средств для операции гособвинитель посчитал абсолютно законным.

Четвертое — «сакральный жест».

Помните про тот самый жест, которым якобы Улюкаев показал, что ему должны 2 миллиона? Два пальца в виде римской буквы V. Так вот, Демин тоже показал жестом, чтобы ему передали деньги. В материалах дела это есть, но вот как именно располагались пальцы, там не уточняется. То есть жесты были и там, и там, но сугробовцы обвиняются в провокации взятки, а сотрудники, которые проводили операцию против Улюкаева, нет.

Пятое — корзинка для взятки.

Демин, согласно материалам, показывал, чтобы деньги положили в корзинку для хлеба, а Улюкаеву дают корзинку с колбасой. Понятно, что суть не в корзинке, но и как тут не поразиться схожестью двух этих таких разных, казалось бы, дел? А если так, то разные подходы — повод всерьез задуматься. «То, что позволено Юпитеру, не позволено быку».

Что добиваются Сугробов и его подчиненные сейчас, отправив жалобу в Верховный суд РФ? Пересмотра дела судом первой инстанции. В этом случае есть вероятность, что отменят страшную 210-ю статью УК «Организация преступного сообщества», которая, собственно, и принесла такие огромные сроки (за простое превышение полномочий им грозило бы всего до 4 лет, и многие могли быть освобождены из зала суда с формулировкой «за отсиженным»). Но как быть в этом случае с теми сотрудниками ГУЭБиПК, кто уже отбывает срок в колонии по этой самой 210-й? Ведь в этом случае им тоже нужно «перерассчитывать» наказание.

Не исключено, что заседание в Верховном суде прольет свет на некоторые тайны этого дела. Ведь оно рассматривалось в закрытом режиме, без СМИ. Неизвестно, что говорили 29 потерпевших (признавали ли они, что в принципе совершали преступления, на которые их провоцировали сотрудники ГУЭБиПК?).

— Дело в 393 тома засекретили из-за наличия материалов оперативного учета с грифом «совершенно секретно», — рассказывает источник в МВД. — Теоретически их можно было бы рассекретить, но само МВД не дало согласия на снятие этого грифа. Почему? Потому что там реальные документы, раскрывающие все тайны оперативной работы. Есть только один поддельный документ — протокол допроса Лазарева. Но это не значит, что общественности нельзя было рассказать о каких-то эпизодах подробно, используя не «оперативный» язык, а так сказать, вольное гражданское изложение. Россияне точно имеют право знать все о самом громком антикоррупционном деле века.

■ ■ ■

История с делом «Сугробова и Ко», по задумке тех, кто за ним стоял, должна была натолкнуть полицейских на несколько очевидных выводов. Во-первых, никогда и не при каких обстоятельствах не брать в разработку «старших братьев» — сотрудников ФСБ.
— Даже если есть все доказательства причастности конкретного чекиста к преступной схеме, то эти данные просто передаем в ФСБ, — говорит источник в МВД. — Вроде как мы не лезем — вы со своими разбирайтесь сами. Хорошо ли это? В демократическом государстве ни одно из ведомств не должно доминировать над всеми остальными.А по мне, так это не единственный и не главный урок. Сугробова и всю его команду поддерживал в прошлом руководитель Департамента экономической безопасности МВД, ныне помощник Президента РФ Евгений Школов. А тому, в свою очередь, «зеленый свет» на борьбу с коррупцией дал Дмитрий Медведев. С такими покровителями молодой генерал Денис Сугробов мог не бояться никого и ничего. И он именно так себя чувствовал. А вседозволенность, как известно, приводит к страшным последствиям. Когда Сугробова и Колесникова арестовали, они верили, что эту «нелепую ошибку» вот-вот исправят по звонку с самого верха, и их отпустят. Уже во время суда Сугробов до последнего наделся, что за него замолвят слово, что все закончится хорошо, но…
— Эта история показала, что неприкосновенных нет, — говорит адвокат Анна Ставицкая (она была защитником в деле на одном из этапов). — Какими бы небожителями ни были твои покровители, в любой момент можешь оказаться кем-то неугодным или тебя разменяют, как пешку в игре.
— После задержания Сугробова количество уголовных дел, связанных с взяточничеством, резко пошло вниз, — говорит отец осужденного. — В 2015 году их число сократилось на 5%, в 2016-м — на 25%, в первом полугодии 2017 года Генпрокуратура зафиксировала снижение еще на 13,9 %. Хотите сказать, что взяток в России стали брать меньше?!Но по мне, так и это не самая соль всего «сугробовского» дела. Следствие, как ни старалось, не нашло у его фигурантов огромных счетов, имущества и т.д. Все, что было и у Сугробова, и у Колесникова, оказалось приобретенным на законных основаниях. Аресты с их имущества сняли. То есть экономической выгоды в деле полицейских не нашли, а все их преступления объяснили стремлением к карьерному росту. Сугробовцы делали все не за деньги, а за ордена и медали. То ли они идиоты, то ли что-то в этой истории еще скрыто. И в материалах дела часто звучит, что они старались как можно больше задерживать, улучшая показателей в работе. Значит, все-таки у власти был установленный план «посадок»? И вообще такие планы в нашей стране, выходит, есть? Осознает ли обвинение, что разоблачает этим всю нашу правоохранительную систему?Дело Алексея Улюкаева. Хроника событий
Ева Меркачева Заголовок в газете: Те же взятки, только в профиль Опубликован в газете "Московский комсомолец" №27553 от 23 ноября 2017


Ваши коментарии
Уважаемые посетители, ваши коментарии проверяются администратором сайта.
Пожалуйста, избегайте употребления ненормативной лексики. Сообщения рекламного характера также будут удалены.
Спаибо за понимание.
Имя (*)

E-mail (*)

Ваш комментарий (*)


  архив новостей
Показать:
  поиск по сайту
Искать:   
в новостяхв гл. новостяхв анонсахв темахза нами МоскваМы были правы...
© РИА "АРБИТР" 2002-2005. При использовании материалов, содержащихся на страницах электронного издания РИА АРБИТР, ссылка на www.ria-arbitr.ru обязательна.