Русское Информационное Агентство
 сегодня 12 ноября 2019 г. на главную  контакты   
  главная новость

[00.00.00] Пришли мне зов услышь прошу мою мольбу яви рабу пророчество В знак нелюбви себе хочу простого одиночества Не вспоминать и не искать не ждать и не надеяться Жизнь натянуть как нить тугую Здесь в светлой яви не в аду я Приму легко судьбу любую Не Прометеева скала и не его оковы Я в келье заковал себя и так проходят годы Держу себя я за грудки недрогнувшей рукою Ломаю кости ног своих чтобы не быть с тобою Чтобы и кости мне спасти и чтоб из кельи не уйти Моей свободе за флажки осознанной необходимости Никто не в силах мне помочь я сам себя морочу Над жертвенным огнем молчу лишь уголья ворочаю Стенает сытый сатана от грехопресыщения Горящим взором на меня он смотрит с отвращением[ читать дальше ]


  анонсы

[00.00.00] Попытки самостоятельных расследований уголовного дела, предпринимаемые со стороны адвокатов обвиняемых, свидетелей, подозреваемых или осужденных, рассматриваются в России как препятствие следствию, обвинение в этом сочиняется, точнее переписывается слово в слово с предыдущего случая самим следователем и никем более не контролируется кроме, конечно, начальника по вертикали, передается в суд, слово в слово еще раз копируется судом, который отправляет обвиненного в этом страшном преступлении в СИЗО на два месяца с правом продления, и суд не отказывает следователю ни в том, ни в другом; этот дамоклов меч совершенно запугал адвокатов, так что в реальной их способности помочь жертве произвола просто нет; и они сами прекрасно отдают себе в этом отчет. Примеры судеб некоторых геройских или наивных адвокатов служат полезным примером и демонстрационным эффектом для всех иных причастных к теме. Путин предложил смягчить «предпринимательские» статьи в УК: мы вас посадим не за то, что взяли, а за то что назад не положили... Это как бы мягкий увод дел от следователей. Кудрин рассказал о миллиардном воровстве в Роскосмосе. Роскосмос входит в Ростех и при этом яростно соперничает с ним, а был бы козел, отпущение найдется. Компанию может возглавить, например, Элькин. Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, всегда держит нос по ветру и чует, где что и как плохо лежит. Такая система настолько прижилась, что справиться не может или не хочет никто, в том числе Путин. [ читать дальше ]

[00.00.00] Появление на острие копья популизма добровольцев-опричников - объективная данность. В интересах, ими воспринимаемых как интересы страны, молодые генералы, ощущая себя избранниками Бонапарта, готовы действовать не по закону, а по необходимости, и довольно быстро их дела превращаются в действия по понятиям, сближающим их с профессиональными уголовниками. Смертники неясной цели, они олицетворяют собой фактическое признание власти собственной неспособности решать назревшие вопросы развития общества с помощью Закона. Чем больше разводится кругов вокруг личности Путина, тем больше впечатление, что он - лишь номинальный носитель скипетра, и ему реально принадлежит лишь эйфорийная буза вокруг снимаемых генералов и рукопожатных президентов и канцлеров, - таких же временщиков, как и он. Но слышали ли вы о вышедших на свободу ошельмованных людях? Притеснения, преследование и репрессии против предпринимателей, а в более широком плане - против среднего класса нанесли невосполнимый урон развитию страны, и речь идет не только о текущих событиях и явлениях, но и о среднесрочной и уже долгосрочной перспективе: последствия видны во всех без исключения отраслях и разделах экономики и общественной жизни. Вопрос посадки умных и талантливых людей, отягощенный бегством их из страны, уже продолжительное время прямо отражается на экономической состоятельности страны. Уже сейчас не существует отрасли в экономике, которая не сталкивалась бы с дефицитом предложения квалифицированного труда. Общеизвестный дефицит проектов для банковского кредитования, тормозящий кредитную экспансию, имеет в основании не столько низкую рентабельность проектов в РФ или высокую кредитную ставку, сколько недостаток специалистов, которые готовы были бы эти проекты не только осуществлять, но и предлагать. И как вы думаете, куда они подевались, если общеизвестно, что 800 тысяч таких спецов сидит по тюрьмам. То, что дальше будет хуже, всем более или менее понятно — новые группы инициативных предпринимателей и наемных работников, выходящие на рынок, будут сильно меньше присутствующих на нем сейчас. Ефрейторы-генералы в тюрьме и в кресле начальника, Никандров и Агафьева, Бастрыкин и Морозов, Сугробов и Куденеев, Голиков и Элькин, Чайка и Карюхин отнять и разрушить могут, но сами-то ничего не создают и не умеют... И нет ни малейшего желания позлорадствовать или посмеяться над судьбами молодых генералов вроде Колесникова, Дениса Никандрова и других, причем не зависимо от их личных качеств. Это объективная данность - появление на острие копья популизма добровольцев-опричников, которые в интересах, ими воспринимаемых как интересы страны, готовы действовать не по закону, а по необходимости, и довольно быстро их дела превращаются в действия по понятиям, сближающим их с профессиональными уголовниками. [ читать дальше ]

[00.00.00] Заказные уголовные дела в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского общества. Система такова, что Власть считает противозаконным не нарушение ею Закона, а борьбу граждан против этих нарушений. Полицейская провокация и cтукачество культивируются. Каратели выпускают своих - таких же карателей, но попавшихся или нарушивших законы круговой поруки, их отодрали розгами, - а лакеи от порки становятся только послушнее, - и отпустили. А оболганный и замордованный гражданин не только сидит, куда его определил очередной капитан Сидоров или генерал Никандров, но и является объектом пристального внимания свежеиспеченных генерал-капитанов вроде Голикова или Агафьевой, потому что они уже нашкодили, и если людей, посаженных с их доноса или в результате их рейдерских действий, выпустят, что с ними будет? Не надеясь на закон, люди практикуют самосуд, отсюда бунты в тюрьмах, Сизо и колониях, нападения на полицейских, несовершеннолетние террористы, вандализм. Не верь, не бойся, не проси и не надейся: коли случится, что вашего следователя-палача разоблачат и осудят, как Сидорова и Морозова из ГСУ Москвы, - это не дает никакого шанса на то, что вас оправдают и выпустят на свободу. Каратели прикрываются решениями послушных судей, и вам придется обращаться в тот же суд [ читать дальше ]


  актуальные темы, вопросы, события

[00.00.00]Уже случилось все, и ничем и никого нельзя удивить во всей России, в том числе генпрокурора Чайку, любого прокурора сверху донизу, ни одного следователя во всей огромной России. В своем заявлении генпрокурору Ю.Чайке и низложенному прокурору Москвы Куденееву свидетель сообщил: Г.И.Элькин, П.А.Карюхин и компания умыкнули государственный лес, - да не где-нибудь, а в самой Москве, - прибегли к обману госорганов и нанесли ущерб другим участникам рынка. Полиция отказалась возбудить дело. В ответ на жалобу прокуратура ответила, что только вчера во всем разобралась и отменила решение об отказе в возбуждении уголовного дела: так что жаловаться не на что, сами расследуем и решим - в этой связи в жалобе свидетелю отказать. Прошли месяцы - никакого движения. Добросовестный свидетель вновь спрашивает органы: почему не ведется расследование преступления; ему сообщают: оснований возбудить дело нет, а Элькин не допрошен, потому что очень занят; гражданин пишет жалобу, и, как велел Путин, полписывается под нею своим именем, через пару месяцев ему отвечают: отказ в возбуждении дела был неправильным, назначено дополнительное расследование. Он пишет новую жалобу; ему отвечают: извините, только вчера (буквально!) мы отменили прежнее решение об отказе в жалобе и направили на дополнительное расследование. Вновь проходят месяцы, и свидетель сам подает в суд. И что вы думаете? В суд приходит из прокуратуры заявление, что вот только вчера мы отменили отказ на жалобу на отказ на другую жалобу на отказе возбудить уголовное дело и направили на дополнительное расследование вопроса. Каково? Но удивительнее всего то, что этим фактом невозможно никого удивить, в том числе генпрокурора Чайку, любого прокурора сверху донизу, ни одного следователя во всей огромной России. [ читать дальше ]

[00.00.00]Не надейтесь, что вас освободят, как только разоблачат следователя, посадившего вас по заказу. Прийдет новая плеяда таких же умельцев, воз останется там же. Даже под амнистию попали те, кто был осужден за заведомо ложный донос, лжесвидетельство, фальсификацию и вынесение неправосудных приговоров. Охотно помиловали также расхитителей бюджетных средств в крупных размерах. Сегодня амнистия затронула людей, которые участвовали в организации заказных уголовных дел и причастных к посадке невиновных. Следователь ГСУ Мосевы Сидоров, который состряпал уголовное дело против обвиняемого, был взят с поличным и - не чета Белых: сразу брал полмиллиона, - был осужден, уволен генерал Морозов, шеф Сидорова, но сейчас, попрежнему нарушая все процедурные правила и законы РФ, бодренько продолжают торить прежний заказ капитан-умелец, а может, уже майор Голиков и его шеф-начальник ГСУ Москвы генерал Агафьева, а те, кто настрочил заведомо ложные доносы - друзья и сообщники Сидорова и Морозова - рейдеры Григорий Элькин, Павел Карюхин, Лозовая и другие, продолжают использовать в своих корыстных интересах и умыкнутый государственный лес и построенные за чужойй счет коммуникации. Следователи ОВД Якиманка в 2010 году уже были героями различных передач и новостных лент, когда, насколько я помню пятеро следователей этого ОВД пустились в бега, будучи уличенными в фальсификации уголовных дел. [ читать дальше ]

[00.00.00]По заведомо ложному доносу возбудили, обвиняемого обвинили, объявили в розыск, в качестве меры пресечения присудили арест. Таких случаев не сосчитать и они не вызывают никакого интереса у следователей и прокуроров всей России, включая генерального и его замов, - для них это рутина, это происходит ежедневно. В России нет действенного механизма защиты граждан, сообщивших о преступлении. Более того, зачастую они сами становятся теми, против кого начинается уголовное преследование. В одном из писем Путину объясняют, что по заказу замгендира Ростеха Григория Элькина и его рейдеркоманды - бывшего налоговика Романа Кузюры и уволенного агента СВР Павла Карюхина, по ложному доносу члена группы Е.Лозовой человека оболгали и возбудили уголовное дело на том основании, что будто бы у члена этой команды Е.Лозовой в 2006 году пропали из ячейки Газпромбанка деньги, заложенные в одном из отделений ГПБ. И хотя даже сама Лозовая не утверждала, что обвиняемый имел отношение к этому факту, следователь Мастеренко из Троицкого округа написала обвинительное постановление, хотя накануне сама признала обвиняемому в присутствии его адвоката, что не видит оснований в возбуждении дела, но этого от нее требует ее начальство. Дело тут же перебросили новому начальнику ГСУ Москвы генералу Агафьевой и она с помощью капитана Голикова быстро достряпала блюдо, несмотря на то, что из Газпромбанка пришло официальное письмо, что в 2006 году даже отделения банка, на которое ссылается в своем пасквильном заявлении Лозовая, не существовало, оно было открыто только в 2011. Мэра Владивостока приговорили к 15 годам колонии строгого режима и штрафу в 500 млн рублей за взятки [ читать дальше ]


  За нами Москва!

[00.00.00] Любые попытки самостоятельного расследования уголовного дела, предпринимаемые со стороны адвокатов обвиняемых, свидетелей, подозреваемых или осужденных, рассматриваются в России как препятствие следствию, обвинение в этом сочиняется, точнее переписывается слово в слово с предыдущего случая самим следователем и никем более не контролируется кроме, конечно, начальника по вертикали, передается в суд, слово в слово еще раз копируется судом, который отправляет обвиненного в этом страшном преступлении в СИЗО на два месяца с правом продления, и суд не отказывает следователю ни в том, ни в другом; этот дамоклов меч совершенно запугал адвокатов, так что реальной их способности помочь жертве произвола просто не существует; и они сами прерасно отдают себе в этом отчет. Такая система настолько прижилась, что справиться с нею не может или не хочет даже Путин. Судьбы некоторых геройских или наивных адвокатов служат полезным примером и демонстрационным эффектом для всех иных причастных к теме. Путин предложил смягчить «предпринимательские» статьи в УК: мы вас посадим не за то, что взяли, а за то что назад не положили... Это как бы мягкий увод дел от следователей. Кудрин рассказал о миллиардном воровстве в Роскосмосе. Роскосмос входит в Ростех и при этом яростно соперничает с ним, а был бы козел, отпущение найдется. Компанию может возглавить, например, Элькин. Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, всегда держит нос по ветру и чует, где что и как плохо лежит. В каком смысле и почему собрался Роскосмос на Луну? Роскосмос является рекордсменом по масштабам финансовых нарушений, в госкорпорации были выявлены различные нарушения дисциплины, в том числе нерациональные траты. Неправильно проводятся процедуры закупок, завышены цены, очень много омертвлено средств на недостроенные объекты или на объекты, которые просто простаивают, не использованы средства на счетах месяцами. Несколько миллиардов утрачено — то есть, по сути, своровано [ читать дальше ]

[00.00.00] Притеснения, преследование и репрессии против предпринимателей, а в более широком плане - против среднего класса нанесли невосполнимый урон развитию страны, и речь идет не только о текущих событиях и явлениях, но и о среднесрочной и уже долгосрочной перспективе: последствия видны во всех без исключения отраслях и разделах экономики и общественной жизни. Вопрос посадки умных и талантливых людей, отягощенный бегством их из страны, уже продолжительное время прямо отражается на экономической состоятельности страны. Уже сейчас не существует отрасли в экономике, которая не сталкивалась бы с дефицитом предложения квалифицированного труда. Общеизвестный дефицит проектов для банковского кредитования, тормозящий кредитную экспансию, имеет в основании не столько низкую рентабельность проектов в РФ или высокую кредитную ставку, сколько недостаток специалистов, которые готовы были бы эти проекты не только осуществлять, но и предлагать. И как вы думаете, куда они подевались, если общеизвестно, что 800 тысяч таких спецов сидит по тюрьмам. То, что дальше будет хуже, всем более или менее понятно — новые группы инициативных предпринимателей и наемных работников, выходящие на рынок, будут сильно меньше присутствующих на нем сейчас. Генералы в тюрьме и в кресле начальника, Никандров и Агафьева, Бастрыкин и Морозов, Сугробов и Куденеев, Голиков и Элькин, Чайка и Карюхин отнять и разрушить могут, но сами-то ничего не создают и не умеют... [ читать дальше ]

[00.00.00] Чем больше разводится кругов вокруг личности Путина, тем больше впечатление, что он - лишь номинальный носитель скипетра, и ему реально принадлежит лишь эйфорийная буза вокруг снимаемых генералов и рукопожатных президентов и канцлеров, - таких же временщиков, как и он. Но слышали ли вы о вышедших на свободу ошельмованных людях? Их время придет, - когда уберут и уберут плохо... Притеснения, преследование и репрессии против предпринимателей, а в более широком плане - против среднего класса нанесли невосполнимый урон развитию страны, и речь идет не только о текущих событиях и явлениях, но и о среднесрочной и уже долгосрочной перспективе: последствия видны во всех без исключения отраслях и разделах экономики и общественной жизни. Вопрос посадки умных и талантливых людей, отягощенный бегством их из страны, уже продолжительное время прямо отражается на экономической состоятельности страны. Уже сейчас не существует отрасли в экономике, которая не сталкивалась бы с дефицитом предложения квалифицированного труда. Общеизвестный дефицит проектов для банковского кредитования, тормозящий кредитную экспансию, имеет в основании не столько низкую рентабельность проектов в РФ или высокую кредитную ставку, сколько недостаток специалистов, которые готовы были бы эти проекты не только осуществлять, но и предлагать. И как вы думаете, куда они подевались, если общеизвестно, что 800 тысяч таких спецов сидит по тюрьмам. То, что дальше будет хуже, всем более или менее понятно — новые группы инициативных предпринимателей и наемных работников, выходящие на рынок, будут сильно меньше присутствующих на нем сейчас. [ читать дальше ]


  Мы были правы - мы ошибались.

[00.00.00]Григорий Иосифович Элькин, скандальный владелец фирм по сточным водам и по совместительству замгендир в структуре Ростеха, снова вляпался. Глава СКР по Москве Александр Дрыманов фигурирует в деле о коррупционных связях руководителей следственного ведомства с вором в законе Захарием Калашовым (Шакро Молодой). В России жертвой политического преследования становится любой человек, занимающий твердую позицию права, простую защиту действующей конституции, потому что он немедленно сталкивается с самой системой, существование которой есть лицемерное злоупотребление правом, его искажение и наглая формализация. Поэтому совершенно справедливо, законно и необходимо показывать, что большинство заказных уголовных дел в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. Интенсивно идет слияние чиновничьих горизонтальных групп с наиболее продвинутыми группами криминала. [ читать дальше ]

[00.00.00]В России жертвой политического преследования становится любой человек, занимающий твердую позицию права, простую защиту действующей конституции, потому что он немедленно сталкивается с самой системой, существование которой есть лицемерное злоупотребление правом, его искажение и наглая формализация. Поэтому совершенно справедливо, законно и необходимо показывать, что большинство заказных уголовных дел в России - это преследование по политическим мотивам, а так называемые свидетели, подозреваемые, обвиняемые, арестованные и осужденные - это по большей части жертвы политического террора: не следует по-страусинному совать голову в песок - уголовное преследование - это политический террор, призванный запугать и дезориентировать население, воспрепятствовать укреплению и организации гражданского обшества. Интенсивно идет слияние чиновничьих горизонтальных групп с наиболее продвинутыми группами криминала. [ читать дальше ]

[00.00.00]Генерала Никандрова уже выпускают... А главу Коми Вячеслава Гайзера за то же самое посадили на 11 лет. Лучше других известен следственный отдел Новой Москвы во главе с его начальником и известным любителем мата; вот о них мы и поговорим. В российской судебной системе и практике уголовные дела затеваются не потому что нарушен закон и добросовестный свидетель написал заявление: в 99 из 100 случаев уголовное дело не будет возбуждено, - а совершенно по иным причинам и мотивам. Я уже шесть лет обличаю директора Росстандарта Г.И.Элькина и его подельников П.А.Карюхина, Е.Лозовую и известного зиц-председателя и налоговика Кузюру в том, что они незаконно умыкнули государственный и охраняемый лес не где-нибудь, а в столице нашей родины Москве, и все без толку, даже не допросили никого из них, - очень заняты; правда Элькина уволили из директоров и теперь он замдир в системе Ростеха, а Карюхина изгнали из-за служебной несостоятельности из Службы внешней разведки, Кузюру - из председателей СНТ Радость, и он наверное председательствует в другом СНТ Рога и Копыта, а Лозовая лишь строчит новые ложные показания; а писал я об этом всем ответственным и по нормальной логике заинтересованным лицам - Чайке, Путину, прокурору Москвы, множеству начальников полиции, прокурорам, судьям, - и все впустую, воз и ныне там, а рейдеры благополучно пользуются особо охраняемым природным объектом, огородили его забором и выгуливают боевых собак, чтобы случайным прохожим неповадно было соваться на частную территорию. Но все будет иначе, если репрессивные службы сами порешили такое уголовное дело завести, вот тут-то немедленно возникает так называемый свидетель, - Е.Лозовая, например, - в системе права он именуется ложный доноситель, а среди порядочных граждан - стукач, - и в течение трех-десяти дней будет оформлено дело, предъявлено обвинение и обвиняемый окажется в Сизо, куда его отправит самый справедливый суд в мире. Это происходит повсеместно, но мне лучше других известен следственный отдел Новой Москвы во главе с его начальником и известным любителем мата; вот о них мы и поговорим. [ читать дальше ]


  курс валют (ЦБ РФ)
USD 63.73 (+63.73)
EUR 70.42 (+70.42)

  16.10.03 :: актуальные темы, вопросы, события
Как войти в Европу? Часть первая: путь, закрытый для России. Часть вторая: путь, открытый для России

GlobalRus






Как войти в Европу? Часть первая: путь, закрытый для России.



Формально Россия имеет все основания надеяться попасть в Европейский Союз. То, что ее занесло на соседний с Европой континент – не помеха. Среди кандидатов в ЕС есть Турция, большая часть которой - тоже в Азии. Достаточно хотя бы частично принадлежать географической Европе, официально провозгласить курс на вступление в Европейский союз и, главное, – выразить готовность разделить европейские ценности – т.е. обязаться соответствовать определенному морально-политическому и экономическому кодексу, в 1998 году сформулированному в виде Копенгагенских критериев – демократия, права человека, права меньшинств, социально ориентированный свободный рынок и т.д. Кроме того, собравшаяся в Евросоюз страна автоматически обязуется сделать все, что потребуется для достижения всесторонней конвергенции с ЕС – подстроить свое законодательство, провести экономические реформы, быть готовой нести обязательства члена союза, в т.ч. финансовые и т.д. Выравнивание жизненного уровня с лидерами ЕС не является обязательным: большинству вступающих сейчас стран до этого далеко, однако его стабильное сближение со среднеевропейским желательно. Провозглашение ориентации на вступление в ЕС не ведет автоматически к подаче и принятию заявки, а принятая заявка не обещает немедленного кандидатского статуса. Обычно подаче заявки предшествует напряженный закулисный торг. То, что послевоенная Хорватия весной с.г. подала официальную заявку, а провозгласившая курс на полную интеграцию в евро-аталантические структуры Украина – нет – не случайно: обе страны несомненно получили соответствующие сигналы. Впрочем, все и так очевидно: собственные концепции будущего ЕС предусматривают – пусть неизвестно когда и в каком порядке - присоединение к союзу проблемных Западных Балкан, но не предполагают ничего подобного для европейских членов СНГ. Выдвинутая в этом году Комиссией Евросоюза (КЕС) концепция «Новых соседей» говорит о России, Украине, Белоруссии и Молдавии и молчит о западных Балканах именно поэтому: с первыми предполагается соседство, со вторыми – близость иного порядка.



За время существования ЕС и его предшественников сама модель вступления в Союз претерпела серьезные изменения. Первые послевоенные европейские сообщества были способом договориться и снять противоречия между равными. Так дело обстояло еще в 60-е – 70-е годы – во время переговоров о вступлении Великобритании, которые потому так затянулись, что сопровождались поиском компромисса между правилами сообщества и правилами будущего участника. Иными словами, Англия договаривалась долго, потому что договаривалась на равных. Постепенно акценты сместились. После вступления Великобритании к сообществу больше не присоединялись государства по численности населения, экономическому потенциалу и политическому весу сопоставимые с грандами-основателями. Со времени вступления Греции, а затем Испании и Португалии, переговоры о присоединении к Европейскому Сообществу все больше превращались в переговоры о принятии, стали подразумевать акт распространения заведомо лучших правил и условий Сообщества на страны, живущие в худших правилах и условиях. Кандидатство Турции и стран Восточной Европы окончательно закрепило эту метаморфозу. Присоединение равных по благополучию скандинавов и австрийцев мало что изменило, в силу их политической и демографической легковесности. Окончательно созрела идея «общего багажа», acquis communautaire – правового достояния сообщества, выработанного участниками и не обсуждаемого аппликантами. Проблема России в том, что она хотела и реально могла бы вступать как Великобритания, но такой модели присоединения больше нет, и вступать она может только как Польша или Латвия. Вернуться к британскому варианту присоединения не готовы ни технократы Еврокомиссии, ни страны-члены.



Официальное провозглашение в качестве национально-политической сверхзадачи формального присоединения к Евросоюзу лишит Россию последних остатков равноправия в отношениях с ЕС. Наше уже весьма редуцированное равноправие в настоящий момент существует целиком благодаря нашему спокойствию на фоне охватившей Восточную Европу мании вступления в ЕС любой ценой и как можно быстрее. Даже сейчас это равноправие скорей de jure, чем de facto. Слишком силен экономически Европейский союз, а его последнее расширение отняло у нас возможность иметь дело с разными Европами. Нет Европы, кроме Евросоюза, а значит, нет и прежней нашей свободы. Куда мы ни повернемся, к чему ни обратим взор, повсюду будем натыкаться на одни и те же ЕС-овские правила и директивы, а значит, наше подчинение им в значительной степени предопределено и неизбежно. Европейская бюрократия все сильней собирает и контролирует свое разбегающееся стадо: государствам-членам дают понять, что сепаратные отношения с Россией не приветствуются, а нам - что на каждый наш вопрос, кому бы из стран-участников он ни был адресован, нужно ждать консолидированного европейского ответа. Например, все попытки минобразования заключить с отдельными странами соглашения о признании дипломов, отвергались с порога ссылкой на отсутствие общеевропейского решения. Уже сейчас отношения с ЕС не являются подлинно равноправными: ЕС с позиции сильного разговаривает с нами по самым различным вопросам - от правовых до экономических. Известно, что согласие Евросоюза на наше вступление в ВТО обусловлено рядом трудноисполнимых экономических требований – от открытия отечественного банковского и страхового рынка, до снятия квот на европейскую продукцию и отмены оплаты за транссибирский воздушный транзит и так далее вплоть до самого нереального – уравнивания внутренних цен на энергоносители с европейскими. Начало серьезного разговора об отмене визы обусловливается нашим согласием на весьма сомнительную для нас концепцию реадмиссии (в Россию будут депортироваться не только наши граждане, нелегально оказавшиеся в Европе, но любые нелегалы, заявившие, что прибыли через территорию РФ). Жесткость чиновников КЕС на любых переговорах с русскими – притча во языцех в наших министерствах.



Вступление в ЕС больше не представляет собой выбор равных: это не брак - ни по любви, ни по расчету. Речь идет о присоединении к закрытой привилегированной корпорации, скорее напоминающее вступления в ЦК партии советского образца. По закону жанра перед гипотетическим вступлением России придется пройти долгий, тяжелый и неопределенно продолжительный период кандидатства. Никаких иллюзий не может быть относительно того, что за это время Россия обязана будет выполнить все условия европейской бюрократии и стран-членов – как старых, так и новых. К уже существующим требованиям, вроде перечисленных выше, добавятся труднопрогнозируемые новые. Несомненно одно: европейцы попытались бы выбить из нас все возможные уступки, пока это позволяет временная слабость и неполноправность, сопряженная с кандидатским статусом. Несомненно и то, что в случае России эти требования были бы максимально жесткими, а контроль за их исполнением - самым безжалостным; в порядке превентивной компенсации будущего влияния в союзе новой большой страны. Как всякому кандидату, нам нужно было бы отказаться от всех порочащих и лишних связей, стать максимально прозрачными и послушными. Европейцев придется пустить везде. Придется согласиться на интернационализацию чеченской проблемы через европейское посредничество: несколько стран Евросоюза регулярно отказываются подписывать какие-либо совместные заявления с Россией, если в них не будет упоминания о Чечне. Скорее всего, произойдет распад всех интегрированных пространств, созданных по инициативе или при участии России: ЕС может потребовать, например, введения визы с Казахстаном, любых дополнительных ценовых и таможенных барьеров с кем угодно и т.д. Как это происходит, ясно видно на примере моделей в миниатюре - Кипра и Мальты, которые вводят невыгодные для себя визовые режимы, меняют налоговое законодательство, отказываются от своих любимых офшоров. Максимум, что можно выторговать в этом случае – это переходный период, да и то не очень долгий.



Брюссельская бюрократия – небесное воинство, ангельский чин Евросоюза, первая задача которого – блюсти ковчег с его заповедями. Свод заповедей называется acquis communautaire. Это вся совокупность законодательных и нормативных актов ЕС, образовавшаяся на правовом пространстве, состоящем из суммы уступленных каждой страной-членом в общую копилку долей национального суверенитета. Acquis включает все - от «европейской конституции» до весьма частных инструкций и директив. Каждый саммит ЕС, каждое заседание европейского совета на министерском уровне, многие технические решения Еврокомиссии пополняют ковчег. Подобно настоящим заповедям, acquis не является предметом выборочного торга: его можно принять или отвергнуть только во всей его сложной совокупности. Общий багаж acquis вырабатывается всеми полноправными участниками союза, сфера его применения постоянно расширяется, возрастает подробность регламентации, доходящая порой до болезненной мелочности. Это означает, что чем позже вступает страна, тем больше сумма без ее участия выработанных правил и принципов, которые ей придется соблюдать. Когда мы придем в Евросоюз, в «общем багаже» просто может не оказаться вещей нашего размера.



Чем своеобразней вступающая страна, тем труднее ей уместиться в прокрустовом ложе acquis. Заявляя сейчас о курсе на членство в ЕС, Россия соглашается с тем, что ее торговля, добывающая отрасль, налоги, юстиция, недра, воды и леса будут регулироваться не только правилами, уже выработанными Францией и Грецией, Ирландией и Португалией, но и теми, которые – во все новых областях за долгий период ожидания на пороге - составят для нас Польша, Латвия, Кипр и Словения, а несколько позже - Румыния, Болгария и Турция. Требовать иного, значит покушаться на основы Евросоюза.



Разумеется, нет ничего худого в том, чтобы принять чужие правила, если они хороши. Проблема в ином: конкретные выгоды и потери от нашего гипотетического присоединения к ЕС по конкретным отраслям пока не просчитаны. Это относится не только к нашему весьма фантастическому кандидатству, но и к такой реальной вещи, как последствия ухода в ЕС Восточной Европы для нас и для самих восточных европейцев. Брюссельские технократы упорно отклоняют все наши попытки затеять обсуждение последствий расширения ЕС, заменяя его заклинаниями о «долгосрочном положительном эффекте» для всех и вся. Под долгосрочным эффектом в случае Восточной Европы, как правило, упрощенно понимается то, что богатый и сильный Евросоюз переварит несколько более слабых экономик и малочисленных обществ, что конвергенция произойдет автоматически – пересаженные ткани быстро приживутся в новом организме в силу своих малых размеров и здоровья и силы принявшего их тела. Что подразумевается под долгосрочным положительным эффектом для нас еще менее ясно. Тем более не понятно, возможна ли аналогичная пересадка в ЕС России, нет ли оснований опасаться отторжения большого инородного органа или поражения и гибели всего организма? Применительно к себе, мы имеем самое туманное представление о том, насколько и в каких областях каноны acquis подходят такой необычной стране, как Россия, какое время займет полная перестройка под них и, главное, какова будет внутренняя цена такой перестройки.



И наконец, самое главное. Независимо от того, как мы ответим для себя на вопрос о цене и целесообразности нашего присоединения к ЕС, европейская бюрократия уже ответила на него отрицательно: в Брюсселе считают, что вхождение в ЕС России обойдется союзу слишком дорого, будет иметь катастрофический эффект для его органов и способов их функционирования.



Взять хотя бы внутренние механизмы власти в ЕС, за которую - о чем мы склонны забывать, относясь к ЕС идеалистичней, чем сами европейцы – там тоже идет борьба. Любопытно было следить за торгом при распределении голосов и властных полномочий в новой европейской конституции, когда блок малых стран пытался переиграть интересы больших. Нынешняя волна расширения привела к смене многих конкретных властных механизмов. Начинающаяся в октябре в Риме межправительственная конференция ЕС должна окончиться принятием нового договора о Евросоюзе, его новой конституции. Согласовано перераспределение голосов между странами в Евросовете, количество мест в Европарламенте, идет дележ мест в Еврокомиссии. При всем том новая конституция сохраняет главный принцип – количество голосов страны пропорционально ее населению. Расширяется круг вопросов, которые будут решаться в Евросовете не единогласно, а большинством. Неудивительно, что недоверие малых стран к большим, которое вообще является константой европейского политического психоанализа, в наши дни особенно обострилось. Отдадим себе отчет в том, что не только брюссельские херувимы не готовы посадить в Европарламенте больше русских депутатов, чем немецких, или отдать России больше голосов в Совете министров ЕС, чем Франции, эта мысль кажется дикой прежде всего странам членам – большим и малым – и, увы, их народам. Сказанное в полной мере относится и к надеждам Украины, равной по населению Франции. При существующих в ЕС законодательных механизмах, участие в них России означало бы, что ни одно решение не может быть принято вопреки ей. Нам было бы достаточно договориться с Германией или Францией, чтобы не пропустить какое угодно решение, и легче, чем кому бы то ни было, создать группу больших и малых добровольцев, чтобы настоять на собственных интересах. Однако не только наши частые недоброжелатели, вроде Дании или Финляндии (а совсем скоро - Латвии и других сердитых новичков), но и в целом лояльные Берлин, Рим, Мадрид не желают принять нас на все готовое и столь серьезно поделиться властью в рожденном, выстраданном и оплаченном ими союзе.



Брюссель только разжигает всеобщие опасения, с ужасом представляя себе, в случае вступления России, тотальную переделку механизмов принятия решений, которые не смогут ни походить на нынешние, ни пользоваться простыми и ясными категориями пропорциональности голосов и большинства. Приближение России к ЕС уже ведет к падению брюссельских ангелов, выражающемуся в необходимости нарушать трепетно хранимые ими заповеди. Калининградский вопрос спровоцировал отступление от шенгенского уложения, вступление нынешней десятки кандидатов влечет за собой и другие неприятности – от непреодолимой энергетической зависимости от России стран-членов и обширной российской собственности на их территории до советских дипломов об образовании у нескольких миллионов граждан ЕС. Внезапное подключение России к Болонскому процессу в сентябре (движение в сторону эквивалентности дипломов о высшем образовании), кроме желания облегчить перекачку мозгов, обусловлено не в последнюю очередь этим новым обстоятельством.



При всех обстоятельствах нам стоит присмотреться к тому, что творится с Турцией – страной, по европейским меркам, чрезвычайно многонаселенной и бедной, которая, подобно влюбленным римских комедий, с причитаниями и угрозами не первое десятилетие топчется на пороге дома обожаемой Европы. С точки зрения европейского общественного мнения и еврократов, Турция и Россия - случаи сходные по своей сомнительности, европейский статус обеих стран европейцам неочевиден. Вспоминают их евразийское положение, культурную самобытность, на протяжении долгого времени отдельное от остальной Европы историческое развитие, сравнительно недавний и трудный переход к европейским ценностям, недоразвитость правового государства и либеральных ценностей, недостаточную прозрачность и стабильность экономик, повышенную роль армии и прочих силовиков, национальные конфликты, отставание от ЕС в уровне жизни. Населенность обеих стран – практически не преодолимое препятствие для их нормального вхождения в европейские законодательные и исполнительные органы власти. Кандидатство Турции, оформленное в 1987 году, а фактически начавшееся еще раньше – с договором об ассоциации 1963 г. - имело скорее поощрительный характер: награда единственной мусульманской демократии, стране, на переднем крае борьбы с коммунизмом хранящей приверженность западным свободам и рыночной экономике. Несмотря на это, Турция не начала переговоров о вступлении и выпрашивает у ЕС даже не дату их начала, а date before date – дату, когда эта последняя может быть названа, а гяуры все никак не славят и не славят Стамбул.



Наше Соглашение о партнерстве и сотрудничестве с ЕС 1994 г. большинство европейских технократов сходным образом склонны рассматривать как поощрительный политический акт, продиктованный стремлением стимулировать в начале 90-х новый курс России, а не реальной потребностью экономической и политической интеграцией с ней. Относясь к СПС как к формальному институту, многие еврократы враждебно воспринимают идею заключения нового Соглашения между Европой и Россией, которое необходимо уже не в силу идеологических соображений, а по причине реального далеко зашедшего и расширившегося взаимодействия и взаимопроникновения.



Глядя на пример Турции, можно уверенно предположить, что наше гипотетическое кандидатство будет носить затяжной, а то и хронический характер. С одних европейских саммитов турецкое руководство привозит критические замечания, с других – ободряющие заявления о значительности достигнутого прогресса. Эта ситуация длится десятки лет; за это время турки видели присоединение к ЕС полуторы дюжины государств, начавших переговоры значительно позже них. Как сейчас туркам, нам пришлось бы проглатывать уверенные заявления евродепутатов и отставных политиков о принципиальной невозможности нашего вступления в Евросоюз, а европейские технократы, как сейчас с Турцией, тайком искали бы модель какого-то другого, не совсем такого, как у Франции или Польши, членства.



Фактор Турции влияет на нас еще в одном отношении. Ее затяжное присутствие в числе кандидатов дает железный аргумент противникам против прорывов в нашем сближении с ЕС в отдельно взятых областях. Упрощенно говоря, когда мы просим убрать визу, нам отвечают: мы бы рады, но у нас даже с некоторыми кандидатами визовой режим, так что вам сам Бог терпеть велел.



Итак, имеется принципиальное нежелание Европейского союза принять нас по всем установленным для «своих» правилам: носители негативной позиции широко представлены везде – среди европейской бюрократии, в Европарламенте, в политических элитах стран-членов и еще больше – стран-кандидатов, в общественном мнении народов Европы. Среднее по Европе вычислить трудно, никто таких замеров не проводил, однако есть основания полагать, что речь идет о большинстве. Даже если вдруг, в результате какой-то моментальной комбинации европейских элит, нам будет позволено считаться страной, идущей в Евросоюз, в дальнейшем будут использованы все зацепки для того, чтобы этот путь длился как можно дольше, желательно - вечно. В этих условиях наш курс на формальное вступление, если он все-таки будет за нами каким-нибудь образом закреплен противоположной стороной, в среднесрочной - на десятилетия - перспективе не улучшит, а ухудшит наши отношения с Европой, отравит их обидами и подозрениями, вместе с остатками равноправного партнерства похоронит уважение к нам европейского истеблишмента и народов (послушайте, что говорят простые шведы про Польшу), а нас, пожалуй, сделает еврофобами. Принесенные жертвы и вынесенные обиды вовсе не будут означать, что претерпевший до конца спасется: по действующим в ЕС правилам, даже в случае подписания соглашения о присоединении, достаточно его нератификации парламентом или – на референдуме – народом одной страны-члена, чтобы все пошло прахом.



Так что нежелание европейской бюрократии сделать хотя бы минимальный встречный шаг в направлении нашего членства в ЕС мы будем воспринимать как благо, избавляющее нас от навязчивого и бесплодного соблазна. Тем более, что для России в современную, реорганизованную на новых основаниях Европу, просматривается иной, куда более плодотворный путь.


30.09.2003


Александр Баунов



Часть вторая: путь, открытый для России






Окончание. (Смотрите "Как войти в Европу. Часть первая: путь, закрытый для России").



Брюссельские еврократы понимают, какой разрушительной силы структурную катастрофу в ЕС вызовет приближение к союзу страны со столь отличной от всех недавних кандидатов гравитацией. В брюссельских и страсбургских коридорах редко услышишь доброе слово о России. Странам-членам напоминают, что Россия использует двусторонние интересы и отношения, чтобы давить на тех направлениях, где ей нужно достучаться до ЕС, и призывают всех не поддаваться давлению. Намек прозрачен: Россия ведет шантаж – не поможете нам договориться с Брюсселем и коллегами по ЕС, потеряете взаимовыгодные связи с нами, ухудшите наши двусторонние отношения. Это похоже на правду, но даже если все происходит именно так, аналогичным образом общаются с ЕС-овцами Соединенные Штаты, Япония или Канада. Наша проблема в том, что осуществленная на практике попытка девальвировать двусторонние отношения с Данией за ее плохое поведение на посту председателя ЕС во втором полугодии 2002 г. имела для последней скорее раздражающий, чем разрушающий эффект: теперь датчане во всех ЕС-овских органах стабильно голосуют против чего бы то ни было пророссийского.



Сближение страны-председателя с Россией, попытка посоветоваться относительно взаимных интересов считается в Брюсселе тяжким грехом. За то, что в Афинах пошли на создание рабочей группы «греческое председательство в ЕС – Россия» для предварительного обсуждения некоторых вопросов и документов, грекам была устроена изрядная выволочка. Остальные государства-члены были настойчиво предупреждены о том, что греки занимаются трансляцией внутрь ЕС российских позиций (вот уж чего не было), и потому не надо слушать того, что говорится ими об "Общей стратегии ЕС-Россия", о Петербургском саммите и т.д. Нужна была непосредственность Берлускони, чтобы продолжить традицию рабочей группы при итальянском председательстве. Правда, в Риме действуют осторожней – амплитуда между высказываниями итальянского премьера и его дипломатов так широка, что общий знаменатель вывести практически невозможно, а потому в трудных для себя ситуациях, попадая под критику еврократов, итальянцы списывают все на своеобразие своего премьера. Пока нет никаких признаков, что традицию двух средиземноморских председательств продолжат стоящие на очереди ирландцы.



Ирландцы, как и датчане, представляют в ЕС блок малых стран, единственная общая характеристика которого – стойкое недоверие к большим. Ирландия, Финляндия, Дания в ужасе от того, что Берлин сговорится с Парижем и Римом, и гранды станут управлять всем и вся. Мысль о том, что французы и немцы могут договориться с Россией, кажется им кошмаром. Тем не менее, как только у этого кошмара появляются хотя бы слабые реальные черты, именно малые страны бросаются на защиту Европы от русского голиафа. Об отмене визы с нами готовы разговаривать или хотя бы делать вид, что разговаривают, большие - французы, немцы, итальянцы, испанцы, в то время как некоторые страны, как раз из категории малых, не хотят поддерживать даже видимость таких разговоров: пока на земле есть Европа, а в Европе мы – этого не будет. И в самом деле не будет: ни Рим, ни Париж, ни Берлин пока не готовы усеять наш путь в Европу трупами датчан и финнов.



В то время как старые государства-члены переживают по нашему поводу только периодическое беспокойство, большинство новых живет в атмосфере навязчивого истерического бреда. Как только малым, в особенности, новым членам ЕС кажется, что гранды уже договариваются с Россией, что Россия получает в ЕС какой-то реальный или воображаемый статус, у брюссельских кабинетов выстраиваются очереди испуганных и обиженных послов, а Еврокомиссия и страна-председатель забрасываются рассерженными нотами. Поучительна почти комическая ситуация вокруг вопроса с рабочими языками Европейской конференции в Афинах, который греческие организаторы по наивности сочли техническим. Первоначально для конференции 35 глав европейских государств и организаций были выбраны четыре рабочих языка – греческий, английский, французский и русский: первый – хозяина, остальные – как статистически шире всего используемые. Немедленно развернулась сначала спонтанная, а потом согласованная дипломатическая кампания, в результате которой 16 апреля в Афинах языки были представлены по формуле 22 (перевод с) на 15 (перевод на), причем русский был исключен из числа привилегированных 15-ти, т.к. именно его многие ноты поминали с особым раздражением.



Рассуждая о весьма нереальном приглашении России в ЕС, нужно учитывать так называемую «усталость от расширения» - созревшее в общественном мнении и политической элите государств ЕС мнение о том, что союз достиг предела своих донорских возможностей в отношении новых членов, что о дальнейшем расширении не стоит говорить, пока не будет переварена нынешняя десятка, не будет опробована новая европейская конституция, а ЕС не оправится от финансового и институционального потрясения, вызванного приходом сразу десяти новых и вдобавок бедных государств. Новые члены, как могут, поддерживают эти настроения, опасаясь потерять часть адресованной им финансовой помощи. Евроэнтузиасты еще надеются протащить Румынию и Болгарию, для которых уже сосчитаны места в будущем Европарламенте и определены сроки окончания переговоров (2007 г.), но на Турцию их энтузиазма уже не хватает. При таких настроениях мысль о вступлении России, представления о бедности которой сильно превосходят ее реальную бедность, повсеместно в Европе кажется черным юмором.



Большой удачей для нынешних кандидатов было решение об их вступлении неразвязываемым пакетом. В десятке у многих влиятельных стран-членов были свои любимчики - прибалты у Скандинавии, Польша и Чехия у Германии, Кипр у Греции, Словакия, Словения и Венгрия у Австрии и Италии. Исключение одного из кандидатов автоматически означало срыв всего процесса. Под греческим давлением прошел даже разделенный колючей проволокой Кипр. Эта ситуация уже не повторится даже для стран с более или менее решенной европейской перспективой – вроде Болгарии, Румынии, Турции. Для России же она абсолютно исключена.



Если бы выбор зависел от нас, его можно было бы сформулировать следующим образом: вставать ли на путь, на котором нам придется заплатить неопределенно высокую цену за долгосрочные блага Евросоюза. В действительности такой выбор нам предложен не будет. Евросоюз – ни в лице еврократов, ни в лице стран членов - не желает дальнейшего расширения. К счастью, формальное присоединение не единственная модель европейской интеграции. Евросоюз не ищет новых членов, зато Евросоюз ищет возможность закончить расширение и окружить себя поясом дружественных и стабильных государств, интересы которых будут достаточно переплетены с ЕС-овскими, чтобы в важных вопросах не идти в разрез с ними. Вокруг этого ходят все европейские концепции - от старого Барселонского процесса, адресованного южным средиземноморским соседям, до совсем свежих и пока робких «Новых соседей» и «Нового соседства», адресованных преимущественно нам.



Можно сказать, что Евросоюз ищет какую-то форму неполного, второй категории членства, суть которого в момент откровенности достаточно ясно выразил председатель КЕС Р. Проди: с Россией у нас может быть все общее, кроме институтов. Что подразумевает такое квази-членство – интеграция в Европу без участия в ее политических и административных институтах - можно понять из концепции четырех общих пространств, выдвинутой на самммте в Петербурге – торгового и экономического; внутренней безопасности (юстиция, правосудие, виза и т.д. – то, что соответствует во внутренней терминологии ЕС Justice & Home Affairs); внешней безопасности; образования, науки и культуры. По-настоящему развитые общие пространства подразумевают и свободную торговлю, и свободные поездки граждан, и прочие блага.



Разумеется, наше неучастие в европейских политических структурах при наличии общих пространств должно компенсироваться созданием специальных рабочих и реально работающих органов взаимодействия, вроде «двадцатки» Россия-НАТО, только менее помпезных, а более рутинных и действенных: речь ведь пойдет о непрерывном потоке тысяч практических проблем. Заявленный на петербургском саммите Постоянный совет сотрудничества только первый шаг в этом направлении. С международно-правовой точки зрения такое квази-членство может быть оформлено соглашением-наследником нынешнего СПС (Соглашения о партнерстве и сотрудничестве 1994 г.), неким гипотетическим Соглашением об ассоциации. Если отвлечься от нынешней реальности Евросоюза, такое соглашение походило бы на те, что лежали в основе европейской интеграции на ее долгом начальном этапе, когда интеграция предполагала равенство и взаимный компромисс (как при упомянутом в первой части статьи присоединении Великобритании).



Европейский союз не готов решать задачу вступления новых членов: если мы захотим, и нам позволят вступать – то платить за это полностью будем мы, всю неразделенную тяжесть этого выбора будем нести мы. Но ЕС готов решать другую задачу: окружить себя буферным поясом дружественных и частично интегрированных государств – членов второй категории, частично ассоциированных соседей. На это он готов потратить усилия и средства, а у России есть все шансы занять в этом поясе привилегированное, если не ключевое положение, при том, что переговоры о таком квази-членстве, интеграции второй категории, не подразумевают полной утраты равноправности наших отношений с ЕС.



Напротив, наши отношения даже имеют шанс стать более симметричными, выровняться в сторону почти полного равноправия. Это произойдет в том случае, если Россия будет представлять не только сама себя, а выступит лидером собственного интеграционного процесса. К востоку от Евросоюза расположено множество стран, исторически достаточно сильно ориентированных на Европу, с которыми сам Евросоюз не знает, что делать. Евросоюз не знает, как быть с Кавказом. В концепции «Новых соседей» – о нем ни слова, хотя потенциально, с присоединением Турции, ЕС выходит непосредственно к границам закавказских республик. Молдавии, с которой ЕС граничит пока тоже через страну-кандидата – Румынию - в концепции посвящен целый раздел.



Проди и Солана, сославшись на болезнь Алиева, отказались ехать этой весной в кавказские столицы, сорвав тем самым тройки на высшем уровне ЕС страны Закавказья. Между собой европейские чиновники объясняли эту отмену неготовностью Кавказа, а наиболее самокритичные из них – и собственной. ЕС не знает, что делать с Казахстаном и Средней Азией. Евросоюзу определенно невыгодно, чтобы среднеазиатское пространство, которое последние полтора столетия было обращено на север и запад, больше, чем на юг и восток, окончательно растворилось в Азии. Однако гравитация ЕС, достигнув тех мест, катастрофически теряет в силе: ЕС физически чувствует, что там он не справится. Самодеятельность Турции в Средней Азии и на Кавказе, на которую еврократы смотрели с поощрительной снисходительностью, окончилась ничем. У задавленных собственными проблемами турок просто не хватило сил освоить эти обширные и давно чужие для себя пространства. После шока постсоветского переходного периода начавшееся было местами турецкое засилье почти везде сошло на нет. Так исчез единственный альтернативный России посредник в отношениях между Европой и этими регионами.



ЕС, пусть не обидятся наши братья, не знает, что делать с рвущейся в него Украиной. Украинцы были раздосадованы тем, что в посвященном им разделе «Новых соседей» нет ни слова об их европейской интеграции, никакими силами Киеву не удается выбить из европейских чиновников даже тех сдержанных реплик относительно своей европейской перспективы, которые получает Хорватия или Албания. Еще бы вступление Украины, по населению сопоставимой с Францией, а по уровню жизни – с Турцией, принесло бы в ЕС практически те же институциональные и финансовые проблемы, что и присоединение России, при значительно меньших выгодах, по сравнению с последней. О присоединении Белоруссии всерьез говорил только Вацлав Гавел, да и то, когда его уже всерьез не слушали. Единственный из оставшихся вне союза европейцев, кого ЕС чувствует себя в силах переварить – это Молдавия, после отдаленного вступления Румынии. Хотя никто в ЕС не знает, когда это произойдет и случится ли вообще, европейские чиновники на всякий случай усиленно занялись приднестровским урегулированием. Среди прочего, чтобы стимулировать примирение, они запретили въезд на территорию ЕС (равносильно – и в США) приднестровскому руководству.



ЕС предпочел бы видеть к востоку от себя не клубок конфликтующих интересов и противостоящих воль, а нечто гораздо более предсказуемое и структурированное. Своих сил для такого структурирования у ЕС недостаточно, поэтому он готов уступить нам роль более самостоятельную и созидательную, чем плач Ярославны под балконом общего Европейского дома. Уступить при одном условии – если возглавляемое нами структурирование будет в главных чертах походить на то, которое Евросоюз хотел бы, но не в силах, осуществлять. Вместо имперской роли, которую нам никто не позволит играть, России может быть уступлена функция пост-имперского демократического объединительного центра регионального общего рынка и общего пространства безопасности. Для этого, однако, России самой необходимо устраивать себя аналогичным образом, т.е. демонстировать прогресс либеральных ценностей, гражданского общества, правового государства, социально-ориентированного свободного рынка, демократической, предсказуемой, контролируемой и сменяемой власти и т.д. Важно осознать: то, насколько Россия реабилитирует и регенерирует себя в качестве «империи», напрямую зависит от того, насколько она станет европейской страной, т.е. от торжества либеральных ценностей, а не отказа от них, как полагают многие. В противном случае, первое, что сделает Евросоюз, -невзирая ни на какую цену, - бросится спасать окружающие нас народы. Иными словами, чем меньше наша страна будет рваться в ЕС, и чем больше она будет, сохраняя некоторую конструктивную дистанцию, походить на Европу, транслируя либеральные ценности на огромные сопредельные и сопряженные с нами пространства, тем реальней и прочней, тем оправданней будет наша близость с Европейским союзом как двух взаимодополняющих, необходимых друг другу интеграционных центров.



Несмотря на всю нашу специфику, мы вместе со всеми большими и малыми странами ЕС являемся наследниками общих европейских ценностей, на основе которых сформулированы критерии для отбора в Евросоюз. Т.о., эти критерии базируются на наших же ценностях. Чтобы приобщиться к ним, нам нет никакой необходимости присоединяться к какой-либо организации, достаточно развить то, что в нас заложено. В кофе-брейках самых трудных переговоров это признают даже наиболее непреклонные чиновники Еврокомисси: Вы не сердитесь, что мы вас так критикуем. Это потому, что мы вас меряем по своей мерке. С Узбекистаном у нас все проще». Одновременно есть то, что объединяет нас с грандами Евросоюза – Германией, Францией и Великобританией. Это, как ни странно – имперское прошлое и сильная государственность, которые в новых постимперских условиях делают из них так же, как и из нас, гравитационные центры, удерживающие в орбите европейских ценностей (пускай на разном отдалении) десятки географически неевропейских или не вполне европейских стран. Бывших колоний, говоря попросту. Благодаря этому местные элиты воспринимают общеевропейский понятийный язык, который так или иначе усваивается и населением.



На огромном евразийском пространстве Россия - единственная страна, которая реально способна гарантировать западно-либеральный путь развития Украины, Белоруссии, Молдавии, государств Средней Азии и Кавказа, недосягаемых ни для других грандов Евросоюза, ни для ЕС в целом. Однако для этого Россия должна иметь соответствующую гравитацию. Поэтому, парадоксальным для многих образом, не формальной, а настоящей интеграции России в Европу будет способствовать, а не препятствовать, сильная государственность, сильная армия, большая населенность, большая и эффективно управляемая территория. Разумеется, при условии, что мы будем продолжать говорить с ЕС, с нашими не-есовскими соседями, и в первую очередь друг с другом на языке европейского либерализма. Так мы легче и безболезненней устраним препятствия и предубеждения на нашем пути в Европу и обретем общий с ней рынок, общую систему безопасности, свободу передвижения - все то, чего так желают сегодня в России.



10.10.2003


Александр Баунов


Ваши коментарии
Уважаемые посетители, ваши коментарии проверяются администратором сайта.
Пожалуйста, избегайте употребления ненормативной лексики. Сообщения рекламного характера также будут удалены.
Спаибо за понимание.
Имя (*)

E-mail (*)

Ваш комментарий (*)


  архив новостей
Показать:
  поиск по сайту
Искать:   
в новостяхв гл. новостяхв анонсахв темахза нами МоскваМы были правы...
© РИА "АРБИТР" 2002-2005. При использовании материалов, содержащихся на страницах электронного издания РИА АРБИТР, ссылка на www.ria-arbitr.ru обязательна.